Западня. Занесенные снегом - Блейк Крауч

На четвертом этаже было оружие – дробовик и пистолет-пулемет.

Волк ступил в темный коридор, и Кейлин повернулась и побежала обратно так быстро, как могла. Каждый шаг отдавался в животе толчком боли.

Она достигла алькова, слыша позади дыхание волка – тот сокращал расстояние между ними с каждым прыжком. Женщина твердила себе, что на лестнице обгонит его – ей почему-то казалось, что вверх по ступеням он не сможет подниматься быстро.

Она свернула на лестницу.

По последнему пролету спускался серый волк. Увидев Кейлин, он зарычал. В лунном свете его клыки были влажными и черными от крови.

Белый вожак быстро приближался.

Шарп увидела окно с выбитым стеклом, бросилась туда и вскарабкалась на подоконник. Оглянувшись, она увидела, что волки совсем рядом: пара розовых и пара желтых глаз горели яростью.

Другого выбора у беглянки не было. Она спрыгнула в снег, ощутив резкий холод, и подумала: «Парадная дверь заперта, но я могу постучать в нее, и меня впустят. Если я доберусь туда, то смогу попасть обратно внутрь». Но путь был долгим – вдоль всего южного крыла, через глубокие заносы.

Она практически плыла по снегу; холодные комья падали ей за ворот и таяли у нее на шее. При порывах ветра снежная пыль жалила ее лицо, словно тысячи крошечных булавок.

Ночь была светлой – с огромной луной и мириадами звезд, – но в глазах у Кейлин постепенно темнело. Футах в тридцати от окна она оглянулась и увидела, как из-под снега появилась волчья голова. Хищники пробивались сквозь глубокий рассыпчатый снег, то проваливаясь, то выныривая, словно играющие дельфины.

***

«Я не умер», – подумал Уилл. Он сел, пытаясь понять, сколько времени был без сознания. Несколько мгновений Иннис видел только сплошную белизну. Кто-то – похоже, Девлин – звал его, но голос ее был далеким и невнятным.

Зрение возвращалось – тусклый свет фонарей и тени, Рейчел, сидящая рядом с ним, невредимая и в полном сознании… Ее брюки закоптились от близкого взрыва.

– Как ты? – спросила она, но голос ее звучал словно бы через толстую стену, и Уилл скорее угадал, чем услышал ее вопрос.

Девлин стояла перед ним на коленях, и он попытался читать по ее губам, что она говорит, но из-за общей дезориентации его усилия оказались тщетны.

Поднявшись на ноги, Уилл оперся о стену.

***

Теперь Кейлин двигалась быстрее, на каждом шагу подавляя стон и сосредоточившись лишь на том, чтобы продвигаться сквозь снег. В очередной раз подняв взгляд, она осознала, что сбилась с пути и бредет прочь от коттеджа, вниз по склону – к берегу озера, куда причалили гидросамолеты.

Волки продолжали преследовать ее. Белый был бы совершенно невидим, если б не его розовые глаза.

Шарп добралась до берега. Отражение луны в воде колыхалось, на заснеженный берег набегали волны.

Волки приближались.

Женщина оглянулась на вход в коттедж и увидела его – он плыл к ней через снег. На плече у него висела черная спортивная сумка, в одной руке «Моссберг», а в другой – пистолет-пулемет.

Выстрелы «беретты» и звук пуль, пронзавших снег, растворились в посвисте ветра. Кейлин видела лишь, как волки скрылись под снежным покровом, где и будут лежать до июня, когда не растает снег и не явятся пожиратели падали.

Хавьер остановился в нескольких футах от нее. Черная ткань на его плече была изорвана дробью.

– У тебя кровь течет, – сказал он.

Мисс Шарп стояла, дрожа от холодного ветра и обхватив себя руками.

– Твой друг очень вольно истолковал слова «не трогай ее», – ответила она.

– Ты его убила.

Женщина кивнула.

Эстрада оглянулся на коттедж.

– Теперь остались только я, ты и Иннисы.

Кейлин чувствовала, как теплые струйки крови стекают в ее ботинки.

– Итак, – произнес Хавьер, свинчивая глушитель со ствола «беретты», – приступим?

***

– Ты едва можешь стоять, Уилл, – сказала Рейчел.

– Ко мне уже возвращается равновесие. – Иннис взял из рук Девлин дробовик. – Вы обе останетесь здесь. Как твоя нога?

– Сильно болит.

– Знаю, но тебе повезло, Рейч. Эта вспышка произошла прямо у тебя под ногами.

– А что это вообще была за вспышка? – спросила Деви.

– Светошумовая граната.

Где-то вне комнаты грохнул дробовик.

– Это в здании? – спросила Рейчел.

– Не могу понять.

«Моссбергу» ответило стаккато выстрелов – огонь из автоматического оружия. Издали это было похоже на падение бусин на стеклянный столик.

Уилл, пошатываясь, вышел в коридор и закрыл за собой дверь. В ушах у него все еще звенело – так, что он даже не слышал звука собственных шагов, когда спускался по лестнице в переход.

***

Под яркой аляскинской луной завывал ветер, наметая возле любого препятствия высоченные сугробы.

Иннис на несколько мгновений увидел кровь – черные потеки у берега озера, – прежде чем ветер занес их снегом.

Приступы головокружения мешали ему идти.

Он заметил нечто похожее на кровавые следы, ведущие прочь от озера к лесу, хотя ветер на глазах затирал их и они должны были исчезнуть еще до того, как он доберется до опушки.

Уилл споткнулся, с трудом встал на ноги и направился к лесу. Отпечатки ног в глубоком снегу изглаживались и пропадали, невероятно холодный ветер леденил щеки.

Девять дней назад Кейлин Шарп явилась в его дом в Колорадо. Девять дней.

«Неужели все кончено?» – гадал Уилл. Теперь его ничто не удивило бы.

Он попытался подавить облегчение, таившееся где-то в дальних уголках его сознания, но не мог отделаться от мысли, что, если Эстрада и Кейлин прикончили друг друга, в этом есть некая справедливая неизбежность.

Пройдя десять мучительных шагов, Уилл остановился. У него не было сил, чтобы войти в лес и разыскивать их тела под четырехфутовым слоем снега. Он и так едва держался на ногах. Однако все же пошел вперед – медленно и устало, – в то время как больше всего на свете ему хотелось вернуться, развести огонь в библиотечном камине и уснуть, обнимая Девлин и Рейчел, а проснуться уже где-нибудь в другом месте.