Ночные грехи - Тэми Хоуг

Внутри арены грохотала музыка, из акустической системы лился голос Мэрайи Кэри. «Герой» — узнала мелодию Меган. Трибуны были пустыми и темными. Лампы сияли только надо льдом, где единственный фигурист привычно отрабатывал программу, скользя и прыгая в гармонии с плавной, прекрасной песней. Меган пробралась к скамейке команды и присела на удобном для обзора месте у красной линии.

Фигурист оказался молодой женщиной, белокурой, миниатюрной, но спортивной, в черных легинсах, фиолетовой юбочке и просторном свитере цвета слоновой кости. Казалось, что музыка и работа ног и рук полностью поглотили ее внимание. Каждое движение было отточено и плавно перетекало в последующее. Ее прыжки были изящные, но мощные, с таким гладким скольжением после приземления, что, казалось, бросали вызов всем законам физики. Музыка то нарастала и рвалась вверх, то становилась мягкой и плавной. Фигуристка выполняла финальное вращение и как две капли воды походила на балерину с музыкальной шкатулки.

Меган зааплодировала, в первый раз привлекая внимание молодой женщины к своему присутствию. Фигуристка улыбнулась и помахала рукой, давая понять, что заметила ее, и затем заскользила к Меган, оперев руки о бедра.

— Это было здорово! — не удержалась от похвалы Меган.

Девушка передернула плечами, стараясь выровнять дыхание.

— Все еще нуждается в доработке, но спасибо. Вы не могли бы передать мне вон ту бутылку воды?

Меган взяла пластиковую бутылку минеральной воды со скамьи игроков и протянула ей.

— Я — Меган О’Мэлли из Бюро криминальных расследований.

— Сиджи Свенсен. — Она стянула полотенце с ворот ограждения и вытерла губы и лоб, устремив свои темно-голубые глаза на Меган. — Я читала о вас в газете. Вы здесь в связи с похищением? Мне очень жаль доктора Гаррисон.

— Вы знаете Джоша?

— Конечно. Я знаю примерно всех в городе, кто может кататься на коньках или хотя бы держаться на них. Я — инструктор Клуба фигурного катания.

— Сверхурочная работа сегодня вечером?

— Тренировка. Клуб готовит небольшое шоу каждый год для Дня снега. Это — один из моих фрагментов. Я знала, что все будут на параде сегодня вечером, и подумала, что можно воспользоваться льдом в своих интересах. Это специальный номер — для Джоша, понимаете? Клуб проголосовал, чтобы передать все денежные поступления от шоу Центру волонтеров.

— Очень щедро.

— Наверное… ведь мы должны были сделать что-то. Меня тошнит, когда я подумаю, что какой-то извращенец похитил Джоша прямо у стен этого катка. Кто знает, я, возможно, была где-то здесь, когда это произошло.

— Вы были здесь тем вечером?

Сиджи кивнула головой и сделала еще глоток воды.

— У меня были занятия в семь.

Мужской голос неожиданно раздался из темноты в дальнем конце катка:

— Поставить музыку снова, Сиджи?

— Нет, спасибо, Оли, — отозвалась девушка. — Я сделаю перерыв.

Меган пристально вглядывалась в глубь арены, с трудом различая голову и плечи Оли Свэйна, когда он двигался в темноте.

— Вы видели Оли тем вечером?

— Да, конечно. — Сиджи пожала плечами. — Оли всегда где-то здесь.

— Он подготавливал лед перед вашими занятиями?

Девушка утвердительно кивнула головой.

— Он поправил лед сразу же после тренировки хоккеистов.

— Во сколько это было?

— В пять пятнадцать — пять тридцать. — Она обеспокоенно сдвинула тонкие брови к переносице. — Послушайте, я знаю, что есть люди в городе, которые готовы обвинить Оли, но он неплохой человек. Он просто странный. Я имею в виду, он действительно какой-то нежный, вы понимаете? Я никогда не видела, чтобы он вел себя неподобающе с детьми.

— А позже вы его видели тем вечером?

— Конечно. Он поправлял лед снова перед хоккеем старшей группы в восемь.

И у него оставалась уйма времени, когда он мог бы сделать что угодно, включая похищение Джоша Кирквуда.

Сиджи поставила бутылку с водой на выступ вдоль бортика и замотала полотенце вокруг руки.

— Вы же действительно не думаете, что он сделал это? Так?

— Мы просто пытаемся установить хронологию событий в среду вечером, — ровно ответила Меган, ничего не подтверждая и ничего не отрицая. — Нам важно знать, кто, где и когда был. Вы были здесь до которого часа?

— До восьми пятнадцати. Я всегда остаюсь, пока старшие парни разогреваются. — Она слегка улыбнулась. — Им нравится флиртовать. Они — просто кучка сладостей.

— И вы не видели никого или ничего необычного?

Улыбка соскользнула с ее лица.

— Нет. Как я уже говорила офицеру, который расспрашивал меня вчера, я бы очень хотела сказать иначе. Я бы хотела стать героем для Джоша, но я ничего не видела.

— Все равно спасибо, — сказала Меган. — Вы можете продолжить свою тренировку. Было очень приятно познакомиться.

— Мне тоже, без сомнения. — Сиджи бросила полотенце на ворота и изящно откатилась назад к центру катка. — Я надеюсь, вы найдете время посмотреть наше шоу в воскресенье!

— Постараюсь, — отозвалась Меган, уже отойдя от коробки и направляясь в конец арены.

Оли видел ее приезд. Та леди-полицейская, которая смотрела прямо на него. Он не хотел разговаривать с нею. Он не хотел говорить ни с кем. Он знал, что болтали люди — будто его фургон похож на тот, который ищет полиция. Ну, Митч Холт уже осмотрел все внутри его фургона и ничего не нашел. Так что они все могли просто пойти и повеситься, те люди, которые смотрели на него искоса и шептали всякую чушь у него за спиной. Во всяком случае, его не волновало, что они думали. Все, что он хотел, это чтобы его оставили в покое.

Он захватил пластиковую литровую бутылку кока-колы и книгу по теориям хаоса и направился к дверям раздевалки.

— Мистер Свэйн? Я могу поговорить с вами?

— Разговаривал с Шефом, — проворчал он. — Нечего больше сказать.

Следи за манерами, Лесли! Не груби, Лесли. Никогда не поворачивайся спиной, когда я говорю, Лесли.

Он вздрогнул от скрипучего голоса в своей голове.

— Это займет всего лишь минутку.

Если он пойдет в свою берлогу, она последует за ним. Определенно он не хотел этого. Он не любил, когда кто-нибудь входил туда. Он не мог дышать, когда другие люди вторгались на его пространство.

— У меня есть к вам пара вопросов, — сказала Меган, догоняя его.

Она почувствовала его запах с полутора метров. Запах лука и немытого тела с гиперактивными потовыми железами доносился до нее, как испорченный одеколон. На нем был все тот же свитер и куртка, что и в первую встречу. Он встал к ней лицом, прижимая к груди учебник. Его стеклянный глаз был неподвижно устремлен вперед, взгляд здорового глаза перебрасывался от предмета к предмету вокруг нее.