В чём дело, Полли? - Марьяна Иванова

– С самого рождения я был болен. Раз в несколько поколений в нашей семье кто-то обязательно рождается больным. В моей семье болезнь называют приступами психоза, так проще. Я же называл её вспышками. Надд, говорил, что это талант. «Семейное безумие» – так говорила Диана. А ты знаешь болезнь, как видения… Случается так, что я выпадаю из действительности и начинаю видеть странные вещи. Как тогда, когда из твоего зеркала вытекала вода. Я поэтому здесь. Спрятан от всего мира. Никто не спрашивал, какую жизнь я хочу прожить, от меня просто избавились. Диана часто говорила: «Ты не знаешь, что за мир за этими воротами». Я никогда не спорил. Ведь действительно не знаю… Слышала, что говорят про этот город? – Я покачала головой, боясь прервать его. – Что в нём запирали грешных и проклятых. Лес не позволял им покидать Сайленс Валлей. Лес как пропасть в другой мир. Оттуда лезут Тени. Вязкие и чёрные. Их надо запирать. Они всегда были заперты. Только вот… Я сумел вытянуть их. Ради Дианы. И из-за неё. И вот о чём я не перестаю думать: вдруг Люси Брекк и не лунатила вовсе? Может, в её смерти всё-таки виновен я? Я, наверное, их король. Но от короны у меня часто невыносимо болит голова… Не смотри так, ты сама хотела правду. Все жаждут правды и лишь ничтожное количество людей знает, что с ней делать…

Я взяла его за руку. Он дрожал как ребёнок. Несчастный Мишель – он и сам увяз в болоте, не хуже меня. Теперь мне было понятно, почему он стирает жизнь и смерть миссис Беккер – он стирает свою вину. Он думает, что она тоже умерла из-за него.

– Да, я не знаю, что делать с такой правдой. – Я сжала руку сильнее. – Но мы что-нибудь придумаем.

***

Когда все разбрелись по комнатам, я отправилась в кабинет и снова набрала номер Эммы Аддерли – на этот раз я справилась с телефоном быстрее. Гудки глухо ударили в ухо. После недолгого хрипения голос автоответчика сообщил, что вызываемый абонент отключил аппарат.

Я огорчённо вздохнула. Эмма, как ни крути, была мне слегка обязана, и я планировала попросить поискать информацию про гибель Люси Брекк и её мстительного отца. Но ещё больше хотела, чтобы Эмма поискала хоть какие-нибудь сведения о семье Мишеля – просто так поверить ему я не могу. Нужны доказательства. Я чувствовала, что упускаю что-то важное. Важное и лежащее на поверхности.

Но Эмма Аддерли – звено, соединяющее уединённый дом на краю света с реальным миром, не знакомым Мишелю – миром со свежими газетами, городскими пробками, интернет покупками, обедами в фаст-фуде, мобильной связью, попсовыми мелодиями из приёмника такси, очередями и распродажами в магазинах перед Рождеством – куда-то запропастилась и никак не хотела мне помочь.

Оставалось позвонить в офис кадрового агентства, где она работала. Трубку мгновенно взяла девушка с живым, совсем юным голосом:

– Офис «Бубу и ко», я вас слушаю, – важно произнесла она, сама, наверняка, думая, какой идиот назвал так кадровое агентство.

– Добрый день, – в Чикаго рабочий день был в самом разгаре, – я могу услышать Эмму Аддерли?

– Вы знаете добавочный номер?

– Нет. Обычно мы говорили по её личному телефону, но, наверное, с ним что-то случилось. Вы можете помочь мне найти её?

– Эм… – девушка замялась и начала разговаривать вполголоса. – Знаете, вообще-то, я только второй день сижу на звонках, понятия не имею, как тут всё устроено. Я должна была выучить все инструкции, но вчера приехала моя подруга, я её так давно… Простите, вам это не интересно. Подождёте, пока я позову того, кто сможет вам помочь?

– Да, конечно. – Я слышала, как она положила трубку на стол и отошла от рабочего места. На заднем фоне доносился гул работающего офиса. Она вернулась довольно быстро и, судя по тихому перешёптыванию, не одна. Дальше со мной говорил мужчина с сухим, надтреснутым голосом:

– Здравствуйте. Как вы сказали вас зовут?

– Полли Марш, я ищу Эмму Аддерли.

– Да, мисс Марш, мне сказали. Но, видите ли, в нашей компании нет человека с таким именем.

– Но как это возможно? Я заключила договор с вами, как раз через неё.

– Вы уверены? Я посмотрю в базе ваше имя.

Пока он молча стучал по клавиатуре, я продолжала говорить:

– Она направила меня в частный пансионат «Чёрная Лилия». У меня есть её номер и адрес электронной почты. Но телефон недоступен, а выхода в интернет у меня сейчас нет.

– Простите, мисс Марш, но я не нашёл вас в нашей базе. Я вижу, что вы и правда обращались к нам, но договор так и не заключили.

– Не понимаю…

– Мне бы очень не хотелось, чтобы это оказалось правдой, но есть небольшая вероятность, что ваша личная информация была кем-то украдена. К сожалению, такое иногда происходит. А что за пансионат вы говорите? Какой там адрес?

– Он не в Чикаго… Он намного…

– Правда? Тогда здесь действительно какая-то путаница – мы ведём сотрудничество в основном только в пределах Ривер Норта «Бубу и Ко» – это…

Я бросила трубку на середине этого предложения. Какая я дура! С чего бы маленькому, да ещё и выдуманному миссис Беккер пансионату, искать себе сотрудников в агентстве в другой стране?

Вопрос про Эмму Аддерли стал ещё острее: кто она такая и почему обманула меня? Зачем уговорила приехать сюда? Она была мила и казалась настоящим профессионалом. Я уже ничему не удивляюсь. Но всё же хочется понять, я действительно по собственной воле приехала сюда или меня подло заманили?

А как же остальные? Аня, Люси, брат Питера – как они нашли эту работу?

Я развалилась в кресле, запрокинув голову к потолку. С каждым днём я чувствовала себя всё паршивей, словно какая-то инфекция, пройдя инкубационный период, теперь всё сильнее подкашивала моё здоровье. И, должно быть, этот вирус – мощная штука, потому что единственное, что в моей жизни было как надо – так это моё здоровье. За своё детство я помню только один раз, когда я слегла с сильной температурой после того, как забыла в школе зонт и промокла под дождём. Надя говорила, что я высосала здоровье из матери и близнеца. Кто знает, может, в этих словах был смысл?

Но сейчас физически я была измотана так же сильно, как и морально. Я сделаю огромную ошибку, если позволю себе остаться здесь надолго. Бран сказал, что я уже слишком предана Мишелю, чтобы действовать против него. К сожалению, этот лохматый старик прав. Мне хочется помочь Мишелю. «Спасти»? Нет, лишь помочь. И как только наступит «самый конец», я покину это мрачное королевство и ни разу не обернусь.

Я потянулась, не вставая с кресла, и снова навалилась на спинку. Раньше не замечала, что это кресло такое комфортное. Да и мне всегда казалось, что оно со скрипучей кожаной обивкой. Откуда здесь взялись эти жёлтые подушечки и мягкие подлокотники? До чего же я стала рассеянная. Белую круглую люстру, которую я разглядывала всё это время, я раньше тоже не замечала. В гостиной Нади висела такая же. Как-то раз мы повздорили, и бабушка сняла с ноги тапочек и запустила его в меня. Получилось это у неё крайне неудачно: тапочек попал в люстру, та качнулась и стукнулась о потолок. Звон был такой, что я тогда подумала, люстра разбилась и вот-вот обрушится на ковёр дождём из осколков. Однако та уцелела, осталась только крупная вертикальная трещина. Точно такая же, что я наблюдала сейчас на люстре в кабинете Мишеля.