Террорист - Лев Пучков

По дороге Андрей позвонил своим, дал «отбой»: сами справились, помощь не нужна. Затем попробовали пообщаться с Лехой и наскоро обменялись впечатлениями.

Леха к общению был непригоден: он еще не отошел от шока, на вопросы отвечал односложно и невпопад, по большей части радостно мычал и гыкал и вдобавок мертвой хваткой вцепился в рукав моей куртки – словно боялся, что нас догонят злые люди и заберут его назад.

Насчет впечатлений все было намного проще.

– Мастерская работа, – похвалил Андрей. – Считай, сам все сделал, мы только тормознули да похоронили.

– Да ничего там мастерского, – заскромничал Федя. – С сороковника я по нему и из рогатки не промазал бы. Если б не «похоронили» – неизвестно еще, как бы мы сами выгреблись с такой оравой. А если бы вы их не остановили – они бы просто ушли, и все. Так что: поясной поклон.

– Пока не за что, – суеверно отказался Андрей. – Как все закончим, тогда уже и раздачу проведем.

– Кстати, – вспомнил я, – эти джигиты в больнице весь конвой положили.

– Что ж, спасибо, – недрогнувшим голосом сказал Андрей. – По сути, сделали нашу работу. Хотя, конечно, можно было бы попробовать все бескровно, чисто на испуг.

– А ничего, что они при этом обозвались «Русским Трибуналом»? – добавил я.

– Они что, с вывеской зашли? – усмехнулся Андрей.

– Нет. Они стрельнули в потолок и крикнули, что работает «Русский Трибунал», и они забирают своего брата. Леху то бишь.

– Да, вот это скверно, – помолчав, заметил Андрей. – А я думаю: чего там колонна тянется, с мигалками…

– Какая колонна? – удивился Федя. – Ты не мог ее видеть, это было задолго до эстакады, и вообще, в другом районе.

– Значит, это была другая колонна, – сообразил Андрей. – То есть еще одна, из другого района. И еще это значит, что объявлена общегородская операция.

– Не нравится мне это, – насторожился Федя. – Нет, не операция, а то, что все так быстро. Посчитайте, сколько времени прошло. Даже если кто-то сразу звякнул, как только эти выскочили из больницы: это ж надо, чтоб команда прошла, поднять людей «в ружье», посадить на машины, выдвинуться… Что-то здесь неправильно…

– Насчет «неправильно» – не знаю, – сказал Андрей. – Но вообще, с «Трибуналом» они здорово придумали. Это конкретная подстава. Надо же, как нехорошо совпало… Все – хана вашей репутации.

– А вашей?

– А нам по фигу. Мы – миф. А вы у нас: звезды массмедиа. Все такие из себя правильные и идейные, мочите врагов народа. Теперь вы, ко всему прочему, будете убийцами простых ментов. Сколько их там было?

– Четверо, – уныло ответил Федя. – А еще они врачиху подстрелили – причем тяжело, запросто может не выжить.

– Ну вот: все знают, что Леха – ваш брат, вы его отбили – это факт, так что теперь вы – убийцы ментов и врачих. А если у них еще окажутся маленькие дети… Гхм…

Ясно. Можно не продолжать. И я даже думать не хочу, что теперь с нами сделает Седой за такие выкрутасы. Речь ведь идет не собственно о нашей репутации, на которую всем плевать, а о репутации «Русского Проекта»…

* * *

Минут через десять мы добрались до бульвара Кукловодов, свернули в единственный здесь проездной двор и встали у подъезда старого трехэтажного дома – возможно, еще дореволюционной постройки. Андрей набрал код, сказал в домофон: «Это я», и подъездная дверь тотчас же открылась.

Двое бойцов Андрея потащили в подъезд раненого, а мы устроили сорокасекундную дискуссию.

– Думаю, с раненым вы сами управитесь, – сказал Федя. – А мы, наверное, домой поедем.

– Дезинсекция, – напомнил Андрей.

– В смысле – «дезинсекция»? – не понял Федя.

– Дежукизация, – перевел я. – Ты Леху имеешь в виду?

– Точно. Леху взяли от «хозяина», так что проверить не помешает.

– Да ну, какая, на фиг, дежукизация, – досадливо пробурчал Федя. – Надо побыстрее выметаться из района, пока не перекрыли!

– Общегородская операция, – напомнил Андрей. – Перекрывать будут все подряд, так что это дело долгое и громоздкое. Тут работы на три минуты, и с чистой совестью – на волю. А то прикиньте: приедете, сядете за стол, а через полчаса к вам вломятся гости.

– Да с чего ты взял, что ему «жука» заправили? – возмутился Федя. – Леха, у тебя есть «маяк»?

– Нет-нет, ничего нет, – забормотал Леха. – Откуда маяк, какой маяк? Домой надо…

– Да я и не говорю, что это обязаловка, – не стал упорствовать Андрей. – Дело ваше, не хотите – езжайте. Но я бы проверился. Если есть хоть один шанс из ста – «спалить хату», нужно обязательно провериться, и чем быстрее, тем лучше.

– Ладно, уболтал, – сдался Федя. – Лен, посиди, мы быстро. Мотор не глуши.

Мы оставили Ленку в машине, а сами пошли в подъезд. Кстати, «BMW» Андрея тоже тихонько урчал движком, двери слева были открыты, а за рулем сидел боец.

Да, это правильно: расслабляться рано, надо быть в постоянной готовности к немедленной ретираде.

– Одну секунду… – Андрей вернулся к своей машине, вытащил туго набитый школьный ранец с Гарфилдом на клапане и присоединился к нам.

– Хм… Пойдем поучимся маленько? – тупо пошутил я.

– «НЗ», – пояснил Андрей. – Боезапас и медицина. А учиться нам уже поздно.

Мы поднялись на третий этаж. За приоткрытой дверью одной из четырех квартир дежурил молодой человек в инвалидной коляске. Впустив нас, он молча пожал Андрею руку и запер за нами дверь.

– Андрей, – представил Андрей хозяина. – Тезка мой.

Андрей-в-коляске развернулся и покатил в зал – мы последовали за ним.

В зале на полу, на расстеленной простыне, лежал раненый. Сделать с ним пока что ничего не успели. В тот момент, когда мы вошли, с ним возилась женщина средних лет, не утратившая привлекательности: она закончила разрезать ножницами шнуровку и с помощью одного бойца стала снимать ботинок. Второй боец – очевидно, опытный в таких делах – зажал раненому рот, и правильно сделал: пострадавший отчаянно мычал от боли.

Только сейчас я обратил внимание, что Андрей и его бойцы одеты в форму «чекистов»: черные куртки и брюки, черные шапочки с дырками и тяжелые черные бронежилеты – на «спинке» и «брюшке» белой краской написано: «ФСБ».

– Нет, так не пойдет, – сказала женщина, направляясь к «стенке» и вынимая коробку с новокаином и шприцы. – Надо ботинок резать. Ну-ка, быстренько: один в спальню, большие ножницы на столе со швейной машинкой. Второй в ванную, все полотенца – сюда. Быстро! Потерпи, малыш, сейчас все сделаем…

Тут она обернулась и увидела нас.

– Ты еще не сдох? – Это хозяйка поприветствовала Андрея.

– К сожалению, нет.

– Не-на-вижу…