Укус ящерицы - Дэвид Хьюсон

Он бросил взгляд на топливомер – хватит еще на час. Показатели давления и температуры тревоги не вызывали. Старушка «сессна» – верная, надежная лошадка. Только вот островов уже почти не осталось. Сверху лагуна вовсе не выглядела такой уж большой. Они летели достаточно низко, чтобы заглядывать в чужие огороды и бассейны. Достаточно низко, чтобы по возвращении в Лило получить нагоняй от соответствующих городских служб. Никому не нравится, когда у него над головой летают самолеты. Кто-нибудь обязательно пожалуется.

– И все-таки что же вы ищете? – прокричал Коррер, перекрывая шум мотора.

Перед взлетом оба надели шумопоглошаюшие наушники, но и они не спасали от рева расположенного впереди мошного двигателя.

– Мужчину и женщину! – прокричал в ответ полицейский. – Они скрываются!

– Я бы на их месте спрятался вон там!

Коррер выстрелил окурок в открытое окно кабины и указал на появившийся на горизонте город-остров. С высоты он казался густым лесом кирпичных шпилей, поднимающихся над плотно сбитыми зданиями.

– Нет. Там бы их узнали.

– Может, они уже упорхнули?

Пассажир покачал головой:

– Вряд л и. Денег у них нет. Да и держит их здесь многое. Крепко держит. Нет, они где-то здесь.

– А почему мы летаем над лагуной?

Полицейский смотрел в сторону Мypaнo, туда, где высились три чудных сооружения, о которых Коррер читал в газетах. Говорили, что скоро там откроют отель и новую художественную галерею. И все это благодаря богатому англичанину, близкому к влиятельным людям Венеции, попасть в число которых Коррер и не мечтал. А вот разузнать, что к чему, было бы полезно; чутье туроператора подсказывало – там могут быть деньги.

Пассажир повернулся к пилоту:

– Если я прав, им помогают. Один фермер на Сант-Эразмо. Он лагуну знает как свои пять пальцев и если бы захотел их спрятать, то…

Полицейский замолчал.

Жаль, не рассказал раньше, подумал Коррер.

– Вы ведь нездешний, верно? Большая часть островов в лагуне необитаемые. На них не спрячешься. Людям ведь нужна крыша над головой. К тому же за всеми присматривают археологи и «зеленые». Эти даже из-за пустой бутылки шум готовы поднять. Нет, по-моему…

– Знаю, знаю.

Похоже, полицейский и сам осознал бессмысленность затеи, так что от дальнейших комментариев Андреа воздержался.

– А где бы вы спрятали?

Коррер рассмеялся:

– Если бы жил на Сант-Эразмо? Да у себя в огороде. Или где-нибудь поблизости. Территория там огромная, больше всей Венеции. Чужие бывают редко. По-моему, у них даже полиции нет.

– Нет.

– Ну вот. Обыщите остров. Сверху вы, конечно, ничего не увидите. Только в одиночку не ходите – народ здесь отчаянный.

– Доставьте меня туда, – приказал Коста.

– Как угодно. – Коррер развернул свою птичку и взял курс на темный силуэт Сант-Эразмо, отчетливо проступающий на фоне светлого горизонта. – Куда именно?

– К южному мысу. Чуть в стороне от лодочной станции. У вас, случайно, не найдется карты лагуны?

– Целых четыре.

Коррер порылся в «бардачке», забитом полупустыми сигаретными пачками и прочим хламом, и вытащил нужную карту. Пассажир удивленно посмотрел на него.

– Это ведь «поплавок». К тому же у меня еще и моторка есть. Карты – вещь полезная.

– А дома на них показаны? Я имею в виду частные здания.

– Чего только на них не показано! Конечно, на Сант-Эразмо все надо перепроверять.

– Почему?

Не понимает человек. Ну что с такого возьмешь?

– Потому что местные, матти, делают что хотят и ни перед кем не отчитываются. Могут поставить какую-нибудь лачугу для мамаши, чтобы не надоедала, живя под одной крышей. И без всяких разрешений. Такое здесь в порядке вещей. А почему бы и нет? Кому какое дело?

Долетели за три минуты. При повороте на сорок пять градусов Коррер добавил газу и заложил крутой вираж – посмотреть, как будет чувствовать себя пассажир. В первые минуты полицейский показался ему слабаком, но потом Андреа изменил свое мнение. Теперь, из чистого любопытства, он устроил парню настоящее испытание: поворот на шестьдесят градусов с креном на правое крыло – предельная крутизна на выбранной высоте. Мужчин вжало в спинки кресел, мотор заревел, а «сессна» пошла по дуге, как игрушечный самолетик на веревочке. При таком угле наклона даже пилот получил хороший обзор. Впрочем, ничего особенного он не увидел: поля, скромные домишки. Как обычно.

Завершив круг, Коррер выровнял машину на той же высоте и в той же точке, где начал поворот, мысленно поставил себе пятерку и направил нос в сторону моря. Пассажир смотрел уже не вниз, а на него.

– Домик. На карте его нет. Мы здесь были, но я его не заметил.

– Как я и говорил. А не заметили вы его потому, что не смотрели, как надо. Самолеты для того и существуют – с них лучше видно.

Коста кивнул.

– Когда мы пролетали, из домика вышла женщина. Смотрела на нас.

– Хорошенькая?

– Не разглядел.

– Можно вернуться и сделать еще круг. Чуть пониже. – Андреа выжидающе посмотрел на полицейского. – Вы ведь, если что, замолвите за меня словечко?

– Обязательно. – Коста отвернулся и, выгнув шею, бросил взгляд на зеленеющие поля.

Коррер последовал его примеру. Неподалеку от мыса растянулась узкая полоска пляжа. Он уже догадывался, что будет дальше.

– Я хочу, чтобы вы меня высадили. – Коста посмотрел на часы. – Сейчас.

– А потом?

– Потом возвращайтесь на аэродром. Мне вы больше не нужны.

Судя по тону, в последнем он был не уверен. Спорить Коррер не стал, но помощь предложил:

– Знаете, места здесь на четверых хватит. Без проблем. Так что…

Пассажир улыбнулся – впервые с тех пор, как они взлетели открыто и беспричинно, – и Коррер решил, что парень ему нравится. Несмотря на жетон.

– Спасибо,»о такой необходимости нет. Вы и без того сделали немало. Так что, если можно, давайте спустимся.

Коррер оглянулся еще раз. Внизу кто-то жег уголь, и дым то кой ровной струйкой уходил в сторону Адриатики.

Сориентироваться по ветру. Подкатить к берегу. Взлет по той же директории.

Во рту пересохло, как и в тот раз, когда он много лет назад впервые поднялся в воздух на малютке «Сессне-150», сестренке его нынешней, куда более крупной птички. Вспомнились уроки во Флориде. «После нескольких попыток, – убеждал инструктор, – вам все будет казаться легким и простым. Плевое дело Главное, самому в это верить».

Коррер рассмеялся про себя, выстрелил недокуренную сигарету и попытался убрать шасси. Ежегодную проверку на летную годность самолет прошел всего два месяца назад, и все – элероны, закрылки, дроссель – работало безупречно, в чем он и не сомневайся.