Крайние меры - Лоренсо Сильва

Питтман выскочил на кишащий людьми тротуар около ресторана. Оглушенный шумом уличного движения и ослепленный сиянием фар и фонарей, он огляделся, присматриваясь к пешеходам. Джилл тем временем изучала противоположную сторону.

— Что, черт подери, это значит? — спросил Питтман.

— О том же я хотела спросить тебя. Похоже, ему стало плохо, но...

— А может, он и в самом деле разволновался?

— Вопрос в том, что он намерен предпринять. Почему вдруг он так заспешил?

— Давай разделимся и попробуем его отыскать.

— Вот они где, — произнес прокурорским тоном мужской голос позади них.

Питтман обернулся и увидел в дверях разъяренных официанта и метрдотеля.

— Мы хотели узнать, как наш друг, — объяснил Питтман.

Метрдотель весь дымился от ярости.

— С вами все ясно. Недаром ваша дама явилась в таком виде в нарушение всех правил.

— Мы вернулись бы.

— Бесспорно. Но лишь в том случае, если бы вас удалось задержать. Надеюсь, вы заплатите за коктейли, прежде чем отправитесь на поиски вашего друга.

— Джилл, беги направо, — распорядился Питтман. — Может быть, он на соседней улице. Если разминемся, буду ждать возле машины.

Сколько мы вам должны? — поспешно спросил Питтман.

— Четыре «Джека Дэниэлса», «Хейникен» и...

— Не нужно перечислять. Назовите сумму.

— Двадцать восемь долларов.

Питтман сунул официанту тридцать долларов, нанеся еще один весьма ощутимый удар по их бюджету, и заспешил налево, морщась от боли в ногах — слишком долго сидел в машине.

Доковыляв до угла, он стал всматриваться в лица пешеходов, И примерно в четверти квартала от себя заметил Деннинга, топтавшегося между запаркованными у тротуара автомобилями перед остановившимся такси. Старик что-то сказал водителю и нырнул в машину.

Питтман не успел добежать до такси и заковылял обратно, ощущая, как сводит судорогой ноги.

— Я не видела его, — сказала Джилл, стоя на противоположной от ресторана стороне улицы рядом с запаркованным «дастером».

— А я видел! Быстро в машину!

Питтман завел мотор и резко отъехал от тротуара, едва не врезавшись в «БМВ». Позади возмущенно загудел клаксон. Питтман, не обращая внимания, свернул налево, на улицу, где видел Деннинга.

— Как ты думаешь, куда он отправился? — спросила Джилл.

— Не знаю. Видел только, что он двинулся к северу по улице с односторонним движением. Деннинг не стал бы ловить такси за углом, если бы не намеревался двигаться в том направлении. Возможно, мы его догоним.

— Ты уже обогнал два такси. Но как определить, в какой машине Деннинг?

— Я запомнил номер. — Питтман не снижал скорости. — Не вижу. Проклятие. Тебе не кажется, что мы его потеряли?

— Смотри... там!

— Точно! То самое такси.

Питтман немедленно сбросил скорость, установив безопасную дистанцию между «дастером» и такси Деннинга. Теперь водитель не мог догадаться, что за ним следят. Ровно через пятнадцать секунд после того, как Питтман повел машину с дозволенной правилами скоростью, их обогнала полицейская патрульная машина.

— Вечер удач, — прокомментировала Джилл.

— Жажду в это поверить. Куда, дьявол его возьми, он едет?

— Видимо, домой?

— Но он не может жить в самом центре Джорджтауна! У него на это нет денег.

Элегантные городские дома уступили место роскошным особнякам.

Питтман вслед за такси свернул в боковую улицу, вымощенную изрядно побитым красным кирпичом с еще сохранившимися трамвайными путями. Такси остановилось у одного из особняков, в глубине, подальше от проезжей части. Залитое ярким светом здание стояло на вершине небольшого холма. Перед ним находилась обширная, засаженная цветами и деревьями площадка, а вся территория была обнесена невысокой кованой металлической решеткой.

Деннинг вышел из такси и заторопился по бетонным ступеням к роскошному портику с колоннами, напоминавшими Питтману древнегреческие храмы.