Мистерия убийства - Джон Кейз

— Это произошло позже, — вмешалась Дора. — Байрон к тому времени уже был подростком.

Но я их не слушал, перед моим мысленным взором стоял мальчуган, с рук которого капала «кровь». Когда мальчик-проповедник щёлкал пальцами, в воздухе появлялся клуб дыма. Одним словом, во время своих проповедей мальчишка выступал с магическими трюками.

Байрон Великолепный уже в семь лет демонстрировал своё искусство. В моей памяти возникли фотографии сестёр Габлер. Девушки были одеты в свои сценические костюмы. Это было видно даже на полицейском снимке нижней половины тела Клары Габлер. Я подумал о близнецах Рамирес. Один из них был расчленён. Близнецы Сандлинг лазали по канатам и проделывали разного рода «упражнения». Почему? С какой целью?

Настоящий шоумен.

А когда я подумал о том, что этот психопат мог приготовить для моих сыновей…

— С вами всё в порядке? — спросил Пинки.

— Может, ещё чайку со льдом? — участливо поинтересовался Ральф.

— Все нормально, — сказал я и, отгоняя наваждение, потряс головой.

— Так что же это за история со щенком? — повторил вопрос Пинки.

— Ты не возражаешь, Ральф, если я закурю? — мрачно спросила Дора.

— Валяй, хотя это и плохо для твоего здоровья.

— Щенок… — произнесла Дора. — О Боже. Тогда мы и поняли, что этот мальчик — сумасшедший.

— И это положило конец его проповедям, — добавил Ральф.

— Так что же он такое сотворил? — не унимался Пинки. — Мучил бедное маленькое создание?

— Гораздо хуже, — ответил Ральф.

— Но что может быть хуже этого?

Ральф вздохнул и откинулся на спинку стула.

— Это случилось на Рождество. Мы ведь все крепки задним умом и нынче утверждаем, что именно тогда и начали бояться Байрона. В тот момент никто не мог привести конкретных примеров его мерзости, но люди уже были на взводе и сторонились его. Он продолжал проповедовать, а между проповедями куда-то надолго исчезал. Сколько ему тогда было? — спросил Ральф у Доры. — Лет четырнадцать?

Женщина в ответ лишь молча кивнула.

— Мэри его исчезновения тревожили, но она утверждала, что у сына есть какое-то тайное убежище. Где это убежище находится и что он там делает, мать не знала.

— Мальчик из соседнего трейлера получил на Рождество щенка, — поёжившись, вставила Дора.

— Вы помните, Дора говорила, что Байрон получал от мамочки всё, что только душе угодно?

Мы с Пинки кивнули.

— Всё, что угодно, но с единственным исключением, — продолжал Ральф. — Мэри страдала астмой и не могла иметь животных. В их присутствии она начинала задыхаться, и её приходилось срочно отправлять в больницу. Поэтому Байрон не мог иметь ни щенка, ни котёнка, ни даже хомячка.

— А произошло следующее, — перехватила инициативу Дора. — Маленькому Эмори Бобергу — мальчишке из трейлера, стоящего напротив жилища Байрона, подарили на Рождество щенка золотистого ретривера — крошечное славное существо. Когда он выгуливал щенка рядом с трейлером Байрона, тот попросил разрешения поиграть с собачкой.

— Эмори не хотел давать ему щенка, но парнишка боялся Байрона и всё же передал ему поводок. Байрон дал Эмори денег и попросил сбегать в «Севн-илевн» купить засахаренного миндаля. Как только Эмори скрылся из виду, Байрон выкопал яму на лужайке перед трейлером и закопал щеночка по самую шейку. Если бы я была дома, то, возможно, смогла бы его остановить, но я в тот момент находилась в Лафайетте в гостях у сестры.

— Байрон позже попытался объяснить свой поступок, — сказал Ральф. — Придумал идиотскую историю, что щенок якобы выскользнул из ошейника и пришлось его прикопать, дабы он не убежал, пока Байрон занимается порученным ему делом. Как будто он не мог подождать десять минут до возвращения Эмори. Кто мог поверить в сказку о том, что Мэри велела ему постричь лужайку? Ведь это же был декабрь! Но, так или иначе, он вывел из-под навеса самоходную газонокосилку и принялся косить траву.

— О Боже, — произнесла Дора, сжав виски, словно воспоминания об этом давнем событии причиняли ей боль. — Боже мой.

— Маленький Эмори вернулся как раз в тот момент, когда Байрон срезал щенку голову. Я слышал его ужасный крик, и все, включая меня, бросились на этот вопль. Мы увидели настоящий гейзер крови. Подобное даже представить невозможно.

— Он срезал щенку голову?

— Именно. Мать Эмори позвонила в полицию. Приехали копы, и никто из них не поверил в несчастный случай, о котором толковал Байрон.

— Его обвинили в умышленном причинении вреда чужому имуществу, — вставила Дора.

— И что же было дальше?

— Ничего. Он отделался лишь юридической оценкой поступка. Боберги, как только смогли, перебрались жить в другое место.

— Поползли слухи, что у сыночка Бодро не всё в порядке с головкой. Развинтилась какая-то гайка. А может, даже пара гаек. Родители приказали детям держаться от него подальше, а церковь запретила выступать с проповедями.

— Вскоре после этого Байрон бросил школу, — сказала Дора. — И начал ошиваться в Морган-Сити. — Она размяла в пепельнице окурок. — Снюхался с этим черномазым колдуном.

Я так ненавижу всякие проявления расизма, что у меня возникло желание уйти. Я даже поднялся с места, но Пинки, не обращая на меня ни малейшего внимания, спросил:

— А вам известно имя этого парня?

— Я же вам об этом уже говорила! — возмутилась Дора. — Откуда мне знать, как зовут этих чёрных?

— Пожалуй, я знаю, о ком идёт речь, — вмешался Ральф, — но его имя мне не известно. Если вы отправитесь в Морган-Сити и там кого-нибудь спросите, вам скажут, где его можно найти. Люди приезжают к нему аж из Нового Орлеана, чтобы узнать выигрышный номер или поставить на финальную игру. Этот парень знаменит на весь мир.

— Что же… значит, мы просто должны спросить, где найти… хм… колдуна? И нам дадут точный ответ?

— Вообще-то они себя колдунами не называют, — сказал Ральф. — У них есть какая-то кличка в духе вуду, но я её точно не помню. Хигган? Ханган?

— Хунган, — подсказал Пинки.

— Точно. Учтите, что в городе есть и другие уроды вроде него. Спросите, где найти того, у которого нет верхней губы. С ним и путался Байрон.

— Что за шутки?! — изумился Пинки.

— Богом клянусь, — подтвердил Ральф. — Я его видел. Не знаю, может, это всего лишь какая-то заморочка в стиле вуду. Настоящая причина уродства мне неведома. — На его лице появилась улыбка, похожая на гримасу отвращения. — Сам парень утверждает, что его покусал разозлённый зомби.

— Откусил губу? — едва не задохнувшись от изумления, переспросила Дора и тайком перекрестилась. Движение было таким быстрым, что я с трудом его заметил.