Человек Без Лица - Альфред Бестер

Он поднес ее к окну, сорвал гардины, с грохотом высадил пинком оконный переплет. Бархатная тьма укутала город. Только вдоль улиц и воздушных трасс мерцали огоньки да по временам из черноты выпрыгивали багровые глаза какого-нибудь прыгуна. Дождь перестал, и тонкий бледный месяц повис на небосводе. Сквозь приторный запах разлитых по полу духов в комнату ворвался ночной ветер.

– Эй вы там! – крикнул Рич. – Слышите меня? Вы… спящие и видящие сны. Теперь уж вам другие сны будут сниться – мои сны. Теперь…

Внезапно он замолчал. Он разжал руки. Даффи выскользнула из его рун и встала с ним рядом. Ухватившись за края оконного проема, он высунулся как можно дальше в темноту и, задрав голову, посмотрел вверх. Когда он снова втянул голову в комнату, его лицо выражало растерянность.

– Звезды, – запинаясь, выговорил он. – Куда исчезли звезды?

– Что исчезло? – удивилась Даффи.

– Звезды, – повторил Рич. Он боязливо указал рукой на небо. – Звезды куда-то девались. Все до одной.

Даффи с любопытством посмотрела на него.

– Что, ты говоришь, пропало?

– Звезды! – крикнул он. – Взгляни на небо. Там совсем нет звезд. И созвездия исчезли. Большая и Малая Медведицы. Кассиопея. Дракон. Пегас. Все куда-то подевались! Только месяц торчит! Гляди!

– Все так же, как всегда, – сказала Даффи.

– Нет, не так же! А где звезды?

– Какие звезды?

– Я не знаю, как они называются… Полярная звезда и… Вега… и… кой дьявол их упомнит? Я не астроном. Но что произошло? Что случилось со звездами?

– А что такое звезды? – спросила Даффи.

Рич схватил ее за плечи и со злостью встряхнул.

– Это солнца. Кипящие, сверкающие светом солнца. Их тысячи… миллионы сияют в ночи. Что с тобой? Как ты не понимаешь? В космосе катастрофа. Исчезли звезды!

Даффи покачала головой. Она смотрела на него с ужасом.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Бен. Я не понимаю, о чем ты говорить.

Он оттолкнул ее, выбежал из комнаты, бросился в ванную и заперся там. Он наспех принял душ и начал одеваться. Даффи, которая все время колотила в дверь и уговаривала его не глупить, вдруг замолчала. Он услышал, как она, понизив голос, говорит с кем-то в Кингстонском госпитале.

– Пусть расскажет им про звезды, – пробурчал Рич, чувствуя, как в нем поднимаются злость и ужас.

Закончив туалет, он вышел. Даффи поспешно отключила «видео» и повернулась к нему.

– Бен… – начала она.

– Жди меня здесь, – сказал он резко. – Пока я не узнаю.

– О чем ты хочешь узнавать?

– О звездах! – гаркнул он. – Из царства бога всемогущего исчезли звезды!

Он выскочил на лестничную площадку и торопливо сбежал вниз. На пустынном тротуаре он приостановился и снова посмотрел на небо. Луна была. Кроме луны, сверкала еще одинокая красная точка – Марс. И еще одна – Юпитер. И больше ничего. Чернота. Чернота. Чернота. Непроглядная, зловещая, пугающая чернота нависла над его головой, и казалось, что она жмет на него, давит, мешает вздохнуть.

Продолжая глядеть вверх, он побежал. Сворачивая за угол, он налетел на какую-то женщину, и та упала. Он помог ей встать.

– Дурак безглазый! – взвизгнула она, отряхивая и приводя в порядок украшавшие ее перья. Потом вдруг вкрадчиво:

– Скучаем, капитан?

Рич взял ее за руку. Он указал на небо.

– Посмотри. Звезды исчезли. Ты ведь заметила? Звезд нет.

– Чего нет?

– Звезд. А ты разве не видишь? Исчезли звезды.

– Я не пойму, про чего такое ты говоришь, капитан. Айда ко мне! Уж у меня погуляем!

Он вырвался из ее цепких лап и убежал. Через полквартала он увидел нишу с видеофоном-автоматом. Рич вошел и набрал номер справочного. Экран осветился, и голос робота сказал:

– Спрашивайте.

– Что случилось со звездами? – спросил Рич. – Когда это случилось? Их исчезновение, наверное, уже заметили. Чем его можно объяснить?

Щелчок, пауза, затем еще щелчок.

– Повторите, пожалуйста, слово по буквам.

– Звезда! – заорал Рич. – З-В-Е-З-Д-А. Звезда!

Щелчок, пауза, щелчок.

– Имя существительное или наречие?

– Существительное, черт бы вас побрал!

Щелчок, пауза, щелчок.

– У нас нет информации под названной вами рубрикой, – сообщил записанный на пленку голос.

Рич выругался, но тут же усилием воли взял себя в руки.

– Где находится ближайшая к городу обсерватория?

– Будьте любезны сообщить, о каком городе идет речь.

– Об этом. О Нью-Йорке.

Щелчок, пауза, щелчок.

– Лунная обсерватория Кротонского парка находится в тридцати милях к северу от города. Вы можете доезжать туда рейсовым прыгуном. Северная координата 227. Лунная обсерватория была основана в две тысячи…

Рич со злостью отключил видеофон.

– Нет информации под этой рубрикой. Ну-ну! С ума, что ли, они сошли?

Он помчался по улице в поисках рейсового прыгуна. Завидев аэротакси, Рич помахал рукой, и машина к нему спикировала.

– Северная координата двести двадцать семь, – отрывисто бросил он, входя в кабину. – Тридцать миль от города. Обсерватория.

– Плата за рейс по повышенному тарифу, – сказал шофер.

– Согласен. Ну, скорей!

Машина взмыла в воздух. Минут пять Рич сдерживался, но наконец не вытерпел и с напускной небрежностью сказал:

– Вы обратили внимание на небо?

– А что такое, мистер?

– Звезды исчезли.

Водитель выдавил из себя вежливый смешок.

– Я и не думал шутить, – сказал Рич. – Действительно исчезли звезды.

– А не шутите, так говорите поясней, – сказал шофер. – Что это еще за чертовщина – звезды?

Рич позеленел от ярости, но не успел он рта раскрыть, как так и пошло на посадку и приземлилось неподалеку от здания под куполообразной крышей. Сердито бросив: «Подождите меня», Рич побежал через газон к низкому каменному портику.

Дверь была приоткрыта. Он вошел в обсерваторию и услышал тихий скрип поворотного механизма, вращающего купол, и негромкое тиканье часов. В обсерватории было темно, только светился циферблат часов. Работал двенадцатидюймовый рефрактор. Рич смутно различил фигуру наблюдателя, склонившегося над окуляром телескопа. Взвинченный и напряженный, нервно вздрагивая от слишком громкого звука собственных шагов, Рич направился к этому человеку через полутемный прохладный вал.