Мороз по коже - Михаил Март

– Слушай меня, девочка, внимательно. Эти ублюдки сейчас отвезут тебя на Петровку. Ты же там была уже?

– Да, у майора Марецкого, – Вот и хорошо. Придешь в бюро пропусков и позвонишь ему по внутреннему телефону. Скажи только несколько слов, мол, я Вика Сташевская, Журавлев приказал вам меня спрятать до конца следствия. И передай ему, что следствие будет закончено сегодня вечером. Пусть ждет нашего звонка. А потом еще раз перезвони нам и доложи, что ты уже на Петровке Э безопасности.

Настя передала трубку Гельфанду.

– Дайте распоряжение своим олухам, чтобы они не бросили девушку на шоссе, а отвезли на Петровку, дом тридцать восемь.

Гельфанд, корча недовольную физиономию, повиновался.

– Отвезите ее к театру Эрмитаж на Петровку и возвращайтесь на дачу. Я еще позвоню. Все, выполняйте.

Он повесил трубку, и тут же раздался новый звонок. Гельфанд вновь взял трубку.

– Это ты, Зяма? Раджа говорит. Я тебя предупредил вчера, что везу груз на склад. Почему там никто не снимает трубку? Где Пигмей?

– Должно быть, в пути. Он мне не звонил.

– Учти, рыжий, если Пигмей не явится, сам откроешь мне ворота. От шести до семи вечера я там буду. Я еще позвоню. И не вздумайте со мной шутить! Мы в пути, готовьте площадку.

Гельфанд совсем размяк. За всю свою жизнь у него не было более паршивых дней, чем сегодняшний.

– Зря расстраиваетесь, Зиновий Данилыч, – успокаивала его Настя. – Фортуна повернулась к вам лицом. Что же вы сразу не сказали, что в столицу едет сам отец Платон и везет запоздалые рождественские подарки?

– Он псих! – обреченно ответил адвокат. – У него три десятка боевиков и несколько тысяч стволов. Так просто его не взять.

– Конечно, – поддержал Журавлев, – ведь склады не на Красной площади, надеюсь. Они где-то в крытых помещениях, там он не опасен. А вы представляете, что значит для вас, если вы лично сдаете следственным органам целую банду и арсенал с оружием? Гениальная идея, стоит о ней рассказать Марецкому. Может, он найдет парочку ребят для ареста Раджи.

– С ним не совладать. Раджа – фанатик. Он заговоренный, его даже убить нельзя.

– Чепуха! Все должно закончиться мирно. Сейчас мы дождемся звонка Вики, а потом поедем на склад. И не надо накалять обстановку. Просит Раджа открыть ему ворота, значит, надо открыть. Пусть заезжает и разгружается. Это уже не война, когда люди таскают ящики. У них руки заняты. Вот тут и появится Марецкий и пара его парней. Успех обеспечен, а главное, он возможен только при вашей помощи. Вы просто везунок! Вас уже и сажать-то не за что!

– Пока еще есть. Я предвидел такой исход. Мы откусили слишком большой кусок, чтобы суметь его проглотить. Я знал, что рано или поздно мы лопнем. Так вот, у меня есть конверт с документацией на всех генералов, занятых в аферах с оружием. Там копии всех документов и сделок, имена, должности и роли этих людей в каждой отдельной схеме. Пакет этот лежит у меня на даче, зарыт под антоновкой в деревянной шкатулке, чтобы миноискатели не нашли. В саду только одна антоновка, остальные еще покойный отец вырубил. Это все! Большего вы из меня не выжмете. Нечего.

– Вам дадут шесть месяцев условно! – захлопал в ладоши Вадим.

– А вот мне не до смеха! – вздохнул Гельфанд.

* * *

Платонов сел за руль. Это была легендарная «Волга» Сердюка. Подполковник и Пигмей добрались до Москвы только утром. Как и многие другие, они ничего не знали о тех переменах, которые произошли за последние сутки. По предложению Платонова они добрались до его гаража и взяли машину. Передвигаться по Москве своим ходом им не позволяли силы, растраченные в ночном походе.

Как и просил Пигмей, первым делом они занялись его семьей. Платонов оставил машину в соседнем дворе и пошел на разведку. Он не беспокоился, что Пигмей сбежит. Приговоренному к смерти некуда бежать. Платонов оставался его последней надеждой на спасение. И вот он вернулся.

– Домой вам нельзя, Владимир Вельяминович. Вашу квартиру поставили на круглосуточный контроль.

– Дантист?

– Нет, оперативник из МУРа. Я с их методами работы хорошо знаком. Но это даже к лучшему. Ни один Дантист вам сейчас не страшен. Семья находится под надежной охраной. Какой план действий?

– Судя по записи на диктофоне, Дантист уже продал оружие чеченцам через посредничество Арсена. Если склады чистые, то Дантиста за руку не поймаешь. Но я обещал принять оружие у Раджи.

– Об этом они тоже говорили с Гельфандом, и вы помните запись.

– Надо поехать на склад и проверить обстановку. Если оружие вывезли, то я тут же перезвоню Радже и дам ему добро на перевозку арсенала в Москву.

– Есть там оружие или нет, это мы узнаем, если попадем туда. Наверняка Дантист назначил вашего преемника на должность главного оружейника. Склады находятся под надежной охраной. Вам не приходила такая мысль в голову?

– Она у меня не выходила из головы. Дело в том, что я хозяйничаю на заводе почти пять лет и всегда жил с мыслью, что в один прекрасный момент нагрянут люди в форме и империя рухнет в одночасье. Я не сидел сложа руки и реконструировал отдельные участки. У меня есть свой ход на завод и выход, у меня свой арсенал, капканы, ловушки и бункеры. В одном таком мы с вами недавно сидели. В случае опасности я всегда мог спокойно уйти и не беспокоиться о преследовании, мог наблюдать за всем, сидя в подземном кабинете, где оборудовал пульт с управлением видеокамерами. Их по заводу расставлено столько, что можно просматривать каждый уголок и знать обстановку в целом и по точкам.

– И никто об этом, кроме вас, не знает?

– Те, кто устанавливал оборудование, пошли в печь. Я нанимал для этого армян. Фазан их застал на заводе в мое отсутствие, когда уже все работы были закончены. Он не стал вдаваться в подробности, приняв их за членов группировки, и тут же расстрелял. Трупы сожгли, благо печь под рукой. Я узнал об этом, когда от них и пепла не осталось. Пришлось обучаться работать с техникой самому. Не в моих интересах было рассказывать Дантисту, что я готовлю себе запасные выходы.

– В таком случае нам стоит побывать на заводе.

Платонов повернул ключ зажигания.

* * *

Девушка очень волновалась и говорила сбивчиво.

– Так, минуточку, – перебил ее Марецкий, – инструкции вам давала Настя?

– Да, – кивнула Вика, – и Журавлев, но он со мной не разговаривал.

– Вы запомнили, в каком месте находится дача?

– Нет, мне завязали глаза.

В кабинет вошел майор Кораблев.

– Телефон, по которому Вика перезванивала, стоит в кабинете главного юридического консультанта фирмы «Бакалавр» Гельфанда Зиновия Даниловича. Надо бы туда людей послать, а?

– Не надо, Алик. Журавлев уже сам хозяйничает в его кабинете.