День четвертый - Сара Лотц

Чей-то пронзительный крик. Она слышала крик.

Движения корабля стали очень заметными – вверх-вниз, из стороны в сторону, подъем и падение, подъем и падение…

После того как непрошеные гости ушли, Элен закрыла балконную дверь и задернула шторы. Пару раз ей казалось, что она слышит какой-то шум из коридора. Снотворное начало действовать. Она приняла две таблетки – пока что! – но они сделали свое дело, блокировав практически все ощущения. Она села, избегая смотреть на Элизу на случай, если та незаметно ускользнула к своему Питеру.

Ради всего святого! Умерла. А не «ускользнула».

В комнате было темно, хотя Элен не помнила, чтобы выключала свет.

Балансируя в такт качке корабля, она медленно подошла к окну и театральным движением, словно фокусник, сдергивающий покрывало с волшебного ящика, раздвинула шторы. И тут же отпрянула! Там были фигуры, темные фигуры, толпившиеся в нескольких метрах от нее.

Они вернулись.

Но нет. Это были просто люди. Люди, карабкающиеся в спасательную лодку, висевшую напротив ее балкона. Над головой ярко вспыхнул красный свет, превратив клочья пены на гребнях массивных океанских волн в рубины, и на несколько мгновений развернувшаяся перед окном картина стала четко видна. Мужчина и женщина в прилипшей к телу мокрой одежде неистово качали рукоятку, управлявшую шлюпбалками. Какая-то большая фигура (нет, это был не их спаситель, не он) балансировала наверху лодки, пытаясь отсоединить трос. Корабль качнуло, он потерял равновесие, поскользнулся и исчез.

Она отступила назад и быстро задернула шторы.

– Элен?

От облегчения, охватившего ее при звуке голоса Элизы, она едва не опустилась на пол.

– Они покидают корабль. Люди выбираются с корабля.

– Ох…

Вот уж действительно «ох» так «ох»!

Элен тяжело двинулась к тому месту, где, как она надеялась, стояла кровать Элизы. После яркой вспышки красного света у глаз были проблемы с тем, чтобы приспособиться к темноте.

Сигнальные ракеты, это должны были быть ракеты!

– Там… шторм?

Элиза громко пыхтела, как волынка с дыркой в боку.

– На море начинается волнение.

Это было очень мягко сказано.

Элен поборола желание включить свет – кстати, еще неизвестно, есть ли он. Она не хотела видеть мертвенную бледность подруги. Не хотела видеть, насколько близко та подошла к самому краю.

– Спасибо тебе…

Пуф-ф, пуф-ф, хриплый вдох…

– …что заботилась обо мне, Элен.

– Ты для меня сделала бы то же самое.

– А у нашего корабля… проблемы?

– Да после всего того, что было, чего уж больше?!

Элиза попыталась засмеяться, но смех этот обернулся приступом хриплого кашля. Жидкость в легких, подумала Элен, хотя на самом деле понятия не имела, что это означает.

– Иди. Оставь меня. Спасайся.

Нет тут таких мест.

Корабль снова сорвался в провал между волнами, и Элен почувствовала себя словно на ярмарочном аттракционе, когда желудок выделывает мертвые петли. Это было весело.

– Я не собираюсь тебя бросать. – Она прилегла рядом и ощупью отыскала руку подруги. – Как думаешь, это будет похоже на сцену из «Титаника»?

Еще один сиплый хрип.

– Я умираю, Элен. Я чувствую это.

– Вовсе ты не умираешь.

– Я не боюсь. Я думала… думала, что будет страшно, но я не боюсь.

Еще одно резкое падение – или нырок, или провал, или черт его знает, как это правильно называется! Элен услышала грохот из ванной комнаты и еще какой-то глухой звук. Должно быть, это ноутбук – ноутбук с ее последним прощальным посланием – сорвался со своего места возле телевизора и с размаху упал на ковер.