Темный дом - Алекс Баркли

Джо и Рэй обменялись недоуменными взглядами. Рэй фыркнул.

Официант поставил перед ними три кружки пива, и вскоре разговор ушел в другую сторону.

* * *

Стараясь не греметь и не разбить стекло, Роберт Харрингтон осторожно вылез из окна своей комнаты, спустился на крытую алюминием крышу сарая, тихонько, на четвереньках, прошел по ней до края, спрыгнул на землю, в сад. Немного постоял, озираясь по сторонам, и метнулся вперед, через дорогу.

— Ну все, свобода, — сказал Шон, открывая Роберту дверь. — Мать с отцом ушли.

— Ну ты совсем ирландцем стал, так длинно говоришь. Нет чтобы сказать проще: «Я один» или «Один дома». Слушай, а ты хреново выглядишь, между прочим.

— А то. Сейчас все расскажу. Жизнь — хуже некуда. Подожди, я сейчас стяну что-нибудь у отца из бара. Будешь?

— Не откажусь, — ответил Роберт. — Да, я еще Эли позвал. Она с минуты на минуту должна подтянуться.

Фрэнк сидел за кухонным столом, заваленным папками, и, опершись на него локтями, разглядывал лежащие перед ним бумаги. Нора подошла к кухне, остановилась в дверях.

— Хочешь, расскажу, что здесь сегодня произошло?

Фрэнк поднял было руку, чтобы остановить Нору, но сдержался, вскинул голову, посмотрел на нее своими большими глазами, увеличенными стеклами очков.

— Дорогая, у меня работы по горло, — умоляюще произнес он. — Вот смотри, сколько бумаг, — он легонько толкнул их, — и все нужно разобрать.

— Я знаю, мой лягушоночек. Ты у меня совсем умотался. Побледнел, темные круги под глазами появились. Какие они громадные. — Она улыбнулась. — А ты не заболел, случайно?

— Нет, только в желудке булькает от кофе. — Фрэнк поморщился. — Решил твой рецепт попробовать. — Он кивнул в сторону плиты, на которой кипел чайник.

— Такое случается, — кивнула Нора, не переставая улыбаться. — Особенно когда выпьешь слишком много, чтобы держать себя в норме.

— Ума не приложу, — Фрэнк опустил голову, начал снова перебирать бумаги, — почему Кэти решила позвонить именно мне, а не в Службу спасения, не в участок. Ну Шону, наконец. Хотя они же поссорились… Наверное, потому она не стала звонить ему. — Он вздохнул. — Не знаю.

— Во-во. За это «не знаю» О'Коннор тебя и невзлюбил.

Они оба рассмеялись.

— Не зацикливайся на этом звонке. Придет время, и узнаешь. — Нора подошла к нему сзади, начала массировать плечи. — Так лучше? — спросила она.

— Намного.

— Ну вот. Работай дальше, а я пошла спать.

Джо вывел джип на аллею. Сначала в свете фар показалась верхняя часть маяка, а затем чья-то фигура, перегнувшаяся через балконные перила. Джо развернул машину, и в ту же секунду фары выхватили из темноты еще двух человек — размахивая руками, они бегали под балконом и что-то кричали. Джо надавил на газ, джип стремительно понесся по аллее к маяку. Остановившись у самых ступенек, Джо выскочил из кабины. Моросил мелкий унылый дождик. Первой он увидел Эли, позвал ее. За ней подошел Роберт.

— Мистер Лаккези, — заговорил он, показывая на балкон, — это Шон. Не знаю, что ему в голову стукнуло. Он напился, залез туда и закричал, что собирается прыгнуть.

От Роберта сильно пахло пивом, но выглядел он трезвым и говорил вполне вразумительно.

— Боже мой… — прошептал Джо. — Что у вас тут происходит? — Он посмотрел на Эли. Та, закрыв лицо руками, плакала навзрыд.

— Мы выпили пива, — начал объяснять Роберт, — а потом Шон предложил нам прогуляться. Мы согласились, он сказал, что хочет показать нам маяк, побежал первым, а пока мы тут стояли, забрался на балкон и начал кричать, что ему надоело жить.

— А где Анна? — спросил Джо.

— Не знаю. — Роберт пожал плечами. — Шон говорил, что ее нет.

— Принимали что-нибудь?

— Наркотики-то? Нет, конечно. Он просто виски с пивом смешал.

Джо чертыхнулся.

Неожиданно Шона начало тошнить, и если бы не ветер, Джо и Роберта обдало бы рвотой.

— Я хочу умереть! — проорал Шон.

— Убил бы сопляка, — прошептал Джо.

Роберт усмехнулся:

— Простите, мистер Лаккези, я не знал, что так получится.

— Ты ни в чем не виноват, Роберт, — покачал головой Джо. — У Шона нервы сдали. Шон, тебе не нужно умирать! — прокричал он сыну. — Давай спускайся вниз. Хочешь, я тебе кофе приготовлю?

— Моя жизнь кончена! — Шон, сильно покачиваясь и держась за перила, продолжал стоять на балконе. — Они все думают, что это я убил Кэти.

— Не говори глупостей! — прокричал Роберт. — Никто так не думает!

— А ты вообще заткнись! Тебе отец запретил разговаривать со мной.

Роберт посмотрел на Джо, покрутил пальцем у виска.

— Сынок, иди к нам. Это в тебе говорит виски. Хотя постой там, сейчас я поднимусь и помогу тебе спуститься.

— Уйдите вы все отсюда! Оставьте меня! — заорал Шон. Он попытался перекинуть ногу через перила и не смог этого сделать — нога соскользнула, он пошатнулся и ударился спиной о стену маяка. Его снова начало тошнить.

— Ну вот и все, ребятки, — проговорил Джо. — Стойте здесь, а я пошел наверх. Он не прыгнет. Слава Богу, он так напился, что и ногу-то поднять не в состоянии.

Джо вбежал в дверь, бросился наверх, в служебное помещение маяка, выскочил на балкон. Шон, согнувшись, плакал, опираясь на перила. Руки его тряслись, плечи вздрагивали. Джо сел рядом, привлек Шона к себе и начал успокаивать, гладить по волосам.

— Успокойся, сынок, успокойся. Все образуется. — Усадив Шона, он встал, перегнулся через перила и крикнул Роберту и Эли, чтобы они шли домой.

Спустя полчаса, когда Шон немного пришел в себя, Джо спустился с ним вниз, помог дойти до дома, привел в комнату и положил на кровать. Все это время Шон бормотал что-то невнятное, то злился, то принимался плакать.

— Анна! — крикнул Джо.

— Мама! Ой, мама! — закричал Шон, лежа на кровати, и вдруг рассмеялся.

— Она никуда не собиралась? — спросил Джо. — Ничего не говорила тебе?

— Нет. Хотя, может быть, и говорила, но я не помню. Да кому это интересно? — Он вздохнул, перевернулся на бок и свалился на пол. Подложил под щеку ладони, пытаясь уснуть.

Джо поднял его с ковра, спросил:

— На ногах стоять можешь?

Шон промычал что-то неразборчивое.

— Так. Раз душ отпадает, тогда спи. — Он снова положил Шона на кровать, вышел из комнаты, выключил свет и направился на кухню. Там было темно и пусто. Джо поднялся наверх, несколько раз позвал Анну. Она не отвечала.