Проект «Немезида» - Брендан Райх

Гвоздь театрально зевнул.

– У меня от природы прекрасные биологические часы.

В кухонном уголке было четыре места. Мы с Гвоздем расположились друг рядом с другом, а Ноа – по другую сторону стола. Я с аппетитом ела, поблагодарив Ноа за труды. Даже Гвоздь одобрительно хмыкнул. День начинался неплохо.

Но глядя на Ноа, я понимала, что его что-то гложет. Он рассеянно тыкал вилкой в тарелку, украдкой бросая взгляды на меня. Стоило же мне самой поднять глаза, как он низко опускал голову. У меня сложилось странное впечатление, что именно я – причина его тревоги. Я не понимала почему, но это чувство не проходило.

– Ты все еще собираешься идти в церковь, не раздумал? – спросила я в надежде вызвать его на разговор. Но Гвоздь вмешался прежде, чем Ноа успел открыть рот.

– Это на плантацию-то к мастеру Флетчеру?^[57] – насмешливо спросил Гвоздь, отправляя в рот последний ломтик бекона. – Лично я – нет. Отнюдь не собираюсь.

Глаза Ноа на секунду вспыхнули, но когда он заговорил, голос прозвучал спокойно.

– Нам надо идти. Только так мы можем оставаться в курсе событий.

Затем он вдруг дернулся, словно припомнив что-то, и добавил, что путь через Главный Перевал тоже оказался перекрыт.

Я со свистом выдохнула.

– Значит, ни интернета, ни телевизора, ни радио. Бревно разрушено. По горной тропе не выбраться. Нравится нам это или нет, но дурацкая клика Итана сейчас – единственная организация в долине. Нам придется присоединиться к ней, пока не придумаем план получше.

– Я уже придумал. – Гвоздь громко рыгнул и отодвинул свой стул от стола. – Мы втроем объединимся в свой собственный отряд. Роскошная резиденция Ноа станет его базой. Переманим к себе нормальных чуваков. И не нужно будет лебезить перед теми придурками.

Ноа покачал головой еще до того, как Гвоздь закончил.

– Меньше всего нам всем сейчас нужны большие разборки. Тем более, что планы придурков до сих пор оказывались не такими уж плохими.

– Да какая разница! – Гвоздь выпрямился и заговорил, глотая слова от возбуждения: – Я всю ночь об этом думал. У нас есть шестьдесят четыре ученика средней школы, верно? Большинство из них никогда не входило в свиту Итана – хотя он пытается командовать и контролировать все и вся уже много лет. Численное преимущество на стороне не-крутых ребят. Под нашим управлением дело пойдет, во всяком случае, не хуже, чем у Итана. Собственно, я уверен, что гораздо лучше.

– Нет, так дело не пойдет. – Я отложила вилку и приготовилась терпеливо объяснять. – В том-то весь смысл, чтобы все, абсолютно все действовали сообща. Будем голосовать за каждое отдельное решение, или еще какую-нибудь формулу одобрения изберем… Никто никому не должен переходить дорогу.

– Ну, успехов вам в этом, ребятки. – Гвоздь закатил глаза.

– У Итана все равно будет преимущество, – раздраженно сказал Ноа и взъерошил волосы так, что я окончательно проснулась.

Я отвела взгляд. Не хотелось отвлекаться. Ноа, даже только что из постели, выглядел отлично.

– Во-первых, на его стороне все качки` и спортсмены, – продолжал он. – А остальных легко припугнут и запутают богатенькие девчонки. Дело ведь не только в количестве людей в команде, Гвоздь. Дело в их качестве.

– Ну, ты-то можешь переметнуться на их сторону в любую минуту. – Гвоздь встал и зашагал к лестнице.

Кровь прилила к щекам Ноа, но я предостерегающе подняла руку.

– Не стоит. Я потом сама поговорю с ним. Хватит палить по своим, только этого нам не хватало.

Ноа кивнул. Казалось, ему стало неловко. Он собрал тарелки и отнес их в раковину. Я вздохнула и допила апельсиновый сок. Оставалось надеяться, что остаток утра пройдет более гладко.

Явились все. Меня это не удивило. Мы оказались в ловушке в горной долине без взрослых. Куда было деваться?

Итан за кафедрой перешептывался с Дерриком и Сарой. Я начала понимать, как у них все устроено. Эти трое представляли собой мозговой центр. Они принимали решения. Затем Деррик передавал их Майку, Тоби и Крису. Чарли Белл вместе с Такером Бринсфилдом и Джошем Аткинсом, самыми мощными парнями в нашем классе, на сей раз тоже расположились на алтарных ступеньках.

Заметив их, Гвоздь рассвирепел. Такер и Джош играли на позиции линейных защитников в футбольной команде, но за пределами поля никогда не проявляли дружелюбия к Итану. Вероятно, Гвоздь рассчитывал, что они перейдут на его сторону.

– Умно, – пробормотал Ноа. – Они нарастили мышечную массу и тем самым ослабили волю остальных к сопротивлению. Кто-то тут неплохо поработал головой.

Я мысленно выругалась. Так оно и было. Меньше чем за сутки Итану удалось каким-то образом утвердить в долине режим настоящей диктатуры. Впрочем, этим утром ропота и недовольства было даже больше, чем предыдущим. Вчера все были шокированы, и к тому же дело происходило раньше, чем долина была прочесана вдоль и поперек с известным результатом. Теперь все должно было пойти не столь гладко. По моим прогнозам, во всяком случае.

– Ты только посмотри на этих идиотов, – проворчал Гвоздь. Сегодня мы сидели ближе друг к другу, и он даже не пытался говорить тише. – Ни дать ни взять детсадовская модель ООН.

Тоби поднял глаза. Заметив Гвоздя, он улыбнулся и помахал рукой, а потом откинулся назад и заложил руки за голову. Меня охватило смутное беспокойство. Тоби выглядел так, словно ожидал веселого представления, и я могла побиться об заклад, что для нас оно не сулило ничего хорошего.

Впереди началось какое-то движение, и Итан поднялся на кафедру.

– Началось, – выдохнул Ноа.

– Все прибыли и отметились в списке, – прогремел голос Итана, – так что давайте начнем. Сейчас Сара вкратце подведет итоги вчерашних мероприятий.

Сара уверенной походкой подошла к кафедре. Манерой двигаться она напоминала кошку в леггинсах для йоги и в топе марки «Лулулемон».

– Одиннадцать команд прочесали одиннадцать разных квадратов местности. Никого, кроме нас, в долине нет. Насколько можно судить, Файр-Лейк полностью опустел.

По церкви пробежал шепоток. Сара подняла руку.

– Еще более странно то, что исчезли также все животные. Кошки, собаки, олени и даже птицы. Очевидно, то же страшное явление, что заставило всех наших сограждан оставить родные места, спугнуло из долины и всю дикую фауну.

Тут поднялась, яростно сверкая глазами, Рейчел Стайн.

– Моя кошка никогда не выходит из дома. По собственной воле не вышла бы ни за что! Мисти не могла сама сбежать, а это значит только одно: кто-то зашел в дом и забрал ее. Следующий вывод напрашивается сам собой: во все наши жилища заходили посторонние люди. Хорошенькие шутки!