Змеиная яма - Михаил Март

– Сложите оружие на землю и идите за мной. – Голос стал звучать еще громче. Харченко перекрестился. – Кто поднимет на меня оружие – тот падет на землю мертвым. Я царица этого леса. Змеи – мои слуги. Моя воля – жить вам или нет.

Голос стал звучать еще громче. Мужики готовы были бежать сломя голову, но у них отнялись ноги. Обнаженная красавица повернулась и направилась в глубь леса. Первым укол получил Харченко, следом Толстиков. Одному шприц вонзился в ногу, второму – в ребро. В глазах все помутилось. Харченко успел нажать на спусковой крючок, но автомат стоял на предохранителе, а привидение уже исчезло. Оба как подкошенные упали на землю.

Все разом вышли из засады. Настя очень долго смеялась.

– Дурочка! – изрек Метелкин. – Такие игры плохо кончаются.

– Ни один мужик не будет стрелять в обнаженную женщину! – гордо сказала она, надевая джинсы. – Но какое-то развлечение нам все же надо получать в этой тоске змеиной.

– Все развлечения еще впереди, – заметил генерал, вынимая шприцы из тел поверженных гладиаторов. – Хорошее снотворное, Митя.

– Это не снотворное. Такой затормаживающей сывороткой носорога можно успокоить за секунду. Ею снабжают зоологов в африканских саваннах, чтобы ловить крупных животных. Но только там они пользуются специальными пневматическими ружьями с оптическим прицелом, а не арбалетами твоей собственной конструкции.

– Они ими пользуются потому, что у них нет моих арбалетов, – с гордостью заявил генерал. – Могу спорить, что я на сто метров прошью насквозь спичечный коробок…

– Ладно хвастать, – вмешался Кулибин. – Давайте-ка этих молодцов привяжем покрепче к дереву и заклеим им рты липкой лентой.

Боевиков оттащили к высохшей сосне и привязали. Рядом оставили «змееотвод», чтобы к ним не подползали ядовитые твари.

– Ну что, ребятки, ждем следующую партию искателей приключений. Тут ты, Настя, ничем не рискуешь, можешь плясать перед ними в чем мать родила. Оружие у них с холостыми патронами будет, – смеялся Дмитрий.

– Хватит с вас одного концерта. Пора ставить капканы. Жизнью Дика мы рисковать не можем.

Метелкин достал сотовый телефон и набрал номер.

– Это Управление? Скажите, майор Марецкий уже на месте? Отлично. Это Метелкин, позовите его, он ждет моего звонка.

* * *

Сняв с руки часы, Николай протянул их маленькому щуплому мужичонке и сказал:

– Начнешь ровно в одиннадцать тридцать. Прыщ. Твоя группа идет на прорыв первой и будет сигналом для остальных. Только на твоих людей хватило стальных щитов, вы и пойдете на мост грудью вперед. Главная задача – захватить обе будки по краям моста, где установлены пулеметы. Этим можно спасти жизни многим.

Перед прорабом стояли трое мужиков, истерзанных работой, голодом и страхом. Они готовы были идти на пулеметы, хотя и понимали, чем это может закончиться. Силы не равные, но жажда свободы перекрывала все аргументы, говорившие о безрассудности бунта.

– Ты, Резак, поведешь за собой вторую группу. Как только перейдете мост, захватывайте казарму. Если вы не перебьете всех охранников, то погони не избежать. Захватывайте оружие и косите всех.

Гаврилюк подошел к третьему командиру.

– Твоя группа замыкающая. Фикса. И людей в ней останется больше, чем у других. Прорветесь на ту сторону, уничтожите охрану и берите приступом продовольственный склад. Каждый должен получить паек на три дня. И помните: все уцелевшие в бойне должны понять главное. Из Смоленской области надо уходить сразу: ни одного налета, ни одного грабежа и даже кражи. Ищите для своих дел новые места. Идите на запад. На Украине и в Белоруссии вас не знают. Там и начинайте новую жизнь. Удачи!

За спиной Гаврилюка стояли Гусь, Кореец и Вадим, которому дали прозвище Мудрила за его сообразительность. Гаврилюк махнул своим помощникам и сказал:

– Пошли в барак.

Он привел их в свою берлогу за частоколом, и они впервые попали в его комнату, где он жил.

– Ну вот, орлы, пришел и наш черед.

Николай взял со стола гвоздодер и с его помощью вынул одну половую доску, потом еще две. В тайнике лежало оружие. Он доставал по одному автомату «Калашников», вставлял в него рожок и передавал каждому по очереди. Последний автомат он оставил себе и надел на плечо сумку с дополнительными боеприпасами.

– Ну вот, кажется и все, пора нам уходить. Наша задача – пройти через лес, обойти зону, убрать охрану с наружных постов и встретить оставшихся беглецов плотным огнем. Только из чистой зоны мы сможем вывезти тракторы и уйти незамеченными. Вперед, хлопцы.

Получив в руки оружие, они почувствовали к себе доверие, и тот, кто еще сомневался в искренности прораба, готов был теперь идти за ним хоть на край света. Конечно, речь шла о Гусе и Корейце, но не о Журавлеве.

Вадим прекрасно понимал, что у прораба есть свои планы и ни в какой лес идти он не собирался, в чудо-порошки не верил, а таким образом избавлялся от лишних нахлебников. Где-то должен ждать их сюрприз – совсем близко, чтобы Миколе не пришлось долго возвращаться к своей базе. Одного только не понимал Вадим: что он будет делать с Ингрид, которая приедет в полночь на машинах9 Не может же он всерьез рассчитывать на то, что толпа голодранцев расправится с пятьюдесятью вооруженными до зубов охранниками. Вывод напрашивался сам собой: главные сообщники Миколы среди охранников. Это и логично, и разумно.

Они шли по прямой через котлован и были хорошо видны в лунном свете. Обычно прораб предпочитал ходить краем, вдоль обрыва, а сейчас вышел на открытую площадку. В любой бинокль их будет хорошо видно. Для снайпера и вовсе благодать. Ни одного укрытия. Он может уложить всех поодиночке без особой спешки. Вадим шел рядом с Гаврилюком и, немного отстав, оказался у него за спиной. Тот не обратил на это внимания. Значит, идея со снайпером отпадает. Уж если кого и опасался прораб, то в первую очередь Журавлева, как самого хитрого и находчивого, значит, и стрелять должен в него, а уж потом в остальных. Просто Николай вывел их на открытое место, чтобы показать кому-то количество. Не стоит забывать, что за этот день их численность сократилась. Дылда погиб в яме.

Логическая цепочка Журавлева была правильной с одной небольшой погрешностью – в бинокль за ними в действительности наблюдали, но не люди Гаврилюка, Метелкин.

– Их четверо, – сказал он, оглядываясь назад.

– Тем лучше, – ответил генерал, заряжая шприцем свой арбалет.

– С автоматами, – добавил Метелкин. – Только патроны там холостые. Как только все, кроме главного, поднимутся наверх, надо дать пару очередей в воздух или по кустам. Тогда их бугор уйдет с уверенностью, что операция закончилась успешно.

– Не сразу, Настенька, а после того, как генерал им укольчики сделает, – поправил девушку Дмитрий.

– Они подходят, приготовьтесь.

Через несколько секунд на опушке никого не осталось.