Ночные грехи - Тэми Хоуг

День 3-й

16.55

— 5 °C

День уже угасал, когда Меган вернулась на командный пункт. Все послеполуденное время она провела, лично перепроверяя других людей из списка взрослых, с которыми Джош встречался регулярно, выражая им сочувствие и раздавая бумажные носовые платки, но не получая ответов на вопросы, которых становилось все больше с каждой пролетавшей секундой.

У учительницы Джоша Сары Ричмен было два собственных сына. Несмотря на то что она была допрошена уже дважды, она все еще не могла ни говорить, ни даже думать о том, что произошло, не начиная плакать. Его командир в отряде бойскаутов, Роб Филипс, был клерком в офисе окружного адвоката, — человек, который был прикован к инвалидному креслу в течение последних трех лет и на всю оставшуюся жизнь из-за пьяного водителя. Филипс взял отпуск на работе, чтобы помогать в центре волонтеров.

Люди покидали каминный зал. Одни, чтобы поехать домой к семьям, другие, чтобы захватить что-нибудь пожевать и вернуться. Меган отправилась на поиски Джима Гейста, но наткнулась на Дэйва Ларкина. Он сидел в комнате, где кое-кто из ее агентов и несколько парней из команды Митча висели на телефонах горячей линии. Казалось, что телефоны звонили постоянно, сотрудники что-то переспрашивали, на чем-то акцентировали внимание. В комнате стоял гул от бормочущих голосов. Полицейские и добровольцы входили и выходили из комнаты, приносили ориентировки и еду, забирали торопливо нацарапанные заметки с горячей линии и сообщения с факса.

На Ларкине была бело-голубая гавайская рубашка, которая подчеркивала его имидж пляжного мальчика. Он зажал телефонную трубку между плечом и ухом и что-то яростно строчил в блокноте. Взглянув на Меган, он закатил глаза.

— Нет, я сожалею, мистер Де Пальма, я не видел агента О’Мэлли. Она в «поле» весь день, работает над уликами. Да, сэр, я понимаю, что это важно. Я прослежу, чтобы она получила сообщение. — Он скорчил рожицу Меган. — Ей следует позвонить вам домой? Я понимаю, сэр. Да, сэр. — Он повесил трубку, засунул палец в ухо и покрутил им там, посылая Меган комически-испуганный взгляд. — Ну, маленькая ирландка, ты у меня в большом долгу!

Меган плюхнулась в кресло рядом с ним и облокотилась на стол.

— Обещаю все, что угодно, кроме секса.

— Ох, черт! — проворчал Дэйв. — Если бы я знал, я бы заставил тебя ответить на звонок.

— Ты классный парень! Де Пальма — последний человек, с которым я хотела бы говорить.

— И справедливо! Похоже, у него настроение поджарить всех агентов на медленном огне.

Меган громко фыркнула.

— Вот кого он должен жарить, так это репортеров. И если у кого-нибудь потекут слюнки на Генри Фостера и Пэйдж Прайс, я приготовлю к ним картофельный салат. Так что ты делаешь здесь? — неожиданно сменила тему Меган. — Джим вернулся в отель?

— Да. А я здесь в свободное время, — ответил Дэйв, улыбнувшись. — Помнишь, я говорил, что у тебя отбою не будет от добровольцев?

— И я ценю это. Из лаборатории есть что-нибудь новое о записках?

— Ничего такого, чего бы уже не показали по телевидению. Мы провели ускоренный нингидриновый тест и просмотрели в ультрафиолете. Если бы были какие-нибудь отпечатки на бумаге, они бы проявились в цвете под воздействием химикатов или бы флюоресцировали при освещении. Мы получили полный ноль. Извини, детка.

Меган вздохнула.

— Ну да, я, в общем, и не рассчитывала на успех. Мы имеем дело не с идиотом. Этот достаточно сообразителен, чтобы надеть перчатки. Ну а какие последние новости о фургоне?

— Я бы сказал, что каждый третий в штате знает какого-нибудь ненормального, который водит задрипанный светлый фургон. — Он вытащил заметки Гейста и пролистал страницы. — Прежде всего, шеф полиции в Нью-Праге проверил того придурка с желтым фургоном. Тот теперь разрисован видами заката в пустыне, а сам бывший заключенный играет по средам в боулинг. На этой неделе он выиграл приз в две упаковки пива.

— Удачливый, — пробормотала Меган без энтузиазма. — Что-нибудь еще накопали?

— Джим просмотрел всю географию звонков. Он встретился с Шефом Холтом сегодня днем. Они вместе прошлись по списку местных вызовов, рассортировали их и прозвонили несколько, а затем Джим послал парня с одним из офицеров Холта проверить остальные.

— Позволь взглянуть на список.

Ларкин передал ей список и откинулся в кресле, заложив руки за голову.

— Послушай, когда мы избавимся от этой падали, не хочешь взять выходные и покататься на лыжах в Монтане? Я знаю парня, у которого есть друг, у которого есть кондоминиум в Уайтфише.

Меган просматривала имена и адреса людей в Парковом округе, о которых сообщили соседи.

— Я не катаюсь на лыжах.

— Это даже лучше. Мы можем провести все время в джакузи.

— А не провести ли тебе некоторое время под холодным душем? — усмехнулась Меган.

Имя поразило ее со всей силой линии высокого напряжения. Она выпрямилась на стуле, когда разглядела его в списке входящих сообщений об этом особом фургоне, который был перечеркнут жирной красной линией.

— Что это, черт возьми?

Ларкин наклонился над ней и заглянул в список.

— Шеф сказал, что это он уже проверил.

— Вот ведь сукин сын, — проворчала Меган, вскакивая на ноги.

По шуму в ушах она поняла, что кровяное давление подскочило в красную зону. О’Мэлли отступила от стула и резко придвинула его к столу. Грохот перекрыл блеяние телефонов и низкий гул голосов и притянул взгляды широко раскрывшихся глаз в ее направлении.