Команда - Дуги Бримсон

Эванс отер рот ладонью и затем покачал головой.

— Не знаю. Я был там последний раз, когда играла Англия, в девяносто седьмом, и мы неплохо провели время.

— Кто это «мы»? — уточнил Джарвис.

— Я и большая часть ребят, с которыми мы приехали на игру, — отозвался Эванс. — Мы ходили почти на все матчи и потом встречались после игры в каком-нибудь месте. Потому я и стал заранее присматривать местечко для встреч, где можно поболтать и выпить без риска: все-таки в чужой стране, с чужими болельщиками и фанатами.

— Значит, только вы и ваша команда, — сказал Джарвис.

— Мои друзья, инспектор, — поправил Эванс.

— И что же произошло потом?

— Потом туда стали рваться с улицы.

— Посторонние?

— Не знаю, какие-то ребята. Мы пытались унять их, но они стали распускать руки. Ситуация быстро вышла из-под контроля. Их поведение стало выводить из себя. В общем, все это мне не понравилось, и я выскочил через заднюю дверь.

— Ага. И вызвали полицию, — съерничал Джарвис.

— Слушайте, инспектор, — адвокат Хайгем грозно поколебал воздух оттопыренным пальцем. — Не надо.

— Что не надо?

— Не надо так, понимаете? Я знаю, что вы подозреваете моего клиента в том, что он был вовлечен в организованное хулиганство футбольных болельщиков в прошлом, но вы должны доказать его участие в группировке. К тому же у вас, насколько мне известно… профессиональная вендетта из-за случившегося три года назад.

Джарвис сверкнул глазами на адвоката, но удержался от реплик и вернулся к своим записям.

— Так значит, вы утверждаете, что не присутствовали при том, что случилось с Гарри Фитчетом и Терри Портером?

— Нет. К тому времени я уже давно ушел.

— Куда?

— Просто прогулялся по улицам. Отвлекся. Потом взял такси.

— И куда поехали?

— К своей машине, естественно. Оставленной на стоянке.

— И вы можете это доказать?

Эванс покачал головой и не успел он рта раскрыть, как тут же вмешался адвокат:

— Он не обязан предъявлять вам никаких доказательств, инспектор, пока вы не предъявили своих.

Джарвис кивнул и потянулся за листком бумаги.

— Вот как излагает события Терри Портер. В своем заявлении он пишет, что вы присутствовали в баре в тот момент, когда на него было совершено нападение, и даже подстрекали к этому известных вам лиц.

— Чушь собачья, — отрезал Эванс. — Он лжет.

— И зачем же, по-вашему, он так хочет опорочить ваше доброе имя? — все так же ядовито поинтересовался Джарвис.

— Откуда мне знать? Но, клянусь глазами матери, меня к тому времени в баре не было — потому что никакого нападения я не видел.

— У вас есть другие свидетели, готовые подтвердить это заявление, инспектор?

Джарвис улыбнулся сидевшему напротив адвокату:

— Пока нет, мистер Хайгем. Но скоро будут.

— Так в данный момент против моего клиента фигурируют лишь показания этого… — Он взглянул в свои записи и преисполнился насмешливого самодовольства: — Терри Портера?

Джарвис на несколько секунд заглянул в папку и переворошил бумаги. Он ничего не читал, просто пытался выиграть время. У него в самом деле не было улик, и этот проныра адвокат знал, что бьет в яблочко. Даже то, что Портер полисмен, в суде ничего не значит. Один свидетель — это всегда один свидетель. И Эванс снова будет гулять на свободе.

Наконец он оторвался от папки и с невозмутимой улыбкой произнес:

— Ладно, Билли, давай поговорим об автомобилях.

— О каких еще автомобилях?

— О твоих.

— А в чем дело? — сразу насупился Эванс.

— Ты можешь объяснить, зачем тебе понадобилось перегонять их в Италию?

Эванс достал сигарету из пачки, лежавшей перед ним на столе, и прикурил. Он выпустил дым на Джарвиса, который взмахнул рукой, невольно закашлявшись.

— Прошу прощения, — усмехнулся Эванс. — Вы спрашиваете, зачем я перегонял? Так это же мои машины. Разве я не имею права давать их друзьям? Или это теперь считается преступлением?

Джарвис усмехнулся в ответ и покачал головой.

— Нет, конечно же нет. Если это была легальная транспортировка.

— Налоги, страховка, парковка, все путем.

— Я не это имел в виду.

Эванс озадаченно посмотрел на него:

— Тогда что же?

Джарвис опять деловито зарылся в бумаги, и когда поднял голову, его по лицу расплывалась улыбка.

— Мы к этому скоро вернемся.

Выложив перед ним листок бумаги, он ткнул в него пальцем:

— Эти машины?.. Четыре «мерседеса»-салона, один «Мерседес-Estate», семь «БМВ», три «мицубиси-сёгуна», две «тойоты-лендкрузер», два «рейндж-ровера» и «лексус».

С довольной улыбкой он взирал на Эванса.

— Дорогие марки, Билли. Сколько же вся эта утварь стоит?

Эванс затянулся сигаретой и усмехнулся. — Будем торговаться?

Джарвис посмотрел на него совершенно серьезно и поднял бровь:

— Так сколько же?

Эванс посмотрел в потолок, оттопырив губу.

— Ну, скажем, если повезет и клиент попадется сговорчивый… думаю, где-то в районе 430 000 фунтов.

Джарвис присвистнул:

— Это же чертова куча денег, Билли. Эванс кивнул:

— Я по мелочам не работаю. Вы же знаете, инспектор. И потом, я вложил в них немногим меньше.

Хайгем хищно подался вперед:

— А в чем, собственно, дело, инспектор? Мой клиент известен как успешный бизнесмен в области автопродаж — и что? Это его лучшие машины, наиболее качественный товар. Или в наши времена иметь плотно укомплектованный гараж считается преступлением? Джарвис опять усмехнулся.

— Мы только приближаемся к сути вопроса. — Опять глубоко вздохнув, он продолжал перелистывать содержимое папки. Теперь или никогда, он Должен загнать в угол этого негодяя. — Итак, что мы имеем. Из сорока человек, сопровождавших ваши машины, один мертв — Фитчет, другой прибыл только что самолетом прямо из больницы — Портер, и, наконец, третий — ваш собственный напарник и попутчик Хокинс — остался в итальянской тюрьме. А вы, естественно, здесь, — добавил он спустя некоторое время.

— Мой клиент все это знает, — нетерпеливо произнес Хайгем.

Джарвис улыбался, не спуская глаз с лица Эванса.

— А все остальные, — продолжал он, — депортированы из Италии самолетом.

Эванс затушил сигарету и откинулся на спинку стула.