Кровь ангелов - Майкл Маршалл Смит

— Так кто он такой? И что это за картинки?

— Они имеют прямое отношение к истории «соломенных людей».

— Насколько давней?

— Настолько, что ты наверняка сочтешь это полной чушью.

— Что ж, в таком случае я даже не хочу ничего слышать.

В квартиру Джулии Гуликс вел отдельный вход, по лестнице за углом здания. Дверь была опечатана полицейской лентой и заклеена знаками «Не входить».

— Монро говорил, что они тут уже все перерыли, — напомнил я.

— Да, местные копы обыскали квартиру после ее ареста, но искали они лишь основные улики. А со вчерашнего утра приоритеты поменялись.

Я наблюдал за улицей, пока Зандт разрезал ленту ножом и извлек кольцо с гибкими металлическими инструментами. Через пару минут замок поддался. Мы проскользнули внутрь и закрыли за собой дверь.

Квартира была не слишком просторной. Входная дверь открывалась прямо в гостиную с кухней в дальнем конце. Вдоль одной из стен тянулись книжные полки, а большой деревянный стол явно служил как для еды, так и для работы. Две двери в другом конце вели в ванную и спальню — очень маленькую, где оставался лишь узкий проход вокруг двуспальной кровати. Даже двери шкафов едва можно было открыть полностью. Все помещения носили следы организованного обыска.

Мы с Джоном обошли всю квартиру и меньше чем через минуту вернулись в гостиную.

— Есть идеи?

— Только то, что тут мы ничего не выясним, — ответил я. — Копы обшарили все, что можно. К тому же, по словам коронера, безымянная жертва где-то лежала, прежде чем с нее срезали мясо. А где тут можно поместить труп?

— На полу гостиной. Вдоль стола или на кровати, причем сама она могла лежать рядом. Ты не можешь себе представить, в каких условиях порой живут психопаты.

— Если предположить, что это действительно сделала она. Нина так не считала.

— Нина ошибалась.

— Хотелось бы посмотреть, как ты станешь ей это объяснять.

Я подошел к стене с полками и постучал по ней костяшками пальцев. Послышался гулкий звук.

— Дешевые перегородки, — сказал я. — Мне бы не хотелось кого-нибудь тут убивать с такой звукоизоляцией. Тем более что я в таких делах далеко не специалист.

— Она дала Уидмару снотворное. Второму, вероятно, тоже.

— Но она ведь не убивала Уидмара прямо здесь, верно? К тому же, пока кто-то окончательно не лишился сознания, нет никакой гарантии, что он не закричит — а тогда соседи начнут звонить в полицию, и начнется сущий ад. Так что — если предположить, что это все-таки она прикончила тех мужиков, — должно быть какое-то другое место, которым следует поинтересоваться.

— Ты знаешь, где оно?

— Нет.

— Я тоже. Так что давай поищем здесь.

Зандт направился в спальню. Я быстро осмотрел кухню и гостиную. Заглянув в ящики и шкафы, я обнаружил небольшое количество довольно приличной посуды и консервов с еще не истекшим сроком годности. На шкафах и под ними не было ничего, кроме пыли и трех резиновых колечек.

Передвинув мебель в гостиной, я тоже не нашел ничего примечательного. Прошелся по книжным полкам, открывая и встряхивая каждую книгу, переворачивая каждую вазочку и декоративную фигурку. Четыре скрепки, семь квитанций на подписку, использовавшихся в качестве закладок, сломанная брошка. Книги представляли собой стандартные романы в мягком переплете; пособия «Как добиться успеха в бизнесе/диете/жизни» с почти неотличимыми друг от друга фотографиями лысеющих шарлатанов на обложках; справочник по системе «Windows» для чайников и два специальных издания по бухгалтерскому делу.

В нижнем ящике оказалась маленькая деревянная шкатулка, набитая фотографиями, изображавшими ничем не примечательных людей вместе с Джулией или без нее. Я отнес шкатулку на кушетку и подождал, пока Зандт закончит осмотр ванной.

Он вышел оттуда с пустыми руками.

— Ничего интересного, — сказал он.

— Естественно, мы ведь понятия не имеем, что уже забрали копы.

— Я не видел ничего похожего на записную книжку или ежедневник.

Я кивнул в сторону шкатулки.

— Если что и есть, то только тут.

В течение нескольких минут мы просматривали фотографии. Лучшее доказательство того, что ты хоть чем-то отличаешься от других, — это изображения, которые представляют для тебя ценность. Они выглядят столь стандартно, что кажутся поддельными. Красноглазые женщины с завитыми волосами, мужчины с потными лицами, поднимающие бокал с пивом, неуверенно глядящие в камеру старики — и все натянуто улыбаются, словно готовясь к чему-то неприятному.

Я быстро потерял к ним интерес, и у меня вдруг возникла странная мысль о том, существует ли хоть одна фотография, где мы с Ниной вместе, и не случилось ли так, что нам не удалось оставить во времени даже столь малый след.

— Взгляни-ка сюда.

Я посмотрел на снимок, который держал Джон. Как ни странно, на нем никого не было. Он изображал участок леса, сфотографированный облачным днем.

— И что?

— Тебе это не напоминает то место, где нашли второй труп?

— В каком-то смысле да, хотя я не уверен, что это то самое место. Деревья выглядят иначе.

— Посмотри на тона. Либо эта фотография слишком долго пробыла на солнце, либо она старше большинства других в этой шкатулке.

Он был прав. Я посмотрел внимательнее, перевернул фотографию.

— Можно как-то установить год по этим цифрам на бумаге?

— Стоит попытаться. — Он встал. — Здесь мы закончили. По дороге мне надо будет кое-куда позвонить.

— Куда мы едем?

— Еще раз поговорить с ней.

— Ты же сказал, что это не имеет смысла?

— Возможно, теперь имеет. Если это действительно фото места преступления, оно может послужить подтверждением заранее существовавших мотивов. Если все ее странное поведение и попытка на меня напасть — способ изобразить невменяемость, то снимка может оказаться достаточно, чтобы привести ее в полное замешательство.

— Не похоже, что это окажется нашей волшебной пулей, — засомневался я. — Я все еще не уверен, что это то самое место.

— Не важно. Достаточно того, что это вполне возможно. — Он повернулся, стоя на фоне открытой двери. — И ты стреляешь достаточно метко для того, чтобы тебе хватило даже пуль из воздуха.

— Сейчас ее здесь нет, — сказал полицейский за столом, один из тех, кто помогал оттащить Гуликс от Зандта.

Вид у него был неприступный.

— Где она?

— В больнице.

Я уставился на него.

— Почему?

— Послушайте, парни, я вовсе не…