Кровь ангелов - Майкл Маршалл Смит

— Здесь, — сказал я.

Джон вышел, открыл багажник и начал что-то оттуда доставать.

Я посмотрел в ту сторону, откуда мы прибыли.

— Тебя ничего не удивило, пока мы ехали?

— В общем-то, нет, — ответил он. — Если не считать того, что я не слишком расстроился, оставив позади этот город.

— Нас никто не останавливал.

Я снова позвонил Монро. У него не было ни времени, ни желания разговаривать, но я не отставал, пока он не понял, что я хочу сказать: если они считали, что перекрыли выезды из города, то явно ошибались. В конце концов он повесил трубку.

Зандт закрыл багажник. Через плечо у него висела длинная брезентовая сумка.

— Что там?

— Инструменты. Куда теперь?

Я направился в лес. Земля очень скоро превратилась в болото, еще более вязкое после вчерашнего дождя. Я не был слишком уверен в том, куда идти, но едва начал сомневаться, вдали мелькнула желтая лента. Мы подошли к тому месту, где через ручей были переброшены доски, ведшие на небольшой островок. Одна из досок сломалась, но мы перешли по ним без каких-либо происшествий.

Джон немного постоял, оглядываясь по сторонам.

— Рубашка висела вон там, — показал я.

Я подвел его к месту и развернул так, чтобы он видел то же самое, что я показывал другим позапрошлой ночью.

— Сейчас сложно представить всю картину целиком, но тогда все казалось достаточно ясным.

— Верю, — кивнул он. — На этих ветках?

— Да. Лицом в ту сторону.

Джон посмотрел на дальний конец полуострова. Все, что там можно было увидеть, — поднимающиеся по склону холма деревья, хотя чуть дальше они, казалось, становились реже.

— Что в той стороне?

— Кажется, кто-то говорил, какой-то маленький городок.

— Полицейские проверяли все возможные выходы с этого места?

— Думаю, да. Но, как я уже сказал, вчера я ничего об этом не слышал. И если они не сделали этого в ту, первую ночь, то вряд ли это уже случится. Все имеющиеся в их распоряжении силы сейчас заняты совсем другим. Серьезно, зачем мы здесь, Джон? Меня не волнует, каким образом мертвец попал на этот остров. Меня волнует, где сейчас Нина, и мне кажется, будто у меня под кожей бегают пауки.

— Я знаю. Но ты был прав. Рубашку повесили здесь не просто так. Убийца на что-то намекал. Но почему здесь?

Он снова направился туда, где был найден изуродованный труп. Большая часть площадки была расчищена от травы, земля осталась неровной в тех местах, где брали образцы почвы, тщетно пытаясь установить, где находился труп до этого.

Джон снял сумку с плеча и расстегнул молнию.

— И какова же твоя теория?

Он сунул в сумку руку и вытащил лопату.

— Джон, если мы что-то нарушим на месте преступления, нас посадят в тюрьму.

Он начал копать.

Земля была очень мягкой и через пятнадцать минут превратилась в сплошное месиво.

— Здорово, — констатировал я. — Итак, под слоем грязи ты не нашел ничего, кроме новой грязи. Все, я пошел. Это лишь пустая трата времени, и…

— И никто не знает, где Нина. — Он продолжал копать, словно машина. — Я это понимаю не хуже, чем ты, ясно? Сегодня я проделал немалый путь, и не только из-за тебя.

— Если это настолько хорошая мысль, то почему она не пришла в голову копам?

— Потому что у них для этого не было никаких причин.

— А у нас? Если бы земля выглядела хоть сколько-нибудь нарушенной, они бы все здесь перерыли. А раз они этого не сделали, значит, ничего такого тут не было.

Он выпрямился и, похоже, понял, что еще немного — и я уйду.

— Именно так и ведется расследование, — терпеливо объяснил он. — Делаешь все, что можешь, и надеешься, что рано или поздно придешь туда, куда нужно. Если тебе нужно идти — иди. Иначе — можешь либо стоять тут, сходя с ума над неразрешимой проблемой, либо взять еще одну лопату и помочь.

Его слова окончательно сбили меня с толку.

— У тебя что, есть еще одна лопата?

Он снова начал копать.

— Конечно.

— Зачем тебе две лопаты?

— У меня все в двух экземплярах, Уорд. У меня две лопаты, два фотоаппарата и по два пистолета каждой марки. У меня две карты и два ноутбука, не говоря уж о двух комплектах документов.

— Я спрашивал зачем, а не просил перечислять твое имущество.

— Потому что если ты один, то главное, чего ты себе не можешь позволить, — чтобы у тебя под рукой не оказалось нужного именно здесь и сейчас. Так что для надежности лучше иметь всего по два.

Весь его вид говорил о том, что он провел слишком много времени в пустой машине или сидя вечерами в молчаливых номерах дешевых мотелей, погруженный в собственные мрачные мысли. Я не слишком хорошо его знал, но очевидно было, что он стал другим, словно избавившись от всего, что мешало ему достичь цели, к которой он стремился. Джон напоминал патруль, состоящий из одного человека, одинокого наемника, не нужного никому, кроме самого себя.

— Тебе вовсе незачем было быть одному.

— Что ты делал последние полгода?

— Скрывался. В маленьком домике, неподалеку от того места, где мы видели тебя в последний раз.

— Нечто подобное я и предполагал. Тебе нужен был сосед, виновный в трех убийствах?

— Я думал, в двух.

— Помнишь Дравецкого, застройщика?

— С которым ты пошел на сделку в обмен на информацию о том, где может быть Пол?

— Никакой сделки не было. Это он так думал. А потом я за ним вернулся.

— И убил его.

— Он был очень плохим человеком.

— Не уверен, что в твоей нынешней ситуации ты имеешь право на подобные заявления.

— Думаю, имею. — Он остановился и посмотрел на меня. — Впрочем, три — тоже неправда. С тех пор было еще четыре.

— Господи, Джон, почему бы тебе просто не вступить в ряды «соломенных людей»? Думаю, сейчас ты для этого вполне подходишь, не так ли? Семь убийств? Приличное число.

— Эти люди сами были «соломенными». После того как я убрал Дравецкого, у меня осталась информация с его компьютера. Каждый из этих четверых был членом организации, к тому же крайне зловредным. Да, именно так — они были кровожадными безумцами, но при этом достаточно богатыми и могущественными для того, чтобы обходить любые законы. Так что я поступил так, как должен был поступить. И, скорее всего, сделаю это еще не раз.

— Надо полагать, сейчас они только и думают о том, как тебя прикончить.

— О чем я и говорил. Рядом с тобой я тебе вовсе ни к чему.