Изолятор - Джошуа Спэньол

Доктор Перри оторвала взгляд от дисплея и слегка нахмурилась.

– Если вас заинтересуют отчеты о работе отделения интенсивной терапии, в котором находится немало коматозных пациентов, я готова их представить.

– Буду чрезвычайно признателен, – поблагодарил я.

– Вы можете оставаться там ровно столько, сколько потребуется. Сейчас я позвоню и закажу гостевой пропуск.

– Спасибо, – снова произнес я. – Но меня куда больше интересует та ситуация, о которой вы рассказывали раньше – выходящая за рамки обычного.

– Должна признаться, что в это отделение никого не пускают. Работает лишь сотрудник факультета, изучает состояние нескольких больных, находящихся в устойчивом вегетативном состоянии. Посещать их не разрешается никому, кроме членов семьи и тех, кто принимает участие в исследовании.

– И в чем же суть этого исследования?

– О! – Доктор Перри покачала головой. – Исследование… будь моя воля, я давно умыла бы руки, доктор Маккормик. Да дело в том, что все это происходит в моем госпитале, так что именно я отвечаю за инфекционную безопасность. Должна сказать, что совсем не одобряю то, что вижу. Дело в этике; она – как бы это сказать? – по меньшей мере сомнительна.

– Так почему же продолжается научная работа?

– Деньги и слава – суть, как всегда, в этом. И это мне не нравится. – Она внимательно посмотрела на меня. – А еще одна причина, почему меня волнуют события, происходящие в госпитале, заключается в том, что, скорее всего, я сижу на готовой взорваться бомбе. Да, кстати, могу я взглянуть на ваше удостоверение сотрудника Центра контроля?

Подобная непоследовательность меня несколько ошарашила. Однако я выудил удостоверение и показал его. Доктор Перри принялась внимательно изучать его. Сначала пристально посмотрела на фотографию, потом – также пристально – на мое лицо. Наконец она успокоилась и, возвращая удостоверение, заметила:

– Много лет назад я работала сотрудником службы инфекционной разведки.

– Где?

– В Ларедо, штат Техас. А вы где состоите?

– В Атланте, в отделении специального патогенеза. Потому и приходится заниматься подобными вопросами.

– Вы здесь в командировке?

– Да, конечно. Но как я уже говорил, к вам явился исключительно, чтобы удовлетворить собственное любопытство. – Я принялся распространяться на эту тему, однако, судя по всему, доктор Перри не слишком-то мне поверила.

– Честно говоря, это очень плохо, – заметила она. – Явись вы по официальному вопросу, я была бы обязана показать все, что вас заинтересует. Но поскольку визит личного плана, то…

Какое-то время мы молча смотрели друг на друга.

– Официальный визит неизбежно привлек бы внимание тех людей, от которых я как раз хотел бы держаться подальше.

– В таком случае, – продолжала моя собеседница, – возникает вопрос, нельзя ли сделать визит официальным ровно настолько, насколько это нам необходимо.

– Вы хотите сказать?…

– Я хочу сказать, доктор Маккормик, что в случае непредвиденных обстоятельств я смогу прикрыть и лично себя, и госпиталь. Простите за откровенность.

– Да уж, у меня потрясающая способность привлекать разного рода непредвиденные обстоятельства, – согласился я. – Боюсь, что извиняться придется мне самому.

Доктор Перри рассмеялась:

– Ну, в таком случае, доктор, думаю, мы поймем друг друга. Хочу, чтобы вы знали: я не считаю, что происходит что-то предосудительное и недостойное. Если бы дела обстояли таким образом, я уже давно забила бы тревогу. Но секретность, которой окутано происходящее, мне не по нраву. Медицина должна быть открытой книгой: чем больше людей видят и знают истину, тем лучше.

Доктор Перри сняла телефонную трубку и набрала номер.

– Это доктор Перри, – представилась она. – А с кем я говорю? Да, здравствуй, Том. Посылаю к тебе человека. Доктор Натаниель Маккормик. Просто интересуется, зашел посмотреть, как у нас обстоят дела. – Она помолчала, слушая собеседника. – Не знаю, имеет ли он допуск или нет, но я его допустила. Согласен? Он – эпидемиолог, проверяет, как проходит у нас контроль. – Опять молчание. – Да, спасибо. И еще одно. Мне очень не хочется заполнять гору бумаг, поэтому сделай милость, не говори никому из работников компании и сотрудников лабораторий Тобел и Фалька о том, что мы принимали посетителя. – Короткое молчание. – Спасибо.

Она повесила трубку.

– Лаборатории Тобел или Фалька? – переспросил я.

– Да, а вы знакомы с их работой?

– Можно сказать, что да.

Доктор Перри что-то быстро нацарапала на клочке бумаги.

– Вот номера палат. Это в подвале, рядом с моргом. Подходящее местечко, правда?

Трудно сказать, подходящее или нет, однако некоторые вещи начали складываться в моей голове. И хотя казалось, что я и так знаю ответ на вопрос, тем не менее я его задал:

– Так в чем же суть этически сомнительного исследования? Вы мне так и не сказали.

Доктор Перри насмешливо развела руками, словно представляя широкой публике нечто грандиозное.

– Свиньи, доктор Маккормик. Они там, внизу, пересаживают пациентам в вегетативном состоянии свиные органы. И происходит это во вверенной мне больнице.