Двуликое зеркало - Михаил Март

– Правильное решение, мой мальчик!

Марине пришлось остаться в доме. Она вымоталась после длительного путешествия и не настаивала на его продолжении. Ван Ли сел за руль «ауди» и вопросительно посмотрел на хозяина.

– Мы возвращаемся в Тихонову пустынь. Кажется, убийцы моего отца хотят и меня похоронить.

– Я в этом не сомневаюсь, – ответил Ван Ли.

– А я не сомневался в том, что скоро услышу твой голос. Но сейчас пришла пора переходить от слов к делу.

* * *

Трое солидных мужчин сидели в глубоких креслах и смотрели на экран телевизора. Они очень внимательно вглядывались в человека, который общался с ними с помощью современной техники.

Легкая усмешка, иронический взгляд, манеры не оставляли сомнений в том, что на пленке записано выступление Сарафанова. Никто из них близко и подолгу не общался с казначеем «Черного лебедя», но сейчас этот человек стал камнем преткновения и занимал особое место в интересах теневых структур. Объединившись в масонскую ложу – как они сами именовали свою организацию, – высокопоставленные коррупционеры не могли потерпеть поражение от волка-одиночки с немеренными амбициями, заносчивым характером и завышенным самомнением.

"Итак, уважаемые господа, я вынужден вести с вами односторонние переговоры. Ваше мнение мне известно. Я не согласен выполнять волю организации и быть пешкой. Вы не привыкли ценить талант, вам нужно послушание. В свое время я с вами согласился, что клан «Черный лебедь» выработал свой ресурс и подлежит списанию. Я даже принял на себя роль палача и уничтожил верхушку клана. Но вам этого показалось мало. Вы предложили мне заняться самоизоляцией, а если точнее, то сунуть голову в петлю, сдать казну и исчезнуть с лица земли. Мы уже не дети.

Пора переоценить ценности. Лишив меня денег, вы лишаете меня силы, подрезаете мне крылья и стираете в порошок. Ваши условия неприемлемы. Лучше погибнуть в бою, чем встать к стенке по собственному желанию. Вы не оставили мне выбора.

Таких людей, как я, очень опасно загонять в угол. Вы недооцениваете противника.

Вам обо мне ничего не известно. Это ваше упущение. Зато я знаю каждого из вас как собственные пять пальцев. Советую одуматься. Лучшим примирением будет назначение меня на пост казначея всей организации и отзыв заказа на мое уничтожение. Начнем с малого.

Вашим первым шагом может стать освобождение моей жены. Такие дешевые трюки не к лицу столь важным персонам. Ну а взамен я дарю вам шкуру недобитого Вихрова вместе с его командой. Не затрачивайте силы на мелкие пакости. Команду можно убрать одним хлопком и безболезненно. Через три дня Вихров и остатки его бригады появятся в Твери. Не мешайте ему, а постарайтесь пойти навстречу. Ему нужно попасть в Чечню, так пустите его туда. Официально – с Тверским ОМОНом. В Моздоке его должен встретить проводник, некий капитан Соловьев. Проводник должен вывести Вихрова к границе, где ему от моего имени передадут деньги по сто тысяч на каждого. Что вы ему вручите – ваше дело. Хотите деньги, хотите мину. Вихров ваш. Он может исчезнуть бесследно, а может погибнуть смертью храбрых. Об этом вы сообщите общественности через средства массовой информации.

Действуйте по собственному усмотрению, схема вам дана, и она сработает, если вы не переусердствуете.

Итак, с кланом покончено, а моя жена свободна и в любую секунду может уехать, куда ей захочется. О втором этапе наших взаимоотношений мы поговорим позже. Начинайте выполнять первое мое условие. Даю вам двое суток. В противном случае я сам пойду в атаку, и будет поздно.

Сарафанов замолк и после паузы продолжил:

– Я прекрасно знаю, кто сейчас сидит перед экраном и смотрит эту запись.

Обращаюсь к каждому из вас по отдельности. Господин Сорокин, вы умрете от яда.

Вашу гибель способен предотвратить только я один. Советую задуматься над этим.

Господин Хабаров, вы умрете от сердечной недостаточности. Ваше сердце не выдержит стрессов. Господин Чегорин, вас в большей степени, чем остальных, интересовали все договоры клана. На многих стоит ваша подпись. Вы – беспечный человек и всегда были уверены в своей непотопляемости. Оставшись без защиты и высокого покровительства, вы превратитесь в беспомощного ребенка. Я не стану тратить на вас особых усилий. Вас попросту арестуют, и вы получите пожизненный срок. Тюрьма для таких людей, как вы, страшнее смерти. Всего этого может не произойти, если мы найдем общий язык. У вас есть время подумать. Ваш ход, господа!"

Изображение исчезло с экрана.

– Каков поганец! – воскликнул Чегорин.

– Как к нам попала эта пленка? – спросил Хабаров.

– Лежала в моем кабинете с фельдъегерской почтой на столе. Проследить отправителя нетрудно, только я не вижу в этом смысла, – ответил Сорокин. – Сарафанов – человек аккуратный и работает без оплошностей. Что будем делать?

– Идти на уступки – значит показать свою слабость, – возмутился Чегорин.

– Наверху нас не поймут. Нет такой силы, которая способная выдвигать требования организации. Сарафанова придется уничтожить, а казну списать. Не так велика сумма в сравнении с престижем.

– Согласен, – кивнул Сорокин. – Это выход, но вы забываете о другом. Если мы не вернем деньги, то нас отправят в отставку. Деньги можно списать, но кто после этого поручится за нашу безопасность? У нас не принято торговаться и прощать.

– А угрозы Сарафанова? Не забывайте: этот человек уничтожил клан и выскользнул из наших рук, как кусок мыла.

В глазах Чегорина блеснули искорки страха.

– Блеф! – твердо заявил Хабаров. – Не тот уровень. Я не умру от приступа.

Врачи не позволят. Интересно мне знать, как он собирается отравить Сорокина, если наш брезгливый министр заставляет пробовать всю свою пищу повара, а после долгих выжиданий садится за стол сам. Сарафанов знал все о своих дружках из клана и поэтому легко с ними справился.

Чегорин забеспокоился:

– Но мои подписи действительно есть на договорах. Иначе мы не смогли бы отгружать металл с заводов.

– Пока мы живы, тебе ничто не грозит. А нас достать невозможно. Сарафанов слишком мелко плавает. Думать надо о тех, кто стоит над нами. Вот там с нами чикаться не станут! – высказался Хабаров.

Чегорин ударил кулаком по столу.

– Никаких поблажек Сарафанову! Наглец! А жену банкира уничтожить и подбросить ему в квартиру, где ее взяли. Сам явится на похороны – вот там и поговорим.

– А что делать с Вихровым? – спросил Сорокин.

– Тебе Сарафанов все уже расписал. Соединяйся с министерством внутренних дел и давай инструкции, – скороговоркой бросил Хабаров. – Вихров – отработанный материал, он меня меньше всего беспокоит. Думать нужно, как деньги найти!

* * *

В эту же минуту на другом конце Москвы полковник Медведев ломал себе голову, как найти собственную жену. У каждого свои заботы.