Мутант - Робин Кук

– Ты считаешь, он нас будет держать здесь взаперти?

– Я не имею ни малейшего представления, что он собирается делать. Просто мне кажется, что будет не очень-то легко отсюда выбраться. Конечно, какие-то чувства по отношению к нам у него должны быть. Иначе он бы даже не стал рассказывать про свои открытия и интересоваться нашим мнением. Но безусловно, он не выпустит нас отсюда, пока не удостоверится, что мы не представляем для него опасности.

Какое-то время оба молчали. Потом Маша сказала:

– Может быть, мы с ним сможем как-нибудь договориться? Пусть он выпустит одного из нас, а другой останется здесь.

– То есть один из нас останется в заложниках? Маша кивнула.

– Если он согласится, уходишь ты.

– Нет. – Маша отрицательно покачала головой. – Если уж до этого дойдет, я останусь здесь. Тебе надо будет подумать, как остановить его.

– По-моему, все-таки лучше выйти тебе. Я с ним лучше смогу договориться, чем ты.

– Не думаю, что с ним кто-нибудь вообще сможет договориться. Он погружен в свой собственный мир, у него отсутствует ощущение совести. Но я уверена, что он не сделает мне ничего плохого, во всяком случае, пока не удостоверится, что я собираюсь навредить ему. Я тоже считаю, что тебе он доверяет больше, чем мне. В этом смысле ты действительно сможешь с ним договориться лучше, чем я. И еще мне кажется, что он ждет от тебя одобрения своих действий. Виктор-младший хочет, чтобы ты им гордился, и в этом плане он похож на обычного ребенка.

– Но что же делать? – сказал Виктор, меряя шагами комнату, – Не уверен, что полиция тут поможет. Может быть, обратиться в отделение по борьбе с наркотиками? Это его наиболее уязвимая точка.

Маша кивнула. На глаза навернулись слезы. Трудно было поверить, что дело приняло такой оборот. Она все еще воспринимала Виктора-младшего как десятилетнего мальчишку. Но выбора не оставалось: генетические изменения превратили его в чудовище, не имеющее никаких сдерживающих факторов.

– Его можно поместить в психиатрическую клинику?

– Это будет трудно сделать, если в его поведении явно не прослеживаются психические отклонения, или без обвинения его в убийстве по причине душевного расстройства. Но я сомневаюсь, что его могут осудить за убийство. Я уверена, что он не оставил никаких доказательств преступления, а тем более если речь идет о таких «высокотехнологических» преступлениях. У него есть расстройства личности, но этого слишком мало, чтобы посчитать его сумасшедшим. Нужно придумать что-нибудь другое. Хотелось бы мне знать, что именно.

– Я что-нибудь придумаю, – уверил ее Виктор. Глубоко вздохнув, он попытался открыть дверь. Она была заперта. Виктор ударил по ней четыре раза кулаком. Через минуту замок щелкнул и дверь распахнулась. На пороге появился Виктор-младший. За ним стояли несколько латиноамериканцев.

– Я готов с тобой поговорить, – сказал Виктор.

Виктор-младший посмотрел на Машу. Она отвела глаза: ей было страшно встретить его ледяной взгляд.

– Один на один, – добавил Виктор.

Виктор-младший кивнул и отступил в сторону, позволяя отцу выйти. Виктор прошел в лабораторию. Он слышал, как захлопнулась дверь и щелкнул замок. Было совершенно очевидно, что они с Машей стали пленниками у собственного сына.

– Она очень сильно расстроена, – пояснил Виктор. – Убийство Дэвида – это непростительно.

– У меня не было другого выхода, – сказал мальчик.

– Матери трудно такое перенести.

Мальчик смотрел на отца не мигая.

– Я знал, что не следовало ей ни о чем рассказывать. У нее другой подход к науке, не такой, как у нас.

– Ты абсолютно прав насчет этого. Кроме того, она расстроилась из-за искусственного взращивания. Я сам был ошеломлен тем, что увидел. Я прекрасно представляю, что в научном плане это открытие имеет далеко идущие последствия. Влияние, которое оно окажет на научную общественность, огромно. И коммерческий потенциал велик.

– Я рассчитываю на коммерческие результаты. Они дадут мне возможность избавиться от производства кокаина.

– Хорошая мысль. Ведь, занимаясь наркобизнесом, ты ставишь свою научную работу под угрозу.

– Я задумался об этом некоторое время назад. У меня есть несколько планов реагирования, если начнутся неприятности.

– Не сомневаюсь.

Виктор-младший пристально посмотрел на отца.

– Лучше скажи мне, какие у вас с мамой планы.

– Моя основная задача сейчас – успокоить маму. Думаю, она скоро придет в себя – после того как пройдет шок от всего этого.

– Как ты собираешься ее успокоить?

– Я попытаюсь убедить ее в важности твоей работы и твоих открытий. Если она поймет, что, будучи десяти лет от роду, ты достиг в своей науке большего, чем кто-либо еще, она посмотрит на все другими глазами.

Виктор-младший весь засветился от гордости. Маша была права: как и любой другой ребенок, он хотел, чтобы его похвалил его собственный отец. Если бы он и в остальном был как любой другой ребенок, с горечью подумал Виктор. Но он никогда таким не будет, – благодаря моим действиям.

Виктор продолжил.

– Мне бы хотелось как можно быстрее получить список факторов роста белка, отвечающих за развитие в искусственной матке.

– Их около пятисот, – ответил Виктор-младший. – Я дам тебе распечатку, но она, безусловно, не предназначена для публикации.

– Понимаю. – Он взглянул на сына и рассмеялся. – Ну что ж, мне надо возвращаться на работу. Маму тоже наверняка ждут пациенты. Так что нам пора идти. Увидимся дома.

Виктор-младший покачал головой.

– Думаю, рановато еще тебе уходить. По-моему, вам следует пробыть здесь несколько дней. У меня есть телефон, так что ты можешь пока поработать по телефону. Маме придется перенести осмотр пациентов на другое время. Вы увидите, здесь очень удобно.

Виктор заставил себя рассмеяться.

– Надеюсь, ты шутишь. Может быть. Маша и сможет переделать свой график приема пациентов, но «Кимера» не может остаться без руководства. У меня очень много работы. Кроме того, все знают, что я нахожусь на территории фирмы. Рано или поздно меня начнут искать.

Виктор-младший задумался.

– Ладно, – согласился он. – Ты можешь идти. Но мама останется здесь.

Виктор был потрясен тем, что Маше удалось предсказать действия сына так точно.

– Мне нужно постоянно быть рядом с ней. – Он сделал еще одну попытку к освобождению жены.

– Я выпущу кого-то одного. Это не подлежит обсуждению, – отрезал сын.

– Ну ладно, если ты так настаиваешь. Пойду предупрежу Машу. Я сейчас вернусь.

Виктор подошел к двери в комнату, в которой находилась Маша. Один из охранников отпер ее. Подойдя к жене, Виктор прошептал: