Истинное зло - Грег Айлс

– Ну, атриван – пустяки. К тому же у тебя есть рецепт.

– Только на словах.

– Я вышлю по факсу.

– Это не поможет. Они не хотят, чтобы я с тобой общалась, Крис. С тобой или с кем-либо, кто замешан в данном деле. Правда, тут считают, что и дела никакого нет.

– Значит, тебе не верят?

– Мне показалось, я нашла сочувствие в одном старом другое, но, вероятно, я ошиблась.

Крис включил фонарик и посветил во двор. Метрах в шестидесяти на холме блеснули два желто-зеленых глаза. Соседство оленя успокоило его – эти пугливые животные мгновенно исчезают, если рядом появляется кто-нибудь чужой.

– Ты больше всего волновалась, что тебя уволят. Это случилось?

– Пока нет. Мне предложили сделку.

– Какую?

– Если я все брошу и перестану выяснять, что случилось с Грейс, то меня оставят в покое. Они намерены отправить меня в психушку. Считают, что у меня какой-то нервный срыв.

Хотя доктору не хотелось это признавать, одно время он и сам подозревал нечто подобное.

– Ты тоже так думаешь? – тихо промолвила Алекс.

– Ни в коем случае. Знаешь, я недавно говорил со своим старым профессором, гематологом из Слоун-Кеттеринг. Алекс, он напугал меня до смерти. Оказывается, убийство с помощью рака возможно не только теоретически. Конноли сам проделывал это с мышами.

– Как?

Крис вкратце описал методику, о которой рассказал ему Питер Конноли.

– Господи!.. Надо было пообщаться с ним неделю назад!

Крис прошел около клумбы и заглянул в окно гостиной. Бен сидел перед телевизором, сосредоточенно сжав губы и орудуя игровым контроллером.

– Слушай, я вот зачем звоню, – продолжила Алекс. – Я послала к тебе одного человека, чтобы он присмотрел сегодня за тобой и Беном.

– Кого?

– Уилла Килмера, старого напарника моего отца. Он бывший детектив, держит частное агентство. Ему под семьдесят, отличный старик. Куда круче и умнее, чем кажется на первый взгляд. Просто имей в виду, что он может находиться снаружи.

– Честно говоря, я рад. Я как раз хожу вокруг дома с пистолетом, и нервы у меня как ниточки.

– Ладно. Только не стреляй в Уилла.

– Не волнуйся.

Повисла пауза. Затем Алекс произнесла:

– Я хочу, чтобы ты знал кое-что еще, Крис.

Доктор напрягся.

– У Уилла есть агент в отеле «Эллювиан». Он следит за Торой.

Криса это не удивило.

– В самом деле?

– Я ничего тебе не сообщила, потому что легче потом попросить прощения, чем обращаться за разрешением. Но мне пришлось это сделать.

– Понимаю. Заметили что-нибудь подозрительное?

Снова пауза.

– Жене детектива показалось, будто в пять утра она видела Шейна Лэнсинга. Но она не уверена.

Крис слегка расслабился.

– Лэнсинг рано утром был уже в Натчесе. Он не мог так быстро добраться из Гринвуда.

– Если только не сел в самолет.

– В Гринвуд отсюда нет рейсов, а Лэнсинг не летчик.

– Ты много об этом думал, верно?

Крис покраснел.

– Естественно. После обеда я даже сидел в машине возле его кабинета, желая убедиться, что он на месте.

– Он был на месте?

– Да. Но то, что он не выдвинул против меня обвинений, выглядит подозрительно.

– Надеюсь, скоро мы узнаем правду. Если увидишь Уилла, будь с ним помягче. Этот человек буквально поднял меня на ноги, и я многим ему обязана.

– Когда он тут появится?

– Через полчаса.

– Как мне объяснить Бену?

– Во сколько он ляжет спать?

– Примерно через час.

– Я позабочусь, чтобы Уилл не появился раньше этого времени.

– Спасибо. Когда ты вернешься?

– Завтра у меня встреча со службой профессиональной ответственности. Вероятно, они заберут у меня оружие и удостоверение. Потом станут оформлять всякие бумаги, но я постараюсь выбраться побыстрее. Главное, чтобы к моему приезду ты был жив и здоров.

Крис обернулся и взглянул на холм. Глаза были на прежнем месте – две золотистые сферы, плывущие в ночи.

– На волнуйся. – Он хотел отключить связь, но почувствовал, что хочет еще кое-что сказать. – Алекс…

– Да?

– Может, тебе следует все обдумать и согласиться на сделку?

Она молчала.

– Если мы сконцентрируемся на медицинской стороне дела, – продолжил Крис, – и привлечем таких людей, как Питер Конноли, то сумеем убедить твое начальство взяться за это дело.

– Боюсь, будет слишком поздно, – с горечью возразила Морс. – По крайней мере для Джеми. Я думаю, он знает, что совершил его отец, Крис. Сам себе в этом не признается, но в глубине души понимает, что произошло.

– Тебе не удалось достать истории болезней других жертв? Например, через их родственников?

– Интересно, когда я смогла бы это сделать? – буркнула Алекс.

– Ну постарайся хотя бы выяснить, кто их лечил. Не исключено, что я узнаю что-нибудь по своим каналам.

– Разве это не нарушение врачебной этики?

– Да, незаконно.

– Вот как? События выглядят совсем по-другому, когда затрагивают тебя лично, верно?

Крис вспыхнул от гнева:

– Слушай, если ты не…

– Прости, Крис. Не удержалась. Я так долго вела расследование одна… Я сделаю все, чтобы добыть записи.

– Хорошо. Мне надо возвращаться к Бену. Постарайся завтра не наделать глупостей.

Смех Алекс, прозвучавший в трубке, показался ему странно неуверенным и ломким.

– Мне все это говорят.

Доктор отключил связь и посмотрел на холм. Уже пять пар глаз. Он громко хлопнул в ладоши. Все глаза мгновенно обратились в его сторону, словно принадлежали одному существу. Сверчки в траве умолкли, даже кваканье лягушек в пруду оборвалось. Крис протяжно свистнул, чтобы напугать оленей. Они озадаченно смотрели на него еще мгновение, потом дружно метнулись в кусты и исчезли, стуча копытами.

Возвращаясь в дом, Крис мысленно видел их глаза, точно след от вспыхнувшей в темноте лампы. И почти так же ярко в его голове крутилась сцена из немого фильма: Тора, сидящая верхом на Лэнсинге в темном номере отеля, душный и зловонный воздух от речной дельты, ее истекающее по́том тело, горящий страстью взгляд, в котором…

– Папа! – крикнул Бен. – Где ты был?

– Смотрел на оленей.