Лабиринты веры  - Эллен Грин

– Дыши размеренно, Джоанна. – Он говорил тихо и спокойно.

Она склонила голову ниже.

– Астма… – с трудом произнесла она, прежде чем к ее лицу поднесли бумажный пакет.

– Дыши в пакет.

Джоанна замотала головой. Он думает, что у нее паническая атака. Но это не атака. Однако он продолжал держать пакет у ее лица, не оставляя ей выбора. Через несколько минут ее дыхание замедлилось настолько, что она, оторвавшись от мойки, смогла дойти до дивана. Теперь уже сама держала пакет у лица и дышала.

– Ну а сейчас ты в порядке? – спросил он. Джоанна покачала головой. Он постукивал по ноге той самой фотографией. – Тебе придется остаться со мной, Джо. Жаль говорить такое, но одному мне не справиться. Мне нужна ты.

Она отвела пакет от лица и сказала:

– Дуг.

– Нет, мне нужны вы оба. Для разных вещей. – Он встал, прошел на кухню, налил в стакан холодной воды и подал ей. Его взгляд то и дело возвращался к свечке на журнальном столике. – Нам нужно снова пройтись по всему, что у нас есть…

– Какой смысл, Рассел? Ава мертва. – Она указала на фотографию. – И кто-то в качестве доказательства сделал снимок ее трупа. А ты, кажется, совсем не расстроен.

Рассел устремил на нее сердитый взгляд:

– Думаешь, я не расстроен? Я очень расстроен. Но единственное, что я могу сейчас делать, – это двигаться дальше. Убийца на свободе. И продолжает убивать. Мари может стать новой жертвой, только я не совсем в этом уверен. Вероятно, все уже закончилось.

Джоанна отбросила пакет на диван.

– В другой фотографии говорилось: «Вот и конец». Всё. Куинн и Ава мертвы. Конец.

– Тогда зачем кому-то отсылать фотографию в дом Клэр? Если они нацелились на Мари, почему бы не послать фотографию в конвент? Тут нет никакой логики. Клэр мертва…

Джоанна встала.

– Она не мертва. Я видела ее. Я видела ее, как вижу тебя. Она живет в этом чертовом доме. Варит себе кофе, ест сэндвичи, принимает душ. Сходи сам и посмотри! – Указала на него пальцем. – Мне удалось выбраться, когда она пошла в ванную и закрыла за собой дверь. Я до смерти испугалась.

– Сядь, иначе я опять приставлю к твоему рту пакет. – Джоанна подчинилась. – Клэр не может быть жива. Ее похоронили. Все это тебе привиделось? – Рассел напряженно ждал ответ.

– Нет. Была поминальная служба. Бабушка увезла тело, чтобы похоронить ее во Франции.

Рассел наклонил голову и в глубокой задумчивости почесал затылок:

– Если она инсценировала свою смерть, тогда вопрос: как? И, естественно, зачем? – Он поднял голову. – И знала ли Ава?

– Не знала. Я видела ее лицо после смерти Клэр… И куда же ты намерен двигаться, а, Рассел?

Тот посмотрел на телефон, на подсвечник, на сигаретную пачку.

– Зачем ты стащила ее жакет? Она часто надевала его. – Провел рукой по ткани.

Джоанна кивнула:

– Я и не думала забирать его, он просто оказался у меня в руках.

Рассел поднял подсвечник, ухватившись за верхнюю часть.

– Надо сравнить этот с тем, что на фотографиях с места преступления. Конечно, не полноценная научная экспертиза, но…

– Мы знаем, что она в доме, поэтому нам надо выманить ее. Каким-то образом. Позвонить в газовую компанию и сказать, что там утечка. Устроить пожар… не знаю. – Она встала и заходила взад-вперед. – А может, просто взять и вломиться. Встретиться с ней лицом к лицу. Что нам терять?

– И…

– Потом выяснить личность той женщины, что была убита вместе с отцом Каллаханом. – Джоанна повернулась к Расселу. – В этом мы могли бы попросить помощи.

– Еще раз расскажи, что ты видела. Когда была в кладовке. Подробно.

– Кто-то поднялся по лестнице. Пробормотал merde – это «дерьмо» по-французски, – потом еще что-то, чего я не поняла. Затем повернулся – я увидела профиль. Это была Клэр. Я знаю, как она выглядит.

– Света не было, правильно? То есть ты увидела ее в темноте?

Джоанна кивнула.

– Было темно, и на ней было огромное пальто. Короткие темные волосы.

– А ты уверена, что это была не Мари? Ведь они похожи, даже при свете.

– Вряд ли. – Джоанна замотала головой. – Не пытайся смутить меня.

– Обе они одного роста, судя по тем фотографиям, что я видел. Одной конституции. У обеих темные волосы. И Мари постоянно наведывалась в дом. Жгла вещи. Я просто думаю, что ты ошиблась.

– Нет… – Ее взгляд остановился на фотографии.

Снимок был сделан с близкого расстояния. Ава лежала на спине, ее голова была чуть-чуть повернута к фотоаппарату. Глаза приоткрыты, взгляд мертвый. Шею и часть ее лица покрывала кровь. Одна рука откинута в сторону, и можно было разглядеть раны от борьбы на ладони. Даже на черно-белом зернистом снимке. Когда снимали, фотоаппарат располагался почти у самой земли – рядом с телом была видна хвоя.

– Думаю, это была Мари. В общем, нам нужно позвонить по тому номеру, узнать, кто ответит, и следить за домом. Рано или поздно ей придется выйти. – Рассел встал. – Мне приснилась Ава. Сон был таким реальным…

Джоанна перевела взгляд с фотографии на него.

– И что тебе приснилось?

– Та ночь перед ее исчезновением. Она сидела у меня на коленях. И говорила странные вещи. Например, «Ты почти на месте. Мы должны начать с дома Лойяла. Затем отправиться к Святому Франциску Сальскому. Он приведет тебя обратно к Клэр и Мари». После этого она сказала, что скоро умрет.

– Господи… – Джоанна прижала руку ко рту.

– Ава произнесла одну французскую фразу, а может, я ее сам придумал, потому что в ней нет смысла. Sentir le sapin, кажется. Я посмотрел в словаре. Она означает «почувствовать пихту». Сон был дико реальным, и я не знаю, воспоминание это или нет.

Джоанна внимательно выслушала его.

– То есть?

– А вдруг это мой мозг создал такие безумные вещи?

Глаза Джоанны увлажнились:

– А что, если нет? Что, если она знала…

– Еще Ава сказала, что позволила тебе выбрать меня. Что она типа все подстроила. Такое возможно? – Джоанна включила свой телефон и сосредоточенно изучала экран. – Что ты делаешь?

– Смотрю, – ответила она. Менее чем через минуту подняла голову. – Sentir le sapin – это идиома. В буквальном смысле означает «чувствовать пихту», потому что из пихты делают гробы. Она переводится как «недолго оставаться в этом мире» или «быть одной ногой в могиле». Рассел?

– Я все это не выдумал, – ошеломленно прошептал он. – Она втянула нас в это намеренно. Значит, и все остальное из сна – правда…

Джоанна почувствовала, что у нее опять пережимает горло, поэтому села и замерла.