Город лжи - Алафер Берк

Роган быстро записал это на доске толстым черным маркером.

— Свидание было заказано через «Престижные вечеринки» анонимно. Однако звонивший просил Миранду, а значит, предположительно, встречался с ней раньше.

— Вторая часть — домысел, — уточнила Элли.

— Ладно, запишем ее синим, — согласился Роган, беря другой маркер.

— Факт: компания Сэма Спаркса пользуется услугами «Престижных вечеринок». В частности, они уже заказывали встречу с Кэти Бэтл. Факт: судья Пол Бэндон проявил особый интерес к расследованию убийства Роберта Манчини.

Роган медлил.

— Ты действительно думаешь, что это можно считать фактом?

— Да. Я говорю не о своей непродолжительной остановке в камере. Я смирюсь с этим и спишу на собственную оплошность. Я говорю о том, что тебя вызывали на совещание, чтобы узнать положение дел. Это явно не входит в стандартную процедуру. Поэтому — да, факт. А вот предположение: Бэндон пытался подкатить к Спарксу, чтобы тот подмазал для него кое-какие политические колесики. Но, возможно, мы упускаем совершенно иной мотив.

— Например?

Элли улыбнулась.

— Не хочется повторяться, но вдруг это действительно дело рук Спаркса? Может, он убил Роберта Манчини, поскольку охранник видел больше, чем ему полагалось?

— Ты забываешь, что это сделала Таня Эббот.

— Это не факт. Это предположение.

— А вот и факт: она отправила на сайт всю эту чушь насчет Меган, чтобы сбить нас со следа. Факт: вскоре после исчезновения она угрожала нам и нашим семьям, если мы продолжим поиски.

— Оставь на минуту Меган и Таню.

— Тогда придется многое оставить, — запротестовал было Роган.

— Просто выслушай меня. За последние полтора года «Престижные вечеринки» выставили почти два десятка счетов, оплаченных по карте компании Спаркса. Последняя ночь Роберта Манчини связана с этой службой и Таней Эббот.

— Но встреча Эббот и Манчини не оплачивалась картой Спаркса.

Компания магната неоднократно заказывала эскорт-услуги, но свидание Тани Эббот 27 мая и встреча с Кэти Бэтл пятничным вечером были заказаны за наличные и анонимно.

— Погоди секунду. У нас есть еще судья Бэндон, связанный с Таней. Причем он наизнанку выворачивается, чтобы помочь Спарксу.

— И какое именно предположение ты готова из этого вывести?

— Мы сняли со Спаркса подозрения в убийстве Манчини, поскольку думали: он никак не мог узнать, что Манчини в тот вечер был в «Двести двенадцатом». Но мы полагали, что Робо заказывал свидание сам.

— Но если это Спаркс заманил Манчини в апартаменты с помощью женщины, он наверняка знал, куда тот ее приведет, — завершил мысль Роган.

— Верно, — поддержала Элли. — А значит, его распорядок на вторую половину дня значения не имеет.

— Но Спаркс во время убийства Манчини был на каком-то благотворительном мероприятии. Он же заявился в смокинге и все такое.

— Люди типа Спаркса сами не нажимают на спусковой крючок. Они нанимают человечка, который все за них сделает. А если за убийством Манчини стоит Спаркс, то особый интерес к этому делу судьи Бэндона представляется совсем в ином свете. Если Спаркс был осведомлен о визитах Бэндона к Тане…

— Это очень большое «если», — перебил Роган.

— Слушай, мы пока строим предположения. Дай мне порассуждать. Так вот, если Спаркс знал о тайне Бэндона, он мог вынудить судью держать нас подальше от его финансов, а заодно присматривать за ходом расследования.

— Значит, теперь Бэндон интересует нас не только связью с проституцией, но и…

— …своей продажностью, — закончила Элли. — Он оказывает услугу за услугу. Не подпускает нас к денежным делам Спаркса, чтобы мы не обнаружили связь между магнатом и «Престижными вечеринками». А взамен Спаркс помалкивает насчет аморальных делишек Бэндона. Вероятно, даже помогает получить теплое местечко федерального судьи, которое так отчаянно жаждет Бэндон.

— Ты и впрямь думаешь, что Бэндон стал бы покрывать убийство?

Элли покачала головой.

— Нет. Но он может не понимать, что убийца Спаркс. Бэндон швырнул меня в камеру всего лишь за то, что я подумала об этом. Он считает, что просто-напросто помогает Спарксу прикрыть связи с проституцией. Возможно, Спаркс ляпнул ему что-нибудь вроде: «Эй, я слышал, у нас с тобой есть кое-что общее, и лучше держать это в секрете».

— Но опять же: это имеет смысл только в том случае, если Спаркс и Бэндон знали, что каждый из них связан с этими женщинами. Как они могли узнать об этом?

— Понятия не имею.

— Не забывай, ты сейчас не принимаешь в расчет нашу подругу Таню. — Роган закрыл маркеры колпачками. — Как она сюда вписывается, если в смерти Манчини виновен Спаркс?

Элли посмотрела на факты, перечисленные на доске.

— Не знаю. Что-то мы пропустили.

Роган покачал головой.

— Если бы такую глупость сказал я, ты бы в меня чем-нибудь швырнула.

Элли расхаживала по комнате, пытаясь разглядеть каждую деталь в разложенных вокруг материалах, словно это были составные части огромной головоломки. Телефонные звонки. Танины отпечатки в «212» и квартире Меган. 27 мая. Фотографии.

И тут ее осенило.

— Это не Таня, — проговорила она.

— Что — не Таня?

— Убийца — не Таня.

— Знаю, ты считаешь, что это Сэм Спаркс.

— Нет, я имею в виду — вообще. Это не она. Она не убийца. Она не сбежала. Или по крайней мере сбежала не от нас. А от преступника.

— О чем это ты?

— Фотографии, Роган. Снимки. Вот этот. — Элли схватила один из цветных снимков, лежавших на ламинированной столешнице, из тех, что были сделаны на месте преступления в «212». На нем была запечатлена ванная комната в апартаментах Сэма Спаркса.

— Какая-то долбаная ванная.

Элли на миг припомнилось, как в суде она давала показания Бэндону. В пентхаусе Спаркса царил жуткий кавардак, везде — кроме ванной. Макс даже не слишком удачно тогда пошутил: «Полагаю, несколько рулонов туалетной бумаги и старые выпуски „Спортс иллюстрейтед“ не могли стать целью налета».

Но и в ванной не все было в порядке. Единственный шкафчик был настежь распахнут, а его содержимое — стопка полотенец — рассыпано по кафельному полу.

Элли ткнула пальцем в изображение шкафчика на снимке.

— Вот где она была. Вот где пряталась.

— Таня Эббот пряталась в ванной?

— Да. Она услышала выстрелы или спор, предшествовавший им, и спряталась в глубине этого шкафчика, за полотенцами. Она все слышала. А когда стрелок ушел, вылезла, оставив шкаф открытым, а полотенца рассыпанными по полу. Убийца не знал, что она там. До тех пор, пока Макс не предъявил эти снимки в суде.