Смерть дня - Кэти Райх

– Я больше не работаю в музее, но люблю приходить сюда. Подумать.

Анна смотрела на ирландского лося.

– Эти животные жили миллионы лет назад в тысячах километров друг от друга, а теперь собрались вместе в одной точке вселенной, навсегда застыли во времени и пространстве. Мне нравится.

– Да. – Одна из точек зрения на вымирание. – Стабильность теперь встречается редко.

Девушка странно взглянула на меня, потом снова отвернулась к скелетам. Я смотрела на ее профиль, пока она изучала коллекцию.

– Сэнди говорила о вас, но я почти не слушала. – Анна так и не повернулась ко мне лицом. – Я до сих пор не знаю, кто вы и что вам нужно.

– Я подруга твоей тети.

– Тетя – славная женщина.

– Да. И твоя мама думала, что с тобой что-то случилось.

Она кисло улыбнулась. Я явно затронула больную тему.

– Какое вам дело до того, что думает моя мать?

– Мне есть дело до сестры Жюльены, а она беспокоилась из-за твоего исчезновения. Твоя тетя не знает, что ты убегала и раньше.

Анна оторвалась от скелетов и взглянула на меня:

– Что еще вы обо мне знаете?

Девушка пригладила волосы. Может, ее оживил холод, а может, отсутствие наставницы. Она стала менее зажатой.

– Анна, твоя тетя умоляла меня найти тебя. Она не собиралась лезть не в свое дело, просто хотела успокоить твою мать.

Девушка выглядела неуверенной.

– Раз уж вы так тщательно занимались расследованием моей жизни, то должны знать, что моя мать сумасшедшая. Стоит мне опоздать домой на десять минут, и она тут же звонит копам.

– Судя по данным из полиции, ты исчезала чуть больше чем на десять минут.

Анна сузила глаза.

"Хорошо, Бреннан. Заставь ее оправдываться".

– Послушай, Анна, я не хочу вмешиваться. Но если помочь тебе в моих силах, я готова попытаться.

Я ждала ответа, но Анна молчала.

"Попробуй по-другому. Может, она откроется".

– Или ты мне помоги. Я работаю со следователем, и последние дела просто завели нас в тупик. Молодая женщина по имени Дженнифер Кэннон исчезла в Монреале несколько лет назад. Ее тело нашли на прошлой неделе в Южной Каролине. Она училась в Макгилле.

Выражение лица Анны не изменилось.

– Ты ее не знала?

Она молчала, как и кости вокруг нас.

– Семнадцатого марта убили женщину по имени Кэрол Кэмптуа, ее похоронили на Ile des Sceurs. Ей было восемнадцать.

Анна потянулась рукой к волосам.

– Дженнифер Кэннон лежала в могиле не одна.

Рука упала на колени, потом взлетела обратно к уху.

– Вторую женщину мы не смогли опознать.

Я вынула компьютерный набросок и протянула ей. Девушка взяла распечатку, стараясь не встречаться со мной взглядом.

Бумага слегка дрожала в ее руках, пока она вглядывалась в лицо, которое я недавно создала.

– Оно настоящее?

– Лицевая аппроксимация – искусство, а не наука. Уверенности в точности результата нет.

– Вы сделали рисунок с черепа? – спросила Анна дрожащим голосом.

– Да.

– Прическа не та, – едва слышно.

– Ты узнала лицо?

– Амали Привенчер.

– Ты знала ее?

– Она работает в консультационном центре.

Анна не поднимала глаз.

– Когда ты видела ее в последний раз?

– Пару недель назад. Может, больше, не помню. Я уезжала.

– Она здесь учится?

– Что они с ней сделали?

Я замешкалась, не зная, что сказать. Перепады настроения Анны заставляли подозревать либо неуравновешенность, либо пристрастие к наркотикам. Она не стала дожидаться ответа.

– Они ее убили?

– Кто, Анна? Кто они?

Наконец девушка взглянула на меня. Ее зрачки блестели в искусственном свете.

– Сэнди рассказывала мне о вашем разговоре. Она права и не права одновременно. В кампусе действует секта, но они не имеют ничего общего с сатаной. А я не имею ничего общего с ними. Амали имеет. Она стала работать в консультационном центре только потому, что они ей приказали.

– Там вы и познакомились?

Анна кивнула, потерла костяшками пальцев глаза, вытерла руки о штаны.

– Когда?

– Не помню. Недавно. Я тогда совсем запуталась и решила попробовать зайти в центр. Когда я туда приходила, Амали всегда старалась поболтать со мной, делала вид, что ее действительно интересуют мои проблемы. Она никогда не говорила о себе или своих неприятностях. Просто выслушивала меня. У нас оказалось много общего, и мы подружились.

Я вспомнила слова Реда. Новичкам приказывают изучать потенциальных членов группы, убеждать в общности интересов и завоевывать доверие.

– Она рассказала о той группе, к которой принадлежала, говорила, что та перевернула ее жизнь. Я решила сходить на одно собрание. Все прошло нормально. – Анна пожала плечами: – Кто-то произнес речь, и мы поели, сделали пару дыхательных упражнений и другую чушь. Меня не зацепило, но я приходила еще несколько раз; просто мне показалось, что я там всем понравилась.

Бомбардировка любовью.

– Потом меня пригласили за город. Я обрадовалась и поехала. Мы играли, слушали лекции и пели, делали упражнения. Амали нравилось, но я была не в восторге. Мне казалось, что все это полнейшая ерунда, но высказать свое мнение я не имела права. К тому же меня никогда не оставляли одну. Я не могла и минуты провести наедине с собой. Они хотели, чтобы я осталась на следующий семинар, но я отказалась, и они разозлились. Пришлось немного поскандалить, чтобы меня отвезли обратно в город. Теперь я избегаю Амали, но мы видимся время от времени.

– Как называлась секта?

– Не знаю.

– Думаешь, они убили Амали?

Девушка вытерла ладони о бедра.

– Я там познакомилась с парнем. Он записался на курс где-то в другом месте. В общем, когда я уехала, он остался, я долго его не видела. Может, с год. Потом случайно встретила на концерте на острове Нотр-Дам. Мы погуляли какое-то время, но ничего у нас не вышло. – Анна снова пожала плечами. – Тогда он уже ушел из секты и рассказывал жуткие истории о том, что там происходило. Его сильно напугали.

– Как его звали?

– Джон какой-то.

– Где он теперь?