Смерть в океане - Митчелл Грэм

Кэтрин шла по главному вестибюлю аэропорта Ла-Гуардиа туда, где ждал ее Дилани. Он был одет в синюю оксфордскую рубашку с красно-коричневым галстуком, коричневые брюки и твидовый пиджак.

— Сегодня ты похож на профессора права, — проговорила она, целуя его.

— А ты выглядишь просто чудесно.

Она прижала лицо к его плечу, вдыхая запах, который привыкла ассоциировать с ним. Они обнялись и замерли.

— Рада тебя видеть, — прошептала Кэтрин.

В пункте выдачи багажа они ждали вещи вместе с другими пассажирами рейса. Ее чемодан прибыл через пятнадцать минут.

— Нам придется взять такси, — заявил Дилани. — Сегодня я уступил свой автомобиль другу.

— Отлично.

Он отдал чемодан водителю, который положил его в багажник, и подождал, пока Кэтрин сядет в машину. Коротко переговорил с таксистом относительно маршрута. Дилани предлагал ему ехать через Квинсборский мост, однако тот настаивал, что через Триборский будет быстрее. Они спорили несколько минут, пока водитель не понял, что ему не победить, и не сдался.

— Триборский мост более живописный, — объяснил Дилани, когда они выехали на шоссе Гранд-Сентрал-паркуэй. — К сожалению, проездная плата там на восемь долларов больше, не считая пошлины. Старая игра.

Наступило краткое молчание.

— Я действительно рад видеть тебя, Кэт.

— Я тоже, — ответила она, прижимаясь к нему.

— Давай оставим твои вещи у меня и отправимся к Либби. Я звонил ей вчера вечером, и она готова нас принять.

— Как она поживает?

Дилани неопределенно махнул рукой.

— Ну да, понятно, — сказала Кэтрин.

— Я хочу расспросить ее об открытии Эллиса. Согласен с тобой, что все эти происшествия как-то взаимосвязаны. Проблема в том, что я не знаю, как и почему. Возможно, вдвоем нам будет легче разгадать тайну.

— Ты узнал, кто владеет судном «Звезда Мэри»? — спросила Кэтрин.

— Пока нет. Оно зарегистрировано в Либерии. Мы послали несколько запросов, однако еще не получили на них ответов. У Кансини также нет никакой новой информации.

— Каким образом вам удалось получить сведения о команде корабля?

— Кардуэл прислал нам факсом список личного состава. То есть мне и моим друзьям из полиции.

— Понятно.

Во время поездки на такси они опробовали несколько теорий относительно того, почему кто-то захотел потопить «Мажестик», а потом покушался на жизнь Кэтрин. Ни одна из них не казалась многообещающей. Они, как и две недели назад, пребывали в полной темноте. На мосту Кэтрин посмотрела на кружащиеся внизу серые воды Ист-Ривер. Слева высилось здание Организации Объединенных Наций, а справа стояли четыре дымовых трубы предприятия, которое Кон Эдисон любовно окрестил «Большая Алиса», — одна из основных электростанций города.

Со времени знаменитой нью-йоркской аварии 1965 года, которая оставила пять районов на несколько часов без света, «Большая Алиса» приобрела значимость вехи. Вторым, менее известным событием, или даже серией событий, в зависимости от вашей точки зрения, стала вспышка рождаемости, имевшая место несколько месяцев спустя.

Дом Дилани стал приятным сюрпризом для Кэтрин. Одно из первых больших жилых зданий в Нью-Йорке, «Дакота», задумано в стиле бо-арт, с огромными окнами, выходящими на Центральный парк. Построенное в 1884 году, оно очень облагородило район, который в то время состоял в основном из лачуг и пустырей. Люди считали это место таким удаленным от центра города, что говорили всем желающим переехать туда, что они будут жить в штате Дакота. Название прижилось. С годами дом оброс легендами и даже отметился в «Национальном журнале призраков» благодаря тому, что там несколько раз видели разгуливающее по его коридорам привидение молодого человека. На самом деле в «Дакоте» всего семь этажей, но она кажется гораздо выше из-за ренессансного стиля и остроконечной, покрытой шифером крыши. Мансарды и башенки имеют окна, однако они скорее архитектурные украшения, чем функциональные части здания. Богато украшенная арка, по обе стороны которой находятся вазы и фонари из кованого железа, открывает вход на большой двор. Многие десятилетия дом неоднократно появлялся на снимках в различных изданиях.

— Ты здесь живешь? — спросила Кэтрин, когда такси остановилось.

— Я унаследовал квартиру от тети около двенадцати лет назад.

— Впечатляет.

— О да, — согласился Дилани, слегка смутившись. — У тетушки Мэй водились деньги. В силу неких необъяснимых причин она любила меня и завещала мне квартиру.

Кэтрин осматривала двор и крышу, одобрительно кивая.

— В детстве я проезжала мимо этого дома по дороге в Музей естественной истории. Меня он всегда интересовал. Красавец.

— Пошли внутрь. Там тебя ждет угощение.

Лифт доставил их на четвертый этаж. Дилани открыл дверь, и они очутились в гостиной, которая, по мнению Кэтрин, совершенно не соответствовала имиджу Джона. Она готовилась увидеть типичную мужскую квартиру с минимумом украшений и мебелью, расставленной вдоль стен. Вместо этого ее приятно удивил лежащий на полу восточный ковер и искусно помещенная по углам комнаты вполне традиционная мебель. Окна украшали австрийские шторы, а в дальнем углу стоял антикварный секретер. Спальня Дилани выдержана в изысканном мужском стиле. Здесь стоит кресло, покрытое шкурой тигра, и большая кровать, в которой мог бы спать Эрнест Хемингуэй. Вся мебель очень качественная и вовсе не вульгарная.

Кэтрин не знала, какова будет ее реакция на то, что она проведет ночь в квартире Джона. Хороший признак — она с самого начала чувствует себя здесь вполне комфортно. Радует и то, что Джон ведет себя вполне сдержанно, несмотря на их близость. Он показал Кэтрин спальню для гостей и поинтересовался, где лучше поставить ее чемодан.

— Как насчет твоей комнаты? — спросила она.

Широкая улыбка появилась на его лице.

Несколько минут Кэтрин распаковывала вещи. Выделила место в шкафу для своей одежды, а также на туалетном столике в ванной — для косметики и фена. Покончив с этим, увидела, что Дилани приготовил завтрак — салат для нее и сандвич для себя. Еще один сюрприз.

— Мне очень нравится твоя мебель. У твоей тети отличный вкус, — заметила она, когда они сели за стол.

— О, я все купил сам. Тетя Мэй оставила мне жилплощадь, однако всю обстановку отдала моей сестре.