Чистая правда - Дэвид Бальдаччи

Джош Хармс решил, что теперь полиция будет блокировать второстепенные дороги, поэтому применил необычную тактику, чтобы выехать на автостраду. Уже стемнело, они подняли стекла и находились в безопасности – патрульным полицейским будет трудно заглянуть внутрь. Но, несмотря на все приготовления, Джош знал, что катастрофа практически неизбежна.

«Забавно, – подумал он, – после того ужаса, что пришлось пережить брату, он даже не задумался, стоит ли поступать правильно, несмотря на то, что это может грозить ему гибелью или потерей свободы, которую у него вообще не должны были отнимать». Ему хотелось одновременно проклинать и восхищаться Руфусом. Взгляды Джоша на жизнь не были сложными: он один против всех. Нет, он не искал неприятностей, но легко вспыхивал, если кто-то пытался сделать ему гадость. Джош понимал: удивительно, что он прожил так долго со своим взрывным характером.

Однако он не мог не восхищаться такими людьми, как Руфус, который сумел выдержать все испытания, имея дело с теми, кто не хочет, чтобы мир изменился даже на йоту, пока они находятся на самом верху. «Может быть, правда действительно освободит тебя, Руфус», – подумал Джош. Внезапно он кое-что увидел краем глаза, и его рука тут же опустилась на рукоять пистолета.

– Руфус, – позвал он, повернувшись в сторону внутреннего окна автофургона, – у нас проблемы.

В окне появилось лицо Руфуса.

– Что такое?

– Пригнись пониже! Пригнись! – предупредил Джош и снова посмотрел на патрульную машину, появившуюся в зеркале заднего вида. – Он дважды проехал мимо нас, а потом вернулся.

– Ты превысил скорость?

– На пять миль в час ниже разрешенного предела.

– Что-то не так с грузовиком, не работают задние фары?

– Я не такой дурак. Грузовик в порядке.

– Что тогда?

– Послушай, Руфус, не думай, что за те годы, что ты провел в тюрьме, мир изменился. Я черный парень, еду ночью по автостраде в отличной машине. Полицейский думает, что я либо угнал ее, либо перевожу наркотики. Дерьмо, даже поход в магазин за молоком может превратиться в настоящее приключение… – Он посмотрел в зеркало заднего вида. – Похоже, он собирается включить сирену.

– Что будем делать? Я не могу здесь спрятаться.

Джош не сводил взгляда с зеркала, одновременно пряча пистолет под сиденье.

– Да, теперь он может в любую секунду включить сирену, и нам конец. Ложись на пол и натяни сверху брезент, Руфус. Давай, прямо сейчас!

Джош надвинул бейсболку так низко, что остались видны лишь седые виски, выпятил подбородок и приподнял нижнюю губу, чтобы создалось впечатление, будто у него нет зубов. Затем он вытащил из отделения для перчаток жвачку и засунул ее в рот так, чтобы раздулась щека, и ссутулился. Потом опустил стекло, высунул руку наружу и принялся неспешно махать патрульной машине, чтобы она остановилась на обочине, съехал с автострады и выключил двигатель. Патрульная машина притормозила за грузовиком; сигнальные огни на крыше вращались, отбрасывая жутковатые синие блики в темноту.

Джош остался ждать в грузовике. Позволь парням в синем подойти и не делай резких движений. Он поморщился, когда свет фар патрульной машины ударил в зеркало заднего вида. Полицейская тактика состояла в том, чтобы дезориентировать человека, это Джош хорошо знал. Он услышал, что по гравию зашуршали ботинки, и представил, как полицейский приближается к грузовику, положив руку на рукоять пистолета, не отрывая глаз от двери.

В прошлом полиция трижды останавливала Джоша; он слышал, как звенит разбитое стекло, когда дубинка опускается на заднюю фару, а потом его штрафовали за неисправность. Они делали это для того, чтобы вывести его из себя, в надежде, что он выкинет что-нибудь – тогда ему можно будет впаять тюремный срок. Однако у них ни разу не получилось. Да, сэр, нет сэр, мистер полицейский, сэр, – даже если ему ужасно хотелось избить копа до полусмерти.

К счастью, они ни разу не подбрасывали ему в машину наркотики, чтобы обвинить в распространении. У него имелось несколько приятелей, которые отбывали срок за такое вот дерьмо.

– Сражайся с этим, – всегда говорила его бывшая жена Луиза.

– С чем сражаться? – резко отвечал он. – С тем же успехом можно сражаться с Богом за все то хорошее, что он со мной сделал.

Когда шаги смолкли, Джош выглянул в окно.

Полицейский посмотрел на него, и он понял, что тот латиноамериканец.

– В чем дело, сэр? – спросил полицейский.

Продолжая жевать резинку, Джош невнятно проговорил:

– Хотса до Луззаны. – И показал на дорогу. – Туды?

Удивленный полицейский скрестил руки на груди.

– Куда тебе нужно, повтори?

– Луззана. Бат’Руж.

– Батон-Руж, Луизиана! – Полицейский рассмеялся. – Тебе предстоит долгий путь.

Джош почесал в затылке и огляделся по сторонам.

– Тама мои детишки, давно не видели свово папку.

Выражение лица полицейского стало серьезным.

– Ладно.

– Парень сказывал, что я доеду по энтой дороге.

– Ну, не совсем так.

– Ха, а вы знаете, как туды ехать?

– Да, ты можешь следовать за мной, но я не могу довезти тебя до самого конца.

Джош посмотрел на полицейского.

– Мои детишки хорошие. Они хочут видать свово папку. Вы мне помочь?

– Ладно, вот что я скажу: мы рядом со съездом, на который тебе нужно свернуть, чтобы добраться до Луизианы. Поедешь за мной, ну а дальше уже сам. Потом остановишься и спросишь. Как тебе такой вариант?

– Лады, – сказал Джош, прикоснувшись к козырьку бейсболки.

Полицейский уже собрался вернуться к своей машине, но в последний момент посмотрел на фургон, посветил в боковое окно и увидел там несколько ящиков.

– Сэр, вы не возражаете, если я осмотрю кузов?

Лицо Джоша не дрогнуло, однако рука переместилась к передней части сиденья, где он спрятал пистолет.