Нечестивый Грааль - Дэвид Л. Уилсон

Романо выволок Бритт из воды и поставил в туннеле на ноги. Она отплевывалась и кашляла, пытаясь выровнять дыхание, а он тем временем отвязал от их поясов сверток и зашнуровал кроссовки, затем отжал рубашку и надел ее. Вслед за этим священник тщательно выгнал воду из промокшего насквозь папируса и сунул его к себе за пазуху.

Бритт понемногу приходила в себя: она убрала с глаз на липшие на лицо пряди, надула щеки, сильно выдохнула и наконец смогла взглянуть на Романо:

— Очень надеюсь, что подземных потоков больше не будет. Вы даже не представляете: еще чуть-чуть — и мне бы пришел конец…

Священник выключил фонарик, но Хэймар взмолилась:

— Пожалуйста, оставьте!

Тогда он привлек ее к себе, взяв за плечи:

— Ну-ну… Видите вон там, в конце коридора, полусвет — это и есть наш билетик на выход. — Он обнял ее крепче: — Обещаю, плавание на сегодня закончено.

Затем Романо снова включил фонарик и пополз вперед:

— Не отставайте же!

Бритт, ухватившись за его кроссовок, откликнулась:

— Можете не сомневаться — не отстану.

Полумрак впереди все больше разрежался. Через несколько минут, протиснувшись за очередной скальный выступ, Романо увидел столб света, отвесно падающий на стену туннеля. Добравшись до отверстия, наглухо заросшего травой и лозой, Романо прорвался сквозь зеленый покров и выполз на склон высокого холма. Он обернулся, чтобы помочь выбраться и Бритт, но она уже выкарабкалась сама. Ухватившись за его руку, она выпрямилась, затем обняла священника и спрятала голову у него на груди. После зябкой пещеры и ледяной воды Хэймар тряслась от холода и все крепче стискивала его в объятиях, а он поглаживал ее по спине и по плечам: оба грелись в теплых утренних солнечных лучах.

Бритт, качая головой, поглядела на священника:

— Черт, вот так история!.. В голове не укладывается…

— Действительно. Однако же факт. Убийства на этом закончились, а вопросы, скорее всего, остались.

— Что мы теперь будем делать?

Романо огляделся и увидел, что в направлении трактира над одной из вершин вздымается дымовой столб, а внизу, у подножия холма пролегает узкая извилистая горная дорога. Там уже слышался вой сирен: мимо на всей скорости промчалась красная пожарная машина, за ней — еще несколько автомобилей.

— Давайте спустимся к дороге, — решил Романо. — Мы, вероятно, не очень далеко от трактира. Может быть, здание не пострадало и наши вещи и паспорта целы.

Сквозь подлесок они продрались к шоссе. Священник, обернувшись к Бритт, похлопал себя по груди, где лежал за пазухой свиток:

— Не знаю, как вы, но я и сейчас не сомневаюсь, что многое остается невыясненным в том, о чем с нами откровенничал Кристофоро. Поэтому я призываю вас вместе изучить все данные и тщательно их взвесить, а только потом делать выводы. История «Rex Deus» и Христовой родословной покрыта мраком; вы же помните, Кристофоро называл богатство и власть главными побудительными мотивами для Совета Пяти.

— Что ж, если вы больше не станете уличать меня в сокрытии истины…

Романо с чувством сжал ее руку:

— После того что выпало на нашу долю, надеюсь, мы оба заинтересованы выяснить ее. В жизни хватает всякого рода иллюзий; если «Rex Deus» — долгоиграющий миф, мне очень бы не хотелось принимать участие в его возобновлении.

— Каков бы ни был исход, некоторых скандальных подробностей все же не избежать.

— Думаю, ваша будущая книга — прекрасный плацдарм для выстраивания их в надлежащем порядке. — Взглянув на Бритт, Романо почувствовал, что его академический настрой куда-то улетучился. — Смею надеяться, что теперь вы сможете доказать свои излюбленные теоремы, опираясь в первую очередь на наглядные доказательства. — Он еще раз похлопал по папирусу у себя за пазухой: — Это ваше. Буду счастлив подключить к переводу свои познания в арамейском.

Хэймар вежливо улыбнулась:

— Считайте, что уже получили приглашение. И надеюсь, вы не откажете мне в профессиональной критике, когда будет готова моя книга.

— Можете на меня рассчитывать — если, конечно, не опасаетесь предвзятого мнения.

Они зашагали к трактиру и, выйдя на шоссе, убедились, что главный его корпус разрушения не затронули. Дым валил со стороны конюшни — там пожарные уже заливали из брандспойтов языки пламени. Рядом с гостиницей стояло несколько автомобилей, собравшаяся толпа глазела на работу пожарного расчета.

Романо и Бритт были на полдороге по подъездной аллее, когда двое из стоявших у трактира людей вдруг поспешно сели в «рено», и автомобиль, завизжав тормозами, вскоре остановился рядом. Из него вышел человек и предъявил удостоверение.

— Отец Романо, надеюсь, вы меня помните. Агент Катлер, ФБР. — Он сделал приглашающий жест сидящему за рулем напарнику, и тот неуверенно приблизился. — Это агент Ги Резон, французский сотрудник Интерпола. — Поглядев на Бритт, Катлер осведомился: — А вы, если не ошибаюсь, профессор Бриттани Хэймар.