Полуночный киносеанс - Джейн Андервуд

* * *

Петер отвел любовницу в элегантный ресторан при отеле, где Сюзанна дала себе волю, заказывая самые дорогие блюда из роскошного меню. Девушка казалась радостной и беззаботной, словно между ней и любовником не было никакого раскола.

Мужчина, напротив, несмотря на все попытки девушки его развеселить, оставался немногословным и без особого восторга вяло ковырялся в тарелке. Мысль о том, что у его жены может быть тайный любовник, о котором он до сих пор ничего не знал и с которым она сейчас неизвестно куда уехала, занимала его целиком. Прямо сейчас она могла целоваться с ним, страстно обнимать его – эти фантазии лишали его всякого аппетита и желания общаться. Сюзанна внимательно наблюдала за Петером, читая его мысли по лицу. Это было не трудно, но она старалась больше его не провоцировать.

Фостер пил больше обычного. Снова и снова он хватался за свой бокал с вином, пытаясь проглотить ком в горле. В конце концов Сюзанне пришлось признать, что ее любовник хоть и сидел с ней за столом, но его мысли при этом витали очень далеко. В какой-то момент его неразговорчивость стала просто невыносимой, и девушка собралась было встать и с оскорбленным видом уйти, как ей пришла в голову одна идея.

– Если ты действительно боишься, что твоя жена тебе изменяет, ты можешь сделать ставку, – предложила она. Сюзанна понимала, что затевает с ним рискованную игру. С другой стороны, у нее появлялся еще один шанс разрешить ситуацию в свою пользу.

– Что за чушь! – с раздражением вскрикнул Петер и категорично покачал головой. – Ты ведь это несерьезно!

– Почему же, очень даже серьезно, – заверила его Сюзанна. – Ты ведь знаешь поговорку: «Счастлив в любви – несчастлив в игре»?

– Мне сейчас не до подобных глупостей, – фыркнул Фостер.

– В данном случае, конечно, все как раз наоборот, – продолжила Сюзанна, не обратив внимания на его комментарий. – Несчастье в любви означает счастье в игре! И почему ты не можешь этим воспользоваться? Ты либо выиграешь деньги, либо убедишься в необоснованности своих сомнений по поводу верности своей жены.

– Что значит весь этот бред? – грубо спросил Петер и снова сделал большой глоток из своего бокала.

Сюзанна не сдавалась.

– Что тебе мешает сыграть? – она загадочно улыбнулась. – Ты ничего не теряешь, только выигрываешь: либо деньги, либо уверенность в том, что твоя жена тебя любит!

Петер потер подбородок. Он никогда не был игроком. Тем не менее предложение Сюзанны показалось ему небезынтересным. Его нынешнее положение и так уже было хуже некуда. Если в той самой поговорке кроется хотя бы доля истины, то, по крайней мере, выигрыш его бы утешил. А неожиданно легкие деньги в этой ситуации ему бы не помешали!

Сюзанна следила за выражением его лица и угадывала его мысли.

– Это совсем рядом, – с ослепительной улыбкой произнесла она.

– Ты говоришь об игорном зале в отеле? – он снова задумчиво потер подбородок.

– Почему бы и нет? Так или иначе… В любом случае ты останешься в выигрыше, – увещевала его любовница. Собственно, она лишь старалась отвлечь его и втайне надеялась, что в дальнейшем сможет уговорить его развестись с женой. Ведь ни с одной другой женщиной в мире он не сможет быть счастливее, чем с ней!

Петер упрямо сжал губы. «В принципе, она права, – подумал он. – Сыграю я или нет, это лучше, чем перспектива провести вечер наедине с Сюзанной. Ведь она не оставит попыток убедить меня расстаться с женой!»

– Хорошо, идем! – сказал он, отложил салфетку и встал из-за стола.

* * *

Ханна Фостер недалеко ушла от кинотеатра, когда с большим удивлением заметила невдалеке свою подругу Милу Куант, спешившую ей навстречу. Видимо, она припарковала свою машину где-то в другом месте. Мила, как и Ханна, была одной из четырех некогда неразлучных подружек, которые дружили с детского сада и многое вместе пережили. Кроме Милы в эту дружескую компанию также входили Мэри Хэмптон и Джейн Брикстон. Они виделись с большими перерывами, что не мешало им сохранять дружеские отношения.

В самом начале их было пятеро, но Элиза Нортон была из совершенно другого социального окружения и по финансовым причинам чаще всего не могла составлять остальным подружкам компанию. Это приводило к напряженным ситуациям и ссорам, и Элиза стала постепенно отдаляться от них, пока контакт с ней не был окончательно потерян.

Никто даже не просил ее остаться. Наоборот! В то время оставшиеся девушки были очень рады, что Элиза Нортон покинула их круг.

Через пару лет кто-то сказал, что Элиза уехала из страны и живет где-то за океаном, но точной информации ни у кого не было. Честно говоря, никто никогда и не пытался разыскать ее. С тех пор ее никто не видел и не знал, что с ней случилось. Никто не знал, жива ли она вообще.

– Мила! – Ханна взволнованно замахала ей рукой и ускорила шаг, радуясь, что теперь не придется быть одной.

– Ханна? Ты? – удивилась Мила. – Скажи-ка, ты тоже получила приглашение?

– Да! И ты тоже?

– Да, и я, – ответила Мила. – Приглашение с входным билетом на ночное представление вон в том кинотеатре. А к приглашению прилагалась большая роза.

– Типа этой? – спросила Ханна и протянула ей свою розу.

– Да, точно такая же, – ответила Мила и беззаботно рассмеялась.

После этого подтверждения Ханне окончательно стало понятно, что все ее романтические ожидания от этого вечера никогда не осуществятся. С одной стороны, она была разочарована, а с другой – радовалась, что столь неожиданно встретила старую подругу.

Женщины обнялись.

– Честно говоря, я хотела тебе позвонить и рассказать о приглашении, – смущенно сказала Ханна. – Но потом подумала… я не хотела… ведь могло так случиться, что ты ничего подобного не получила.

– Я чувствовала то же самое, – успокоила ее Мила. – Как хорошо, что мы здесь встретились!

– Да, это точно! – поспешно закивала миссис Фостер. – Но мне кажется, мы слишком рано обрадовались этому странному событию. Скорее всего, оно вообще не состоится!

– Это почему еще? – непонимающе спросила Мила.

– Кажется, что-то пошло не так, и кинотеатр закрыт, – сообщила Ханна. – А кроме нас, здесь больше никого нет.

– Даже так? – удивилась Мила. – Это действительно странно.

– Мне тоже так кажется, – согласилась с подругой Ханна. – По-моему, кто-то позволил себе глупо над нами пошутить.

– Может, мы слишком рано приехали? – с присущим ей оптимизмом сказала Мила и скептически посмотрела на часы. – Хм, почти полночь. Ну, мало ли что могло случиться.

– Тебе разве не кажется в высшей степени странным, что, кроме нас, никого не видно на улице? – покачала головой Ханна.