Призрак Сейди - Кэт Эллис

– Как ты мог? Ей было всего шестнадцать! А Форд? Что тебе сделал Форд?

Дядя Тай делает ко мне шаг. Я вижу за его спиной, как шевелится нога Доминика. Но подавляю всхлип облегчения. Доминик жив! Но он может быть ранен, а насколько серьезно – я не знаю. Господи, только бы с ним было все хорошо!

– Ава, это не то, что ты думаешь, – произносит наконец дядя Тай, снова делая ко мне шаг; мне стоит неимоверных внутренних усилий не развернуться и не побежать в дом. – Ничего этого не должно было случиться.

– Ты крутил роман с юной девушкой! – выкрикиваю я.

И мне снова кажется, что Доминик пошевелился. Но я перебарываю желание броситься к нему. Я не хочу, чтобы дядя Тай заметил, что Доминик пришел в себя. А то еще ударит его опять своей чертовой монтировкой… Нет уж, пусть лучше концентрирует внимание на мне.

Дядя поднимает руки.

– Что ты! Конечно же, нет, – строит из себя оскорбленного дядя Тай. – Я никогда не изменил бы Кэролин. Никогда! А фотографии Фрейи мне были нужны по одной простой причине – чтобы я мог выудить побольше денег из этого упрямого козла Мэдока. Если бы он предложил мне справедливую цену…

– Подожди-подожди… Что ты такое говоришь? Ты хотел использовать фотографии Фрейи, чтобы шантажировать ее отца?

Дядя Тай пожимает плечами:

– Да, таков был изначальный план. Но потом, когда Хэмиш обмолвился мне, что они не смогут рекомендовать Фрейю на эти чертовы летние курсы, потому что ей всего шестнадцать… Я понял, что просчитался.

Просчитался?

– Я не хотел ее убивать. Но Фрейя начала мне присылать эти снимки после Дня благодарения. Ей тогда еще было пятнадцать, но я этого не знал. Я думал, ей восемнадцать, как и брату. Какого черта их тогда все звали близнецами, если они ими не были? Фрейя считала, что у нас отношения. Я хотел положить им конец. Но даже если бы удалось от нее отвязаться, все равно бы все всплыло. А ты знаешь, как у нас поступают с парнями, которых арестовывают за детскую порнографию? А, Ава?

Гораздо мягче, чем вы заслуживаете…

Дядя Тай подходит еще ближе, я отступаю на шаг назад. По телу пробегает дрожь паники, хотя разум пытается мне втолковать: это же дядя Тай, тебе нечего бояться! Но интуитивно я сознаю: есть чего. Я чувствую исходящую от него угрозу.

– А все из-за этих проклятых денег. Это я должен был их унаследовать после смерти отца, а он все оставил Блейку. Всё! Каково мне тогда было, как ты думаешь, а, Ава? Отец не оставил мне ни цента. Как будто и за сына не считал. А кем я ему был? Домашним песиком?

– Но у меня теперь появились деньги, дядя Тай, – быстро выговариваю я. – От продажи усадьбы. Ты мог бы их получить… и сейчас можешь. Всю сумму, если захочешь.

Дядя вонзает в меня пристальный взгляд:

– Я правда не желал тебе плохого, Ава. Но я уже слишком глубоко завяз во всем этом дерьме. У меня только один выход…

Убить меня? Господи! Спокойно, Ава, спокойно! Думай! Мне нужно отвести дядю подальше от Доминика, пока он не понял, что парень в сознании. Мне нужно вызвать полицию. Мне нужно бежать! Но как все это осуществить?

– А почему ты убил Форда? Он что, все узнал? – спрашиваю я.

Похоже, дяде Таю уже ясно, что я пытаюсь тянуть время. И меня не удивляет, что он не отвечает. Но мой мозг, похоже, превратился в кусок льда. Он ничего не соображает. Просто продолжай говорить!

– В день смерти Фрейи ты лежал в постели – больной. Или ты притворился больным? – Мое сердце уже колотится о ребра, отбивая предостерегающую дробь. – А что скажет Кэролин, когда узнает, что ты наделал?

– О, не беспокойся за меня, дорогая, – раздается справа еще один голос.

Я быстро оборачиваюсь, а там, на снегу, стоит Кэролин в длинном пальто с капюшоном, отбрасывающим на ее лицо сильную тень. На какой-то миг я готова поклясться, что она и есть Мертвоглазая Сейди.

Второй отпечаток! Как же я не поняла это сразу?

– Это тебя я видела у реки и приняла за Сейди, – бормочу я почти шепотом. – Кэролин, зачем?

Она разочарованно вздыхает:

– Мне нужно было, чтобы все выглядело убедительно, когда тебя найдут. Теперь меня поддержат все твои подруги, все учителя. Все подтвердят: «Да, у нее случались видения. После того как всплыла та первая утопленница, она стала одержима легендой о призраке. Она была уверена, что Мертвоглазая Сейди хочет забрать у нее глаза. А потом и вовсе стала думать, будто Сейди заставляет ее убивать…» – кривит в улыбке губы Кэролин.

И я вспоминаю слова на рисунке, прилепленном к шкафчику Фрейи: «ЭТО ЗАСТАВИЛА МЕНЯ СДЕЛАТЬ СЕЙДИ». Этот рисунок дядя Тай мог легко вытащить из моей сумки и прилепить на шкафчик, пока никого не было в школе.

– Именно та утонувшая девушка подала мне идею. Форд не фигурировал сначала в нашем плане, но, когда он той ночью пришел к нам в коттедж, надеясь на встречу с тобой после вашей размолвки, он сказал, что нашел ключ к разгадке смерти Фрейи… в том видео, которое она чуть раньше запостила… Мы не могли рисковать, когда все остальное прошло как по маслу.

Я всхлипываю:

– Форд ни о чем даже не догадывался! Он лишь подметил, что у Фрейи было два телефона… И ее второй мобильник все это время находился у меня. Вы убили его напрасно!

– Вовсе нет, – пожимает плечами Кэролин. – Это помогло нам изобразить тебя сумасшедшей, полностью выжившей из ума девицей.

Кэролин направляется ко мне, я пячусь назад, ближе к кухонной двери.

– Я последовала за ним. Взяла эту монтировку, которой Тай огрел твоего приятеля. И ударила его. – Лицо Кэролин искажается в рыке. – Ударила со всей мочи. Он упал прямо там, на берегу реки. Но все должно было выглядеть так же, как и в случае с Фрейей, понимаешь? Поэтому я схватила монтировку и воткнула ее… – Кэролин замахивается на мое лицо, и я отступаю еще на шаг, – прямо ему в глаза. Но знаешь что? Он все еще не был мертвым!

Внутри меня нарастает крик, грозящий в любую секунду вырваться наружу.

– Ты можешь вообразить себе это, Ава? Ты можешь представить, что все это происходит у тебя на глазах? Он пополз, умоляя о помощи, на лед. И продолжал по нему ползти, все пытался выползти, пока лед под ним не проломился. «Нам всем надо выползти!» Разве не это ты так часто кричала во сне? – Кэролин уже почти смеется, она явно наслаждается собой.

– Это сказал папа перед самой смертью, – начинаю задыхаться я.

– Забавно, правда? – ухмыляется Кэролин.

– Кэролин, довольно, – предостерегает жену дядя Тай, вставая рядом.

А та бросает на него взгляд, которого я никогда раньше не видела – взгляд, полный неподдельной ненависти. Но дядя Тай, похоже, этого не замечает.

Я смотрю на них. Смотрю во все глаза. Дядя Тай и Кэролин. Мои опекуны. Моя семья. Два самых близких мне человека, роднее которых у меня нет… Господи! Они же монстры!