Зараза - Робин Кук

Джек сдержанно раскланялся с несколькими знакомыми парнями — этикет отношений в этом районе запрещал бурное проявление эмоций. Встав у загородки, Джек выждал нужное время и спросил, кто собирает команду. Собирал Дэвид. Надо было представиться ему.

— Ты собираешь команду? — как можно равнодушнее поинтересовался Джек.

— Ну да, я, — не менее лениво ответил Дэвид. Он сделал несколько обманных боксерских движений. На собственном горьком опыте Джек знал, что не следует их повторять.

— Ты набрал пятерку? — спросил Джек. Оказалось, что Дэвид уже сформировал команду, и Джеку пришлось начинать сначала, выясняя, кто еще набирает волонтеров. Следующим оказался Спит[1], прозванный так за свою не слишком приятную манеру общения. У Спита в команде осталось одно свободное место, и, учитывая, что Джек очень хорошо бросал по корзине издалека, грубиян Спит согласился взять его.

Застолбив себе место, Джек взял мяч и пошел разминаться к свободному щиту. Голова ныла, и слегка болела челюсть, но в целом Джек чувствовал себя лучше, чем можно было ожидать. Немного побегав, он убедился, что живот его совершенно не беспокоит.

Пока он бросал по корзине, на площадке появился Уоррен. Записавшись, как и Джек, в одну из команд, Уоррен подошел к Степлтону.

— Эй, док, что случилось? — спросил, подходя, Уоррен. Он ловко выхватил у Джека мяч и неуловимо быстрым движением направил его в корзину.

— Ничего особенного, — ответил Джек.

Вопрос Уоррена был просто формой приветствия.

Некоторое время они по очереди побросали мяч в корзину. Сначала бросал Уоррен — до первого промаха, что случалось с ним не слишком часто, потом Джек.

— Уоррен, я хочу задать тебе один вопрос, — начал Джек. — Ты когда-нибудь слышал о группировке «Черные короли»?

— Кажется, слышал, — ответил Уоррен. Он передал мяч Джеку, и тот элегантным броском положил его в корзину. — Это оторвы из Бауэри. А почему ты спрашиваешь?

— Простое любопытство, — ответил Джек. Он был сегодня в прекрасной форме и сделал еще один точный бросок по корзине.

Уоррен перехватил мяч, но не передал его Джеку, а вразвалку подошел вплотную к Степлтону.

— Что значит «любопытство»? — поинтересовался Уоррен, сверля Джека немигающим взглядом. — До сих пор ты не интересовался группировками.

Джек знал, что Уоррен дьявольски умен. Будь у него такая возможность, Уоррен стал бы прекрасным врачом, адвокатом или еще каким-нибудь высококлассным профессионалом.

— Я видел такую татуировку на предплечье у одного парня, — схитрил Джек.

— Тот парень был мертвец? — мгновенно среагировал Уоррен. Он знал о роде занятий Джека.

— Пока нет. — Джек редко позволял себе сарказм, общаясь с обитателями Гарлема, но сейчас привычная интонация сорвалась с губ совершенно непроизвольно.

Уоррен неодобрительно покосился на Джека, продолжая держать мяч.

— Ты что, хочешь подергать меня за веревочку, да? — угрожающе спросил он.

— Какое, к черту, — запротестовал Джек. — Я хоть и белый, но не такой дурак.

Уоррен широко улыбнулся.

— Интересно, кто это дал тебе в челюсть? — спросил он.

И это не ускользнуло от внимания Уоррена — он разгадал игру Джека.

— Нарвался, — ответил Джек. — Оказался в очень неудачном месте в неурочное время.

Уоррен несколько раз стукнул мячом о землю.

— Давай-ка разомнемся игрой один на один, — предложил он.

Уоррен вступил в игру раньше Джека, но потом подошла очередь и Степлтона. Игроки Спита казались непобедимыми, Джек играл с ними, и играл очень хорошо. В команде соперников Уоррен только скрипел зубами от досады — он не любил играть против орлов Спита. К шести часам Джек смертельно устал, его костюм пропитался потом.

Когда игроки стали расходиться — их ожидал ужин, а затем традиционная пирушка, — Джек был просто счастлив. Баскетбольная площадка опустела до следующего дня.

Долгий горячий душ после изнурительной игры оказался настоящим наслаждением. Переодевшись в чистую одежду, Степлтон заглянул в холодильник. Лучше бы он туда не заглядывал. Все его пиво вылакали «Черные короли». С едой дело тоже обстояло не лучшим образом — засохший кусок чеддера и пара яиц сомнительной свежести. Джек со вздохом закрыл холодильник. Собственно говоря, не очень-то он и голоден.

В гостиной Джек сел на свой жесткий диван и взял в руки медицинский журнал. Обычно он читал до девяти или половины десятого, а потом ложился спать. Но сегодня его одолело непонятное внутреннее беспокойство, сильно мешавшее сосредоточиться.

Джек отшвырнул журнал и тупо уставился а стенку. Как он одинок! Конечно, он был один почти каждый вечер, но сегодня, сейчас, почувствовал свое одиночество особенно остро. Вспомнив о Терезе, он подумал, что вчера она была с ним очень сердечна.

Джек резко спрыгнул с дивана, схватил со стола телефонный справочник и набрал номер агентства «Уиллоу и Хит». Степлтон не рассчитывал, что в столь поздний час кто-то сидит у телефона, но все же позвонил. После нескольких неудачных попыток он наконец сумел позвать к телефону Терезу.

С сильно бьющимся сердцем Джек рассеянным тоном сообщил Терезе, что в настоящий момент озабочен тем, чтобы найти что-нибудь поесть.

— Это приглашение? — поинтересовалась Тереза.

— Ну да, — поколебавшись, ответил Джек. — Может быть, мы поужинаем, если вы, конечно, еще не успели это сделать.

— Давно я не получала такого замысловатого приглашения, — рассмеялась Тереза, — пожалуй, с тех пор, как Марти Беркман пригласил меня в детский парк. Вы знаете, как он это сделал? Использовал сослагательное наклонение: что бы ты ответила, если бы я тебя пригласил?

— Наверное, между мной и Марти есть что-то общее.

— Едва ли, — возразила Тереза. — Марти был тощим коротышкой. Что касается ужина, то вынуждена отказаться. Я бы с удовольствием увиделась с вами, но... вы же знаете, что нас катастрофически поджимают сроки. Мы надеемся, что сегодня все закончим, а потом можно будет не спеша работать в обычном режиме. Я думаю, вы меня понимаете.

— Конечно, понимаю, — ответил Джек. — Все в порядке, нет проблем.

— Позвоните мне завтра, — предложила Тереза. — Может быть, днем мы с вами выпьем где-нибудь кофе или пообедаем.

Джек пообещал позвонить, пожелал Терезе удачи и повесил трубку. После неудачной попытки пообщаться с приятной женщиной одиночество навалилось на Джека с удесятеренной силой.

Удивляясь самому себе, Джек отыскал телефон Лори и набрал номер. Пытаясь прикрыть шуткой свою неуверенность, он сообщил мисс Монтгомери, что группа монахинь, с которыми у него была назначена встреча, внезапно отменила свой визит в Нью-Йорк.