Эскимо с Хоккайдо - Айзек Адамсон

— Боже! — задохнулся Дневной Менеджер. Подхватил чемодан, но кот, не дожидаясь извинений, отбежал в сторону зализывать раны.

— Слоны правят цирком, а? — поддел я.

— Господин Чака, мне так жаль, — приятным голоском отельного служащего заворковал Дневной Менеджер. — Как видите, мы закрылись на зиму. Произошла… да, иначе не скажешь: произошла катастрофа.

Он встряхнул левой ногой, и с полдюжины котят перекувырнулось в воздухе. Они проворно вскочили и возобновили атаку на отвороты его брюк. Один котенок добрался до колена, прежде чем котофил успел его согнать.

— Каким-то образом один самец сумел ускользнуть из номера. До сих пор не понимаю, как это могло произойти. Почти все наши кошки понесли от Лотарио.

Жестом он указал на валявшийся в углу комок шерсти — воплощенное истощение сил. Тощий кот ориентальной породы приподнял с земли львиную голову, покосился лениво, навострив уши, лысые, как у летучей мыши. Уронил голову и вновь растянулся на полу. Вот так Лотарио.

— Надо было его сразу кастрировать, — посоветовал я. — С такой-то рожей. Да еще с именем Лотарио…

— Боже! — всполошился менеджер. — Какая неслыханная жестокость! Лотарио — редчайший представитель ориентальной породы! Шубка серебристая, словно у шиншиллы, глаза как у рыси. Он бы стоил многие тысячи йен в качестве производителя. Но он предпочел внепородное скрещивание. Он все загубил!

Теперь стало ясно, откуда взялись котята-гидроцефалы, с перекрученными хвостами, обвисшими ушами, как у дворняг, короткими носами и курчавой, свалявшейся шерстью. Что касается расцветки — чистая психоделика. Ориентальный Лотарио понапрасну загубил свой талант производителя и породил ярмарку кошачьих уродов.

Даже романтично. Лотарио — борец против навязанной отелю «Кис-Кис» тирании внутривидового спаривания.

Неподалеку от нас две кошки зашипели друг на друга, воинственно выгибая спины.

— Прекратите немедленно! — велел Дневной Менеджер. Они послушно прекратили шипеть и набросились друг на друга, слились в вихре зубов и когтей. Шерсть полетела клочьями. Три секунды — и кошки, приземлившись, разошлись, как ни в чем не бывало.

— Надеюсь, вы не рассчитывали остановиться в гостинице, — продолжал Дневной Менеджер. — Я могу зарезервировать вам номер в отеле в нескольких милях отсюда. Замечательный рекан,[148]где…

— Куда подевалась Сэцуко Нисимура? — перебил я.

— Кто?

— Внучка Ночного Портье.

— Но здесь никого нет, кроме меня. Все служащие уже покинули отель. Я кормлю кошек и присматриваю за…

— За большими термосами в подвале?

Дневной Менеджер странно поморщился, будто не понял, о чем идет речь. Потом с грацией моржа, танцующего танго, сунул руку в карман толстой куртки и принялся что-то там нащупывать.

Наконец извлек — потешный маленький пистолетик. Знаете, такие — с рукоятью из слоновой кости, накрашенные дамочки и денди в стиле «янки-дудл» таскают их в старых вестернах. Вспомнил: «дерринджер». Я чуть было не расхохотался, но сообразил, что из такого пистолетика меня тоже вполне можно продырявить.

— Оружием размахиваем… — вздохнул я. — Чего доброго, меня на родину потянет.

— Прошу вас выйти на улицу, господин Чака.

— Не стоит, — возразил я. — На улице нынче холодно. Почти так же холодно, как в этих ваших баках внизу.

— Повернитесь, пожалуйста.

В свое время я изучил приемы всех известных боевых искусств: сяолин кунг-фу, тай-чи, кэмпо каратэ, тэквондо, тайский кикбоксинг в стиле муай, дзюдо, джиткундо, американский фристайл, капоэйру и множество их экзотических ответвлений. В любом виде боевых искусств имеются приемы, которые следует применять, когда тебя прижали к стене, схватили сзади, свалили наземь. Много чего можно сделать, если противник вооружен ножом, битой, гаечным ключом, двуручным мечом или свернутым в трубку годичным отчетом.

Но когда на тебя наставят пистолет, остается только один способ действовать, чтобы выжить: делать, что говорят.

Итак, я повернулся.

— Идите вперед.

Я пошел, стараясь не наступать на котят, прислушиваясь и гадая, успею ли услышать грохот выстрела, до того как пуля вопьется в тело. Много дет тому назад я сдавал тест, и там спрашивалось, успеет ли человек услышать звук выстрела, сделанного с расстояния в X шагов (при том, что звук распространяется со скоростью Y миль в час), прежде чем ощутит этот самый выстрел на своей шкуре. Ответ я подзабыл. Как и все школьники, я не видел никакой связи между глупыми тестами и реальной жизнью.

У самой двери один особенно настырный котенок впился зубами в шнурки моих ботинок. Это подало мне идею.

Я подхватил котенка и подбросил его в воздух, точно легкий рюкзачок. Он взлетел выше моей головы, а я обернулся к Дневному Менеджеру. Тот застыл, напряженно следя за траекторией падения кошки, и, сам того не замечая, опустил оружие.

Я подхватил котенка и прижал его к груди, сжал его мордочку и даже слегка повернул, точно собирался открутить крышку с липкой банки варенья. На лице Дневного Менеджера проступила гримаса ужаса и отвращения.

— Слыхали вы коан о том, как Нансэн убил кошку?

Губы менеджера задрожали. Я воспринял это как отрицательный ответ.

— Вот как было дело. Два монаха поспорили из-за кошки, а тут как раз проходил мимо Нансэн. Если хоть один из вас сумеет сказать доброе слово, жизнь этой твари будет спасена, предупредил он. Монахи не сумели сказать доброе слово. И тогда он разрубил кошку надвое.

С лица Дневного Менеджера сбежали все краски. Рука с «дерринджером» бессильно повисла, будто ее вдруг паралич прошиб.

— Скажите доброе слово, господин Менеджер!

— Какое… какое слово?

— Бросьте оружие.

Он опустился на колени и осторожно положил пушку на пол у своих ног. Любопытный котенок подбежал и понюхал ствол.

— Ногой подтолкните его ко мне.

— Умоляю! — всхлипнул он. — Не чините вреда невинному животному. Оно-то вам ничего не сделало. — С этими словами Дневной Менеджер деликатно отодвинул котенка носком своего ботинка, а затем подтолкнул оружие ко мне. Я наклонился, поднял эту антикварную штучку и отпустил заложника. Кис поскакал прочь, на ходу встряхивая колтунами.

Из тумана кошачьей шерсти послышался голос:

— Вы напрасно теряете с ним время.

Двери лифта отворились, и появилась фигура в белом медицинском халате с черным портфелем, как у врача. Дневной Менеджер расплылся в улыбке — не столько от облегчения, сколько от растерянности. Фигура подвигалась в нашу сторону, но все еще держалась в тени.