Спящая кукла - Джеффри Дивер

Линда отрицательно покачала головой.

— Брат тоже с ними не общается. Мы две бедные церковные мыши. Но так лучше, можешь мне поверить. Ты рисуешь?

— Немного. Непрофессионально.

— Непрофессионально? Что ты такое говоришь! — Линда повернулась к Дэнс, глаза ее сверкали. — Ребекка так хорошо рисовала. Вы обязательно должны увидеть ее работы. Они просто великолепны.

— Теперь иногда рисую только для развлечения.

Они еще несколько минут болтали, сообщая друг другу разные новости. Дэнс удивилась: несмотря на то что обе продолжали жить на западном побережье, они с момента суда вообще не общались.

Ребекка искоса взглянула на Дэнс.

— Саманта согласилась поучаствовать в нашей вечеринке? Или как там теперь ее зовут?

— Нет, только вы двое.

— Сэм всегда была такой боязливой и застенчивой.

— «Мышка» — помнишь? — сказала Линда.

— Да-да, именно. Так ее называл Пелл. Своей «Мышкой».

Они снова наполнили чашки, и Дэнс приступила к работе, задавая Ребекке те же вопросы, что раньше Линде.

— Я была последней из тех, кого завлек мистер Пелл, — угрюмо призналась Ребекка. — Это случилось… кстати, когда? — Взгляд на Линду.

— В январе, — напомнила та. — За четыре месяца до происшествия с Кройтонами.

Происшествия. Не убийства.

— А как вы познакомились с Пеллом?

— В то время я бродила по западному побережью. Зарабатывала, рисуя портреты на уличных ярмарках и на пляже. Я поставила мольберт, и ко мне подошел Пелл. Он попросил нарисовать его портрет.

Линда застенчиво улыбнулась.

— Кажется, рисунок ты так и не закончила. Вы как-то очень быстро очутились в фургоне и пробыли там много-много времени.

Улыбка самой Ребекки свидетельствовала о смущении.

— Да что уж тут говорить, у Дэниэла это было… В любом случае мы с ним там много беседовали. И он спросил меня, не хотела бы я поселиться с ними в Сисайде. Поначалу я не собиралась соглашаться. Я уже тогда знала о репутации Пелла: воровство из магазинов и все такое. Но потом сказала себе: я странница, бунтарка и художница. Пусть мое белоснежное мещанское воспитание идет на… В общем, я решила попробовать. И поначалу все шло просто великолепно. Меня окружали замечательные люди: Линда, Сэм. Мне не нужно было работать с девяти до пяти, и я могла рисовать в свое удовольствие. Можно ли желать в жизни чего-то большего? Конечно, в итоге получилось так, что я стала членом элементарной воровской банды. Не слишком здорово.

Дэнс обратила внимание на то, что лицо Линды помрачнело при словах подруги.

После освобождения из тюрьмы, продолжала Ребекка, она присоединилась к движению за права женщин.

— У меня возник своеобразный комплекс. Мне казалось, что мое подчинение Пеллу, преклонение перед ним унизило в моем лице всех женщин. Получалось, что я как бы нанесла оскорбление всем им. И потому я решила загладить свою вину.

В конце концов после длительной процедуры психологической и социальной реабилитации Ребекка открыла свою консультационную службу для женщин, основывающих собственное дело. С тех пор она только этим и занималась. «Должно быть, ее бизнес процветает», — подумала Дэнс, так как, судя по украшениям, одежде и итальянским туфлям, которые, по прикидке Кэтрин (в чем в чем, а в обуви Дэнс разбиралась превосходно), стоили столько же, сколько две ее лучшие пары, вместе взятые.

Вновь стук в дверь. Пришел Уинстон Келлог. Дэнс была рада его видеть. Прошлым вечером там, на «палубе», он ей очень понравился. Келлог оказался весьма общительным для часто путешествующего федерала. Дэнс вместе с мужем посещала много разных мероприятий, в которых принимали участие его коллеги, и большинство из них, как правило, были молчаливые, сосредоточенные и не склонные к общению. Но Уинстон Келлог ушел с вечеринки самым последним вместе с ее родителями.

Он приветствовал Линду и Ребекку и, следуя протоколу, продемонстрировал им удостоверение, потом налил себе кофе. До сих пор Дэнс задавала вопросы общего характера, теперь же, после прихода Келлога, настало время перейти к главным вопросам.

— Итак, я вам кратко обрисую ситуацию. Пелл, по всей вероятности, находится где-то в районе Монтерея. Однако мы не знаем точно, где и почему. Его поведение лишено всякого смысла. Большинство преступников, сбегающих из тюрем, стараются уйти как можно дальше от места заключения.

Кэтрин подробно рассказала своим гостьям, как развивались события, начиная от происшедшего в здании суда до самого последнего времени. Женщины слушали с интересом, но одновременно с ужасом и отвращением.

— Прежде всего позвольте мне спросить вас о сообщнице.

— О той женщине, о которой пишут в газетах? — переспросила Линда. — Кто она такая?

— Мы не знаем. Нам известно только то, что она молода и что у нее светлые волосы. Ей примерно лет двадцать пять.

— Значит, у него новая подружка, — заключила Ребекка. — Такой уж наш Дэниэл. Никогда не мог жить без подружки.

— Нам неизвестен в точности характер их отношений, — заметил Келлог. — Возможно, она была его поклонницей. Масса женщин сходит с ума по преступникам, даже по самым опасным.

Ребекка рассмеялась и бросила взгляд на Линду:

— Ты получала какие-нибудь любовные послания, когда сидела в тюрьме? Лично я — нет.

Линда отделалась вежливой улыбкой.

— Не исключена вероятность того, что она вовсе не новичок для Пелла, — продолжала Дэнс. — Конечно, она была очень юна на момент существования «семьи», но я не исключаю возможности, что вы могли ее знать.

Линда задумчиво нахмурилась.

— Говорите, ей сейчас лет двадцать пять… значит, тогда она была подростком. Нет, никого такого я не помню.

— Когда я была в «семье», — добавила Ребекка, — нас было всего пятеро.

Дэнс что-то записала себе в блокнот.

— Теперь я хочу побеседовать о вашей тогдашней жизни. О том, что занимало Пелла, о чем он говорил и что делал, каковы были его планы. Может быть, вы вспомните что-то такое, что наведет нас на мысль о его нынешних намерениях.

— Шаг первый — определите проблему. Шаг второй — соберите факты, — заметила Ребекка, взглянув на Дэнс.

Линда и Келлог обменялись непонимающим взглядом. Дэнс же прекрасно понимала, о чем говорит Ребекка. И радовалась, что та сегодня явно не в настроении читать еще одну лекцию наподобие вчерашней.

— Нам необходимы любые ваши воспоминания, любые идеи. Даже если какая-то мысль покажется вам безумной, все равно не стесняйтесь, говорите. Решение загадки может родиться из самых неожиданных умозаключений и фактов.

Дэнс спросила их об организации жизни в «семье».