Программа - Грегг Гервиц

— Ладно, ладно. Какие там компьютеры? Ну тогда покупай, — и повесил трубку.

Рэндел забрал телефонный провод и ушел. ТД повернулся к Тиму и заговорил так, как будто их никто не прерывал.

— Почему они пытаются меня остановить? А почему они забрасывали камнями мучеников? Бросали христиан львам на съедение? Высмеивали Фрейда? Напоили Сократа ядом? Подавали в суд на Билла Гейтса? Заставили Галилея под страхом смерти отречься от своих открытий? Я говорю, что Земля вращается вокруг Солнца. Я говорю, что мы не должны подчиняться собственной слабости, мы должны подчинять слабость себе. Это очень просто. И отрицать это невозможно. Я помогал Про сбросить вес, бросить курить, разорвать унизительные отношения. Я делал так, что девушки, которые раньше не могли смотреть другим в глаза, вставали и кричали перед сотнями людей.

— Страх — великий и неисчерпаемый источник мотивации.

ТД в волнении подался вперед:

— Именно. Я вселяю в людей страх, чтобы они могли посмотреть ему в лицо и избавиться от него. Некоторые скажут, это радикальная мера…

— Это не более радикально, чем говорить, что Земля круглая. Прививать детям полиомиелит, чтобы выработать у них иммунитет против этого страшного недуга. Или лечить грибковые заболевания плесенью.

— Да. Да. Да. Изменить историю удавалось только великим радикальным идеям. Программа — это следующий шаг в эволюции человечества. Каждый Про приведет десять Нео. Наше движение распространится по всему миру. Жалость и стыд исчезнут. Вина будет считаться тем, чем она на самом деле является, а именно пороком. — В его пронзительном взгляде плескалась достойная миссионеров убежденность. — Ты согласен с этим, Том? С тем, что вина — это порок?

— Чем больше я об этом думаю, тем яснее это понимаю.

— После семинара я поискал информацию о тебе в Google, но ничего не нашел. Странно для такого влиятельного человека, как ты.

— Моя компания занималась работой, имеющей отношение к обороне. Они любят, чтобы связанные с этим люди держались в тени.

— Значит, ты хорошо умеешь хранить секреты, да?

— Да.

— Те многочисленные овечки, которые тогда были на семинаре, они хотят, чтобы их контролировали. Они не могут быстро избавиться от этой потребности находиться под контролем. Ты — другое дело. Ты интуитивно чувствуешь принципы, заложенные в основе Программы. Ты человек действия. Не события случаются с тобой, а ты с ними.

— Мне нравится так думать.

— И твой развод не просто случился с тобой. Что-то послужило тому причиной.

Том Альтман смело встретил взгляд ТД:

— Да.

— Ты один являешься причиной всего, что происходит в твоей жизни. Только ты один.

Пол сотрясли раскаты грома, и Тим вдруг понял, что на улице идет дождь, что он барабанит по крыше и что дождь начался уже некоторое время назад. В комнате повисло чувство оторванности от мира. Они с Учителем были наедине на вершине холма в пустом здании, и от ветреной ночи их отделяло только тусклое освещение и тонкая крыша.

На лице Тома отразилась буря эмоций. Он отвел глаза, вытер нос кулаком:

— Я выяснил, кто убил Дженни.

— Ты человек действия. И у тебя есть все необходимые ресурсы.

Том Альтман резко поднялся.

— Сядь, — сказал ТД. — Ты можешь с этим справиться.

— Нет, я хочу постоять.

ТД поднялся с кресла и встал прямо перед Томом:

— Ты решаешь проблемы при помощи денег, Том. Ведь это твое старое программирование?

— Да.

ТД смотрел на него пристально, не мигая:

— Ты нанял кого-то?

Том Альтман закатил глаза.

— Твоя жена не вынесла решения, которое ты принял?

Том, задыхаясь, выдавил из себя:

— Дело было не только в этом. — Тим был как зачарованный. Он физически чувствовал, как входит в образ. Вот он облокотился на спинку стула, ТД в точности повторил его движение, не отрывая взгляда от лица Тома. Тим понял, что собирается сказать Том, только когда услышал первое слово его фразы. — Он… он убил не того парня. — Это признание было очередной частью рассказа Тома Альтмана, и все же оно не было полностью вымышленным, в нем ощущалась тесная связь с теми трупами, которые Тим оставил за собой в безумной гонке прошлого года.

— Я так не думаю, Том. Он убил того парня. Ты указал ему не того, кого нужно. Ты или твои люди. Но ты ведь спешил, не так ли? И у тебя были деньги, чтобы поторопить других. Деньги убили не того парня. Так? Твои деньги.

«И вот теперь, — подумал Том Альтман, — он сделает мне огромное одолжение и поможет избавиться от груза в 90 миллионов долларов».

Какое-то время они сидели в тишине. За окном бушевала непогода. ТД торжественно кивал, как священник. Вдруг он наклонился и сжал коленку Тима рукой, оказавшейся на удивление сильной:

— Мы поможем тебе преодолеть это. Прояви преданность, и Программа сделает все остальное.

ТД поднялся, и Том, который не любил проявлять пассивность, последовал его примеру. Эхо шагов ТД в ботинках с толстыми подошвами разносилось по всему пустому коридору. Снаружи стояла Лорейн в темно-сером плаще. Белый овал ее лица выглядел загадочно, в руках она сжимала закрытый зонт и пару галош, которые она дрожащими руками протянула ТД.

— Пожалуйста, иди и приготовь мне постель. Потом Том будет ждать тебя в своем домике, чтобы подготовиться ко сну. — Лорейн стояла перед Учителем в ожидании. — Это все.

Лорейн заспешила прочь и скрылась за стеной дождя. ТД пропустил Тима обратно внутрь. Дверь захлопнулась, и все погрузилось в полумрак. ТД наклонился развязать шнурки и отбросил ботинки в сторону. — Я пошлю ее за ними позже. Она хорошая… одна из хороших, Лорейн.

Том Альтман кивнул.

— Они больше всего нуждаются в том, чтобы их сломали и перепрограммировали. Женщины. На большом половом конвейере желание быть жертвой в основном закладывается в людей вместе с маткой. Женщины созданы для того, чтобы вынашивать детей. И что же они делают со своей болью? Со своей злостью? Они принимают ее, поглощают, растворяют в своей готовой к развитию яйцеклетки утробе. Они проталкивают эту боль и злость по венам и артериям до тех пор, пока все их тело ими не пропитается, пока они не закостенеют от стремления быть жертвами. Их нужно разбирать на части, а потом собирать заново. По-другому с ними нельзя.

ТД сунул ноги в калоши и сверкнул на Тима на редкость хищной ухмылкой — как будто волчий оскал блеснул из-под чепчика бабушки Красной Шапочки.

— Есть большая ирония в том, что женщины считают мужчин богами, потому что мы скорее склонны разрушать, чем создавать. И именно мужчины дали миру самые великие идеи, изменившие ход мировой цивилизации. Создать что-то новое можно, только если предварительно разрушить до основания старое. Для того чтобы внедрить какие-то инновации, нужно уничтожать. Каждая великая доктрина убивает все ей предшествовавшие. Изобретение видео прикончило радио, мой друг. Любая сука может щениться. Только способность разрушать может заставить уважать Бога. И Бог Отец, и Аллах заслужили уважение тем, что стерли с лица Земли парочку крупных городов.