Мутант - Робин Кук

– Виктор, куда ты меня ведешь? – Маша замедлила шаг.

– Мы уже почти пришли, – ответил Виктор, увлекая ее за собой.

Когда они подошли к зияющему отверстию входа в часовую башню, Маша опять остановилась.

– Надеюсь, ты не собираешься вести меня внутрь?

Она откинулась назад и взглянула на парящую в небе башню. Быстро летящие облака вызвали у нее головокружение. Она посмотрела вдаль.

– Пожалуйста, – сказал Виктор. – Виктор-младший здесь. Ты приятно удивишься, поверь мне.

Маша перевела взгляд с возбужденного лица мужа на темноту, вырывавшуюся из отверстия здания, потом опять посмотрела на Виктора. Его глаза светились нетерпеливым ожиданием.

– Это просто сумасшествие, – вздохнула она и неохотно двинулась вперед. Их окутал мрак.

Виктор поддерживал Машу за локоть, ведя ее через захламленное помещение.

– Ну вот, мы почти уже пришли.

Глаза Маши немного привыкли к темноте. Слева от нее находились оконные проемы, через которые в помещение проникал грохот водопада и тусклый свет, отраженный от поверхности пруда. Вдруг Виктор отпустил Машину руку и, нагнувшись, постучал в пол. К ее удивлению, часть пола поднялась и оттуда хлынул свет.

– Мама. – Перед ней стоял Виктор-младший. – Заходи быстрее.

Маша стала осторожно спускаться по лестнице. Виктор последовал за ней, а Виктор-младший опустил крышку люка. Маша огляделась по сторонам. Помещение напоминало декорации для научно-фантастического фильма. Сочетание ржавых зубчатых передач, огромного колеса и гранитных стен с новейшим оборудованием было неожиданным. Она кивнула Филипу и охранникам «Кимеры», но, кроме Филипа, на ее приветствие никто не ответил. Она обратила внимание на человека с неподвижным веком.

– Признайся, что ты в своей жизни не видела ничего более удивительного, – сказал Виктор, подходя к ней. Было видно, что он очень взволнован.

– Что это?

– Лаборатория нашего сына, – ответил Виктор. Он рассказал ей о лаборатории, не забыв упомянуть и то, как она была создана. Он даже рассказал об имплантационном протеине и о последствиях, которые это открытие означало для науки.

– Так что теперь у тебя есть кое-какое представление о том, почему Виктор не был таким общительным, как тебе бы хотелось, – заключил он. – Он находился здесь, работал вовсю! – Виктор, посмеиваясь, обвел глазами помещение.

Маша взглянула на сына, тот настороженно смотрел на нее, ожидая ее реакции. Рядом с ним находился какой-то сложный прибор. Маша и представления не имела, что это могло быть.

– Откуда все это оборудование? – поинтересовалась она.

– Это самое интересное, – ответил Виктор. – Это все принадлежит «Кимере».

– А как оно сюда попало?

– Думаю... – начал было Виктор, но затем запнулся. Он посмотрел на сына. – Как ты заполучил все это?

– Некоторые люди помогли, – сказал Виктор-младший неопределенно. – Филип все это приносил сюда. Кое-какие вещи пришлось разбирать, а потом здесь снова собирать. Мы воспользовались старой системой тоннелей.

– А Гефардт не был ли одним из тех, кто помогал? – с подозрением спросил Виктор.

– Да, и он тоже, – признался Виктор-младший.

– А почему такой человек, как Гефардт, вдруг решил помочь тебе с оборудованием? – спросила Маша.

– Он решил, что это будет разумно, – загадочно сказал Виктор-младший. – Я некоторое время поработал с компьютером «Кимеры» и обнаружил, что кое-кто присваивает себе имущество фирмы. Получив эту информацию, я попросил этих людей о помощи. Конечно, никто из них не знал, что этим занимались и их коллеги и что именно они делали. Так что все проходило тихо и спокойно. Но самое главное то, что это оборудование принадлежит фирме. Ничего не было украдено. Все здесь.

– Я бы назвала это шантажом, – нахмурилась Маша.

– Я никому не угрожал. Я просто дал понять, что кое-что знаю, а потом попросил об одолжении.

– Можно сказать, что Виктор-младший умеет использовать ситуацию. – Виктор похлопал сына по плечу. – Мне нужен список этих людей.

– Извини, – произнес мальчик, – но у нас с этими людьми есть некоторые договоренности. Кроме того, человек, принесший наибольший вред фирме, доктор Гефардт, уже разоблачен. Ирония заключается в том, что он думал, что за этими разоблачениями стою я. – Мальчик засмеялся.

Внезапно Виктор понял.

– Значит, – сказал он, – когда Гефардт кинул кирпич и убил бедную Кису, он адресовал свои послания тебе?

Виктор-младший кивнул.

– Он просто дурак.

– Я хочу уйти отсюда, – неожиданно заявила Маша, удивив своим высказыванием обоих Викторов.

– Но здесь есть еще что посмотреть, – заметил Виктор.

– Несомненно. Но я уже насмотрелась. Я хочу уйти. – Она взглянула на мужа и сына, затем еще раз оглядела помещение. Ей было неуютно здесь, это место пугало.

– Вот там есть и жилое помещение, – сказал Виктор, указывая в конец комнаты.

Маша не обратила внимания на его слова. Она подошла к лестнице и стала подниматься.

– Я же тебе говорил, не следовало ей сообщать, – шепнул Виктор-младший отцу.

Виктор, положив руку ему на плечо, прошептал:

– Не беспокойся, я позабочусь об этом. – Затем он крикнул Маше: – Подожди, я иду с тобой.

Толкнув крышку люка, Маша вылезла из подвала и, спотыкаясь в темноте о кучи мусора, добрела до выхода. На воздухе ей стало легче.

– Маша, ради Бога, – крикнул Виктор, догоняя ее, – куда ты направляешься?

– Домой.

Она продолжала идти вперед. Но Виктор опять догнал ее.

– Почему ты не хочешь остаться?

Маша, не отвечая, ускорила шаг. Теперь они почти бежали. Добравшись до машины, она открыла дверь и села. Виктор сел рядом.

– Ты что, не хочешь со мной разговаривать? – спросил он раздраженно.

Маша молча смотрела прямо перед собой. Всю дорогу они ехали в напряженной тишине.

Дома Маша налила себе стакан вина.

– Послушай, – начал Виктор, прерывая затянувшееся молчание. – Почему ты так себя ведешь? Я думал, ты обрадуешься, ведь ты так волновалась по поводу Виктора, по поводу возможного падения интеллекта. Теперь совершенно ясно, что у него дела обстоят прекрасно. Он так же умен, как и всегда.

– В этом-то все и дело, – вспылила Маша. – Его интеллект, как всегда, на высоте, и это-то меня и пугает. Судя по его лаборатории, он просто гений, ты согласен?

– Абсолютно. Разве это плохо?

– Да. Если он по-прежнему гений, тогда тот случай с падением интеллекта – просто театр. Он притворялся все это время. Он был достаточно умен, чтобы подделать результаты теста, кроме шкалы ценностей. Виктор, вся его жизнь с нами – это притворство. Одна большая ложь.