Смертельный эксперимент - Джон Локк

Когда сверло задымилось, я остановился на несколько минут, чтобы дать ему остыть.

– Первый раз, когда твоя жизнь была в опасности… – воспользовалась тишиной Калли.

– И что тебя интересует?

– Сколько тебе тогда было лет?

Я подумал.

– Десять.

– Ранняя пташка, – заметила девушка.

Тогда я только что окончил четвертый класс. Начались летние каникулы, и мой дед решил взять меня в поход к холмам Колорадо. Вторую ночь нашего похода мы провели в маленькой кабинке на территории придорожного лагеря, а наутро я проснулся очень рано и отправился побродить по лесу. Я отошел уже мили на две, когда наконец заметил, что все сосны выглядят совершенно одинаково. Я остановился и медленно повернулся на 180 градусов, стараясь обнаружить свой собственный след. Следов нигде не было. Я не очень испугался, но и сказать, что я был совершенно спокоен, тоже было нельзя. Я закрыл глаза и сделал шаг в том направлении, где, по моему мнению, находился лагерь. Мне показалось, что здесь склон был слегка выше, чем раньше. Тогда я сделал шаг в противоположную сторону, чуть ниже по склону. Странно, но иногда ты чувствуешь с закрытыми глазами такие вещи, которые никогда не почувствовал бы, будь твои глаза открыты.

Дрель уже достаточно охладилась, и я продолжил свое наступление на стену. Для этого я собрал все свои силы. Работая, я все думал о том утре тридцать лет назад, когда я потерялся в холмах Колорадо.

У меня заняло в два раза больше времени добраться до нашего лагеря, и возвратился я не прямой дорогой, а подошел к лагерю с совсем противоположной стороны. Здесь я увидел огороженный загон для лошадей, который не заметил накануне вечером. По нему ходила пара искусанных мухами лошадей, которые пощипывали растущую в изобилии траву.

Большой мальчик, лет тринадцати, с выгоревшими волосами и веснушчатым лицом увидел, как я выхожу из леса. Он показал пальцем на ограду и засмеялся тем смехом, которым смеются все подобные молодые бычки. Он был старше и больше меня, поэтому я хотел избежать стычки. Кроме того, я умирал от жажды и должен был поскорее сообщить дедушке, что со мною все в порядке. И тем не менее я посмотрел в направлении, в котором указывал палец мальчишки.

На верхушке оградного столба что-то шевелилось. Я подошел ближе и увидел, что маленький негодяй положил на него черепаху. Он сделал это таким образом, что панцирь черепахи лежал на макушке столба, а голова, лапы и хвост болтались в воздухе. Конечности черепахи отчаянно шевелились в надежде опереться на что-то твердое. Было очевидно, что поганец хотел, чтобы черепаха так и подохла – или от жажды, или от изнеможения. А возможно, он хотел, чтобы она сварилась заживо на жаре в своем панцире. Но его это мало волновало, он считал, что шутка просто великолепна. Продолжая скалиться, пацан указал на линию столбов, на которых располагались еще с десяток уже дохлых черепах. Они походили на какие-то спортивные кубки.

– И что же ты сделал? – спросила Калли.

Тем утром в Колорадо, после того как большой мальчишка с выгоревшими волосами показал мне свое черепашье кладбище, я достал из кармана свой серебряный доллар и подбросил его в воздух. Он взлетел футов на двадцать, прежде чем начал падать вниз. Когда этот черепаший убийца поднял голову, чтобы поймать мою монету, я изо всех сил ударил его кулаком в челюсть так, как меня учил дедушка, вложив в удар все свои силы. Бычок и серебряный доллар коснулись земли одновременно. Я спас живую черепаху, снял мертвых с их столбов и оставил большого мальчишку с выгоревшими на солнце волосами лежать, в то время как его ноги шевелились совсем как у черепахи на столбе.

– Он умер? – задала Калли свой следующий вопрос.

– От удара худенького десятилетнего мальчугана? Конечно нет. Я не прошел и двадцати ярдов, когда кусок камня просвистел у меня около уха. Этот сукин сын попытался убить меня!

– И что же ты сделал?

– Помчался как заяц!

Калли рассмеялась:

– Ты решил рискнуть жизнью ради черепахи.

– Наверное, ты права. – Я тоже рассмеялся.

– Это очень благородно с твоей стороны.

– Ага.

– Донован Крид, черепашка-ниндзя.

Сверло прошло сквозь стену, и в ней образовалась вторая дыра на расстоянии примерно дюйма от первой.

Я достал из мешка кувалду и долото и стал колотить в стену. Долото проломило перегородку между дырками, и в это отверстие я смог просунуть два пальца.

Я приложил рот к новому отверстию и сказал в него:

– Элисон, это я, Донован Крид. Я знаю, что тебе сказали, что я умер, но я все еще жив и хочу вытащить тебя оттуда. Со мной мой друг. Ее зовут Калли Карпентер, и она поможет мне спасти тебя.

– М-м-м-м… м-м-м-м, – промычала Элисон.

– Побереги силы, – посоветовал я ей.

– Сколько еще? – спросила Калли.

– Максимум минут пятнадцать, – ответил я ей.

– Это как?

– Стена становится все податливее, – объяснил я.

Я взял пилу по бетону и начал пилить вертикальный разрез начиная от самого центра отверстия. Когда он достиг двухфутовой длины, я обернулся к Калли и сказал: