Колыбельная для жертвы - Стюарт Макбрайд

Врезал пару раз ручкой трости по прилавку:

– Есть кто живой? Мистер Муджиб! Эгей!

Элис снова дернула меня за рукав:

– Пожалуйста…

Ах ты боже мой… Я склонился над прилавком, пока не уткнулся в него головой.

– Это же не кино. Иногда плохой парень уходит от погони.

Грубый голос с другой стороны:

– Чего надо?

Поднял голову – напротив стоял высокий худой мужчина. Седые волосы прилипли к вискам, кожа цвета свернувшегося йогурта, красное пятно на щеке. В углу левого глаза завивается лиловая линия, приличный фонарь будет.

– Где мистер Муджиб?

– Рак у него. Будете это брать или нет?

Я вздернул подбородок:

– У вас проблемы?

– У меня? Нет. И почему у меня должны быть проблемы? Просто меня еще раз обчистили, здорово, да? – Подсчитал сумму, при этом двигал губами. – А чертова полиция просто недоразумение, вам так не кажется? Как я могу вести бизнес, когда эти мерзавцы просто так приходят сюда и требуют деньги за крышу?

Протянул ему деньги, он шлепнул сдачу на прилавок:

– Этот чертов город – просто позор.

Я не мог с этим спорить.

Взяли покупки и вышли из магазина в предрассветную прохладу.

Элис молча тащилась по тротуару, прижимая к груди бекон, яйца и молоко.

– Ты прости меня, ладно? Я понимаю, что это… – Я замолк. – Она убила моего брата. Засунула меня в тюрьму. Она даже вот это все организовала. – Показал концом трости на ноющую ступню. – Если я буду болтаться здесь слишком долго, ей это наскучит, и она снова пришлет кого-нибудь за мной.

– А мы не можем, ну, я не знаю, арестовать ее или что-нибудь в вроде этого?

Я прохромал за угол, на Лэдберн-стрит.

– За ней Энди Инглис стоит, и ей не понравится, если ее будут слишком долго напрягать. А когда она выйдет из себя, то набросится на нас еще хуже, чем прежде.

В окнах квартиры горел свет, в единственной на всей улице. По всей видимости, больше никому не нужно было бодрствовать в семь часов утра во вторник.

Элис сунула мне бекон и яйца, чтобы достать ключи.

– А потом нам нужно будет найти что-нибудь, от чего она не отвертится. Что-нибудь серьезное, что потянет на приличный срок.

Боже ты мой, юношеская наивность.

Я кивнул:

– Да, идея неплохая.

А потом мы дружно сядем на своих единорогов и поскачем навстречу леденцовому закату.

Она стала подниматься по ступенькам, задержалась на первой площадке, чтобы дать мне отдышаться.

– Я понимаю, что неэтично подставлять кого бы то ни было на срок за убийство, но ведь должен быть кто-то на самом деле, с кем мы могли бы ее соединить, кто-то, кого она на самом деле прикончила?

Моя трость глухо стукала по каждой ступеньке, словно удары сбивающегося с ритма сердца.

– Ты иди вперед, поставь чайник. Я догоню.

– Молоко, два сахара, жду. – Улыбнулась, повернулась и поскакала вверх по ступеням, красные кеды исчезли на верхней площадке. Дверь квартиры загремела, когда ее открывали, а потом с грохотом захлопнулась.

Ффффух… Закрыл глаза. Прислонился лбом к стене.

О’кей, ей не очень понравится просто выйти из дела, ну а мне что прикажете делать, как, черт возьми, мне передвигаться по Олдкаслу, после того как я уложу миссис Керриган в мелкую могилку?

Может быть, кто-нибудь другой для этого подойдет?

Я снова стал взбираться по лестнице.

А это может сработать. Найти какого-нибудь забулдыгу, которого можно легко засунуть в тюрягу, и сделать так, чтобы нашлось достаточно улик, указывающих на него. Наркошу какого-нибудь или одного из ее дилеров?

Или ее конкурента?

Это лучше. В это можно поверить.

Последний пролет – и последний этаж.

Надо взять несколько имен у Хитрюги и приготовить кое-какие улики – отпечатки пальцев на пистолете, немного ДНК, немного волокон. А еще лучше, если его обнаружат мертвым на месте преступления.

Улыбка растянула мне щеки, я вошел в квартиру и запер за собой дверь.

Стянул с себя куртку, оставил ее в спальне. Вытащил из карманов масло, лепешки и фасоль. Взял все это, не забыв про хлеб.

Элис будет счастлива, миссис Керриган мертва, а я не при делах.

Просто великолепно…

В коридоре кто-то кашлянул, и я застыл. Повернулся. Выругался.

Напротив моей комнаты стоял мужчина, маленькие розовые глазки пялились на меня. Френсис.

Кивнул:

– Инспектор.

Черт…

– Френсис.

Он ткнул пальцем в сторону гостиной:

– Вас ждут.