Розы красные - Джеймс Паттерсон

Ненавидеть доктора Фрэнсиса было очень легко. Это был не человек, а какие-то отбросы, худший из худших, убийца, которому нравилось еще и наблюдать за страданиями жертв. Может быть, все это делало ночную слежку за ним не такой утомительной. Кроме того, меня наполняла энергией сама мысль о том, что Фрэнсис и есть Дирижер, а мы подобрались к нему так близко, что еще немного — и мы пригвоздим его к его же розовой оштукатуренной стене дома, похожего на те, что строят в Средиземноморье.

Больше Кэтлин не пыталась связаться с доктором. Он тоже не стал звонить ей. Примерно в час ночи он отправился спать, не забыв включить сигнализацию.

— Приятных тебе сновидений, ублюдок, — произнесла Бетси, как только свет в квартире погас.

— Мы знаем, где он обитает. Мы знаем, что все это сделал он. И нам даже практически все известно о том, как именно ему это удалось. Но почему мы не можем его арестовать? — пожаловался один из агентов после того, как доктор Фрэнсис улегся спать.

— Терпение, главное — терпение, — успокоил его я. — Мы же только что прибыли сюда. Мы обязательно возьмем доктора Фрэнсиса. Нам просто нужно немного понаблюдать за ним. На этот раз мы должны быть абсолютно уверены в своей правоте. Кроме того, нам нужны деньги, которые он сорвал с «Метро Хартфорд».

Около двух часов мы с Бетси, наконец, покинули наш наблюдательный пункт и перебрались в один из седанов, принадлежащих Бюро. Мы уезжали с Сингер-Айленд по шоссе I-95. Все остальные должны были переночевать в «Холидей Инн».

— Ты не против? — поинтересовалась Бетси, когда мы оказались уже между штатами. Она выглядела более уязвимой, чем я привык видеть ее. — Там, чуть севернее, есть более достойная гостиница. «Хиатт Ридженси».

— Мне нравится быть с тобой рядом, Бетси. И так я чувствовал себя с самой нашей первой встречи.

— Да, я тоже это сразу поняла, Алекс. Но мы так мало бываем наедине. Мне этого явно недостаточно.

Я окинул ее неясным взглядом. Мне она нравилась даже еще больше, когда чувствовала в себе некоторую неуверенность.

— Неужели тебе требуется искренность и честность в четверть третьего ночи? — пошутил я.

— Абсолютно, и обжалованию не подлежит.

— Я знаю, что это прозвучит немножко безумно, но…

Наконец, она улыбнулась:

— С безумцами я научилась справляться.

— Я сам не знаю точно, что сейчас происходит в моей жизни. Я как бы плыву по воле волн. Это совсем непохоже на меня. Наверное, это даже хорошо.

— Ты все еще стараешься пережить то, что случилось с Кристиной, — подсказала Бетси. — Мне нравится, что ты все делаешь так, как и следует. Ты смелый человек.

— Или, наоборот, исключительно глупый, — улыбнулся я.

— Наверное, и то и другое понемногу. Но ты способен предупреждать события. На поверхности ты спокойный и довольно простой — в хорошем смысле этого слова. Но, одновременно, ты достаточно сложный — опять же, в хорошем смысле. Наверное, ты сейчас думаешь: «То же самое можно сказать и о тебе».

— Не совсем так. Я думал о том, как мне повезло, что мы встретились.

— Из этого могло вообще ничего не получиться, Алекс. Но получилось сразу. — Ее прекрасные глаза засверкали. — Как бы там ни было, ты пойдешь сегодня со мной домой? В дом вдали от дома. Я имею в виду свой скромный номер в гостинице.

— С огромным удовольствием.

Когда мы припарковали машину у входа в гостиницу, Бетси прильнула ко мне и поцеловала в губы. Я прижал ее к своей груди и долго не отпускал. Так мы просидели несколько минут.

— Мне будет тебя очень не хватать, — прошептала она.