Вне подозрений - Линда Ла Плант

— Да, вы правы. Мне за вами заехать?

— Да-да, благодарю вас. А можно просто в длинном платье?

— Теперь все не так официально, и многие одеваются не по правилам, хотя небрежный стиль непозволителен. Я, например, буду в вечернем костюме.

— А к какому времени я должна быть готова?

— К без четверти семь. Может показаться, что это рано, но там, в фойе, прием с шампанским, и я заказал столик в «Айви», так что мы засидимся допоздна. Вас все устраивает?

— Мне нужно выяснить, отпустят ли меня пораньше, но я уверена, что меня все устроит. — Она «засмущалась» и понизила голос до глухого шепота: — Я никому не собираюсь сообщать. Не думаю, что они это одобрят.

Последовала пауза. Он негромко рассмеялся.

— Понимаю, и какой же у вас адрес?

Она продиктовала ему, и он подтвердил, что подъедет без четверти семь.

— Я мечтаю снова увидеться с вами, Анна.

— Спасибо. Спасибо за приглашение.

Он повесил трубку. Лангтон снял наушники, а она глубоко вздохнула и тоже положила трубку.

— Вы хорошо поработали, — ласково отозвался он.

Анна показала ему свои трясущиеся руки и усмехнулась.

— У вас есть хорошее вечернее платье? — задумчиво поинтересовался он.

Она засмеялась.

— Платье? А зачем?

— Я просто спросил, и вам не нужны лишние расходы. Мы можем взять напрокат какой-нибудь костюм ради этого вечера.

— Ну конечно, у меня есть вечернее платье, — запротестовала она. — Вы так говорите, словно я никогда не была в театрах или на приемах.

— Настоящее вечернее платье, с декольте? Но при этом вполне официальное?

— Неужели вы мне не верите? Да, у меня есть костюмы на все случаи.

— Я не шучу, Трэвис. И не думайте, будто мне это нравится. А теперь подготовьтесь к завтрашнему дню. Не пускайте его к себе в квартиру. В театре и в ресторане вам обеспечат прикрытие. Скотленд-Ярд наберет и организует команду. Вас защитят.

— Я надеюсь, что они достанут билеты. По слухам, страшно дорогие, — отшутилась она.

— Уходите, — пробурчал он.

Когда Анна вернулась в ситуационную, все не слишком громко похвалили ее. Мойра подмигнула ей.

— У меня целая россыпь драгоценных камней. Если они тебе понадобятся, я охотно дам. Пользуйся, они твои.

Анна улыбнулась.

— Вряд ли они мне подойдут, Мойра. Я ведь совсем небогата.

Ее мягкая ирония сразу разрядила напряженную атмосферу в комнате. Они принялись обсуждать Майкла Паркса и его выводы, произведшие на команду сильное впечатление. Анна была благодарна ему за советы и составленный сценарий. И надеялась, что сможет применить их на практике. Прежде она никогда не действовала тайком и никогда не бывала на гламурных гала-спектаклях в Королевской опере. Да к тому же никогда не обедала в «Айви». Она сомневалась, что ее платье будет хорошо смотреться на фоне роскошных вечерних нарядов, но, что бы ни случилось, ей запомнится этот вечер.

* * *

Утром в среду они выяснили в лаборатории, что на рамке осталось несколько отпечатков пальцев. Первые полностью совпали с отпечатками Анны, но еще три вызывали вопросы. Один отпечаток был смазан и не давал возможности утверждать что-либо определенное, но в лаборатории надеялись, что им больше повезет с двумя последними. Для их определения потребовалось дополнительное время, потому что они были наложены друг на друга.

Существовала новая технология для отделения отпечатков, когда не получалось ясных и четких оттисков. Метод стал настоящим прорывом и обеспечил модернизацию в трудоемком процессе выявления слипшихся или крестообразных отпечатков, но в суде к нему отнеслись недоверчиво. Лишь последние доказательства изменили мнение судей, и техника наконец была узаконена. Но, к сожалению, ближайший исследовательский центр, пользующийся ею, находился в Ноттингеме. И Анна отправилась туда утренним поездом. Когда Лангтон приехал в лабораторию, он застал там научную сотрудницу, которая обрабатывала отпечатки пальцев ДФО. Она объяснила, что это новый химический состав, аналогичный нингидрину, и он начинает светиться, когда на него падает свет. Дальше процесс следует своим чередом, а ДФО выявляет и подчеркивает все кожные узоры на фотографии. Имелись в виду, конечно, кожные узоры отпечатков пальцев, позволяющие установить их принадлежность. Ведь нет ни одного человека, у которого их рисунок полностью совпадал бы с чьим-либо еще.

Процесс был медленным, и, когда она отделила один слой от второго, эти узоры оказались смазанными, а общая линия — прерывистой.

Лангтон вздохнул, решив, что они потратили время зря. Однако эксперт еще не закончила. Ее раздражало нетерпение Лангтона и его постоянное поглядывание на отпечатки — прямо ей через плечо.

— Нам понадобится еще какое-то время, — предупредила его она. — Теперь я использую фотографии, чтобы изображение начало проявляться на каждой стадии. Аккуратные отпечатки будут документированы.

— И надолго это затянется?

— Примерно часа на четыре.

— На четыре часа? — грубо переспросил он.

Ее тонкие губы сделались еще тоньше.

— Чтобы использовать их как вещественные доказательства, я не могу срезать углы. Каждый отпечаток придется документировать с помощью фотоотчета, перечисляя все стадии проявления. Уж если я согласилась специально для вас сделать отпечатки, так сказать, в приоритетном порядке, вам придется подождать.

— Вы думаете, у вас что-нибудь получится?

— Если бы не получалось, я бы здесь не работала.

Он поглядел на часы. Был почти полдень. Лангтон оставил ей номер своего мобильного телефона и попросил связаться с ним, как только она получит результат. Затем он отправился в Скотленд-Ярд, чтобы обсудить вопрос о наблюдении и прикрытии и доложить начальнице о развитии событий.

Он с трудом убедил ее в необходимости временной группы прикрытия, поскольку двое полицейских уже не первый день дежурили около дома Дэниэлса. Но Лангтон попросил ее направить полицию в Королевскую оперу и в «Айви». Они заспорили, и в конце концов он победил. Билеты Алана Дэниэлса успели проверить: их места находились в бельэтаже и считались лучшими в зале. Все места рядом с ними уже были проданы, и они условились, что две женщины-полицейские выступят в роли присматривающих за зрителями билетерш.

В «Айви» также не нашлось подходящего столика для наблюдения с близкого расстояния, а у входа толпились папарацци, поджидавшие входящих и выходящих из фешенебельного ресторана кинозвезд. Двоим служащим полиции вручили фотокамеры, и они должны были притвориться фотографами, а еще двоим предстояло сопровождать Анну и Дэниэлса, держась от них на почтительном расстоянии. К тому же у выхода из театра будет дежурить полицейская машина.