Комната воды - Кристофер Фаулер

– Не забивай мальчугану голову… – прервал ее Киркпатрик.

– Есть одна история, – продолжила колдунья, – происшедшая как раз на твоей улице. Настоящая история с привидением, случившаяся именно там, где ты живешь. – Благодаря природному умению нагнетать интерес, Мэгги без труда привлекла внимание мальчика. – Это случилось задолго до твоего появления на свет, в начале пятидесятых. Один бедный юноша, студент, жил в квартире где-то неподалеку. Он влюбился в местную девушку, работавшую в пекарне возле главной улицы. Несмотря на бедность, молодые люди горячо любили друг друга, и вскоре состоялась их помолвка. Юноша, оказавшийся талантливым акварелистом, пообещал любимой, что они поженятся, как только он сможет продать несколько работ. Но беда в том, что картины он рисовал слишком мрачные. Никто не хотел покупать изображения кладбищ и вурдалаков. Вот и приходилось влюбленным откладывать венчание. Когда это случилось в третий раз, девушка расторгла помолвку и вышла за другого. Сердце студента было разбито. Говорят, он пошел к каналу, набил карманы камнями и утонул в илистой воде. Но тело так и не нашли. Некоторое время спустя люди на твоей улице стали видеть покойного каждый раз, когда шел дождь. Он возникал из-за стены ливня и шел, низко опустив покрытую грязью и нещадно поливаемую дождем голову, точно оплакивал утраченную любовь. Это продолжалось несколько лет, до пятьдесят девятого года, когда подземная река вырвалась из своего туннеля и затопила улицу. Что, по-твоему, произошло?

Зачарованный, Дэвид только мотнул головой.

– Труп юноши показался из воды. Его вынесло на поверхность, потому что свирепые зимние бури изменили направление течений в канале. Когда его тело предали земле, дух его успокоился и больше никогда не появлялся.

– Я не уверен, что мальчику следует рассказывать подобные вещи, – встревоженно сказал Киркпатрик.

– И вообще – нельзя ли поближе к делу? – Брайант раздраженно постукивал палкой по мостовой. – Парень, ну и где обещанный люк?

Дэвид остановился посредине проулка и пяткой попинал грязь.

– Где-то здесь. Дождь размыл землю во многих местах.

Брайант выглянул из-под шляпы, чтобы сориентироваться на местности. Они стояли за стеной сада Калли. Дэвид нагнулся над продолговатой металлической плитой с зазубринами.

– Я не знаю, как она открывается.

– Зато я знаю, – сказал Брайант. – Тут нужен специальный инструмент, в форме буквы «Т», с крюком на конце.

Он вспомнил отчет Миры об исчезновении Тейта. Она заверила его, что бродяга ходит с трудом, а потому просто не мог пробежать заросший проулок до конца. В то же время Тейт был достаточно мал ростом, чтобы спрятаться внутри куста. Что если он спрятался в сточном отверстии и ждал, пока преследователи уйдут? В таком случае предмет, которым он открывал люк, должен быть спрятан где-то поблизости.

Дымка дождя, струящегося в сумраке полудня, заслоняла кусты ежевики, обрамлявшие внутренние сады. Артур достал карманный фонарик и посветил под ноги.

– Дэвид, не мог бы ты нагнуться и достать вон тот металлический прут?

Мальчик присел и извлек заржавленный предмет. Подцепить им крышку люка ничего не стоило. Одно сильное движение – и крышка снята. Фонарь Брайанта осветил большое отверстие внизу площадью по крайней мере четыре квадратных метра; спуститься туда можно было по железной лестнице, приваренной к стене. По-видимому, люк вел в туннель.

– Я могу туда спуститься, – заявил Дэвид. – Запросто.

– Не думаю, что это хорошая мысль, – предостерегла Мэгги. – Я улавливаю подозрительные вибрации.

– Нельзя ли поконкретнее? – поддел ее Раймонд. – Ты ловишь вибрации каждый раз, когда проезжает автобус.

Мэгги склонила голову набок и призадумалась. Вода ручьями стекала у нее по капюшону.

– Я не чувствую ничего плохого, только печаль и утрату. Глубокую тоску.

– Еще бы, – сказал Артур. – Несчастный бездомный должен прятаться в сточном отверстии каждый раз, когда кто-то засекает его в саду. А что еще ты чувствуешь, Маргарет?

Мэгги начала тихонько напевать, приложив ладони ко лбу.

– Не надо ей потакать, – попросил Киркпатрик. – Видно, она хочет получить «Оскара». Улицы Лондона наверняка испускают столько жестоких вибраций, что я не понимаю, как она умудряется дожить до вечера и не взорваться.

Когда они перестали спорить и огляделись, то заметили, что мальчишка исчез.

– Дэвид! – в панике крикнул инспектор. – Дэвид, где ты?

– Все нормально – я тут, внизу.

– Бог ты мой, немедленно поднимайся наверх! Твои родители меня четвертуют.

Брайант посветил фонарем в люк.

– Он точно здесь был, – сообщил мальчик. – У него тут постель из старых газет и пустые коробки из «Кей-эф-си». Ну и вонь.

– Быстро поднимайся наверх, а то что-нибудь подцепишь, – сказал детектив, сознавая, что не может спуститься сам.

– Сейчас, только бросьте мне ваш фонарь.

Было слишком поздно что-либо предпринимать – мальчик уже был внизу.

– Тогда хотя бы дай мне руку, чтобы я тебя не терял, – пробормотал Брайант, с виноватым видом протягивая Дэвиду фонарь.

– Похоже, туннель тянется до самого конца улицы, – сказал мальчик. – Ого, он еще и ответвляется! Пойду посмотрю.

– Ни в коем случае! – рявкнул Брайант, с трудом опускаясь на колени. – Сейчас же вылезай, слышишь? Расследование окончено.

Над люком тут же выросли голова и плечи Дэвида. Он был выпачкан зеленой грязью и крайне возбужден.

– Вот это класс! Можно пройти весь туннель, но, кажется, в конце там железная решетка.

Мэгги и профессор подхватили его под руки и вытащили. Дэвид улыбнулся, внезапно став очень разговорчивым.

– Это вы так расследуете преступления? Я думал, вы только спрашиваете людей про их алиби и всякое такое – ну, как по телику показывают, – а не лазите по туннелям. Я думал, вы просто кричите на подозреваемых в специальных комнатушках, а вы вот чем занимаетесь! Круто. Можно, я завтра опять с вами пойду?

– Если ты проболтаешься об этом своей маме, я засуну тебя в комнатушку и буду на тебя страшно кричать, – пригрозил Брайант. – Идем скорее в часовню – надо тебя почистить, а я пока позвоню миссис Уилтон и скажу, что ты уже в пути.

– Я хотела тебе кое-что прочитать, – сказала Мэгги, когда они сидели на дубовых скамьях в «Часовне надежды» в ожидании, пока Дэвид приведет себя в порядок. Она открыла тяжелую книгу в кожаном переплете. – Вот послушай-ка: «Слово „Флит“ также означает специальную ограниченную территорию, созданную тамплиерами, владевшими землей на Флите у замка Бейнард». Там, кстати, до сих пор существует паб «Замок Бейнард». Представь себе, это священное место. В тысяча шестьсот семьдесят шестом году, когда расширяли ров Флита, подняли на поверхность пятнадцатифутовый слой мусора, оставленный жителями Лондона в эпоху римлян. Серебряные, медные и латунные монеты, два латунных Лара, одна Церера, один Вакх, кинжалы, печати, медали, кресты, бюсты богов и огромное количество охотничьих ножей, причем все одного размера и одной формы. Ты понимаешь, что это всегда было священное место? Больше тысячи лет верующие приходили туда, чтобы приносить дары языческим богам.