Грозные моря - Дейв Дункан

– Странные эти эльфы, – сказал Ишист. Его голос эхом прокатился и замер в темном тоннеле впереди.

В этом замечании было что-то зловещее. А может быть, Рэпу только показалось, потому что этот поход вслед за волшебником по земным недрам довел его до предела.

– Они долго живут? – Ничего умнее Рэп не смог придумать.

– На самом деле нет. Просто они в отличие от других народов не показывают свой возраст.

Снова наступила напряженная тишина, нарушаемая только мягким звуком шагов да шелестом длинных накидок.

Только волшебство могло создать такой гладкий и правильно-круглый тоннель, да еще такой длинный.

– Нора Трэйна, – провозгласил гном и хихикнул себе под нос, наверное вспомнив какой-нибудь известный исторический курьез. Тоннель шел немного под уклон, не круто, уклон почти не ощущался. Там было сухо, темно и пусто и пахло пылью. Заметно было, что этой дорогой не пользовались много десятилетий.

– Странный народ, – повторил гном.

Он уверенно шел в темноте, ведя за собой Рэпа. Призрачное свечение их следов указывало путь Гатмору и Дараду, которые старались не слишком отставать. За джотуннами стелился непроглядный мрак. Следы светились розовым.

Ишист отослал Сагорна. Гном предпочел всем остальным Дарада, может быть, из-за того, что тот не строил воздушных замков. Дарад был просто грубым убийцей и гордился этим.

– В каком смысле странный? – спросил Рэп.

– Во всех смыслах. Они станут рассказывать тебе, что каждый эльф принадлежит какому-нибудь клану и всем сердцем предан ему. Каждый клан владеет деревом, или, может быть, дерево владеет кланом. У каждого клана имеется вождь. Вроде звучит все просто?

– Не очень. Речь идет о Небесных деревьях?

Голос Рэпа был громче, чем у гнома, и оттого громче гудело эхо. Ясновидение уже не достигало поверхности земли. Над их головами, похоже, нависла вся толща горы.

– Конечно. – Ишист шел босиком; остальных обули в эльфийские кожаные ботинки, удивительно мягкие. Шаги были почти не слышны.

– Значит, на самом деле все сложнее? – спросил Рэп.

– У эльфов все сложно. Мало того, что они ничего не рассказывают про себя другим. Так еще существуют разногласия между кланами, о которых не принято сообщать по политическим мотивам. А эта политика переменчива: дружба и вражда, как прилив, то накатит, то отольет. Кланы дробятся на более мелкие сообщества, но одновременно несколько кланов могут объединяться. У клана может быть более одного дерева, и право на одно и то же дерево могут иметь несколько кланов. В клане может быть несколько вождей. Бывает так: вождь-судья, вождь-советник, вождь-военачальник. Как они их выбирают и как это все работает, только Богу известно. – Он помолчал, потом добавил: – Но исторически эльфы дольше всех и лучше всех сохраняли свою индивидуальность и не поддавались давлению импов – не считая карликов, конечно, – значит, можно предположить, что это все-таки как-то работает.

– Из-за людоедства?

– Ах да. Я забыл про каннибализм – не знаю уж, сколько импов они съедают в среднем в год. У русалов тоже есть свои маленькие тайны. Так что вот они какие, эльфы. Если есть какой-нибудь сверхсложный способ сделать дело, то эльфы обязательно его найдут. Особенно если это выглядит красиво или приятно для слуха. А кланы сами по себе очень важны. Даже если семья эльфов уже много поколений живет в пределах Империи, все равно они причисляют себя к одному из кланов и к одному из деревьев. А у эльфа и внутри клана могут завязаться личные отношения вражды и верности.

Рэп все гадал, зачем ему преподносят эти сведения, но, наверное, думал он, это вскоре станет ясно: или гном сам доведет свою мысль до конца, или предстоящие события ответят на все вопросы. Он несколько раз моргнул и только тогда понял, что пятнышко в глазу – вовсе не соринка, а лучик света далеко-далеко впереди. Он увидел – ясновидение подсказало, – что склон горы обрывается круто вниз.

– Отсюда недалеко до ограды, – меняя тему, сказал Ишист. – Около лиги. И еще лига до дороги из Палдарна в Нум. Это имперская дорога. Прямая, что твоя стрела. У им-пов никакого чувства прекрасного. Так считают эльфы.

– Должно быть, очень оживленная дорога.