Ты  - Кэролайн Кепнес

«Что может быть романтичнее ночного снегопада? #безмятежность #любовь».

И нет никакого логического, технологического или романтического объяснения тому, что ты до сих пор не написала или не позвонила мне после возвращения из ЛК. Вот уже двадцать три минуты и тринадцать дней, как Пич исчезла с горизонта. Ты не переписываешься с парнями, кроме как по учебе, и не пишешь подругам об амурных делах. Зато пишешь о парнях. Вообще. Последний твой рассказ был о девушке (то есть о тебе), которая на приеме у гинеколога узнает, что в ней застрял чей-то пенис. Придя домой, она составляет список бывших – очень длинный (это, конечно, художественное преувеличение) – и принимается их обзванивать. У всех всё на месте. Тогда она решает, что пенис принадлежит последнему парню, единственному, кому она не звонила, у которого есть жена и дети. Однако отдавать пропажу она не собирается – наоборот, хочет, чтобы парень бросил жену и пришел к ней. Прочитав этот опус, Блайт написала: «В рассказе нет ни кульминации, ни смысла. Не думаю, что он основан на реальных событиях, но если вдруг да, лучше отложить его в далекий ящик и подождать, пока эмоции поутихнут».

Я беспокоюсь. После возвращения из ЛК ты стала посещать доктора Ники два раза в неделю. Да еще и сочинила недвусмысленный рассказ о сексе с женатым. У меня просто не было выбора. Я позвонил и записался к нему на прием, чтобы выяснить правду. И кстати, не я один беспокоюсь.

Чана: «Ты же совсем недавно ходила на терапию. Теперь снова? Откуда деньги?»

Ты: «Поменялись приоритеты. Никакой выпивки и шопинга, только литература, дневник и саморазвитие».

Чана: «Ладно, Бек. Но помни! Доктор Ники – это… доктор Ники».

Сегодня прием, и у меня хорошее предчувствие. Поднимаюсь на двенадцатый этаж, пересекаю коридор и вхожу в приемную. Дверь, как и обещал доктор, открыта. Я немного раньше, будет время повторить легенду.

Имя: Дэн Фокс (сын Полы Фокс и Дэна Брауна).

Профессия: управляющий кофейней.

Проблема: обсессивно-компульсивное расстройство.

Я прочитал кучу литературы по данному заболеванию, так что тут я спокоен. На всякий случай в качестве резерва припас еще рак, как у Джозефа Гордона-Левитта в фильме «Жизнь прекрасна».

Настроение отличное. В приемной уютно: нежно-голубые стены, нежно-голубой диван. И адрес чудесный – Верхний Вест-Сайд. Все как я люблю. Эллиот в «Ханне и ее сестрах» тоже посещал психотерапевта. Кто знает, возможно, между тобой и доктором Ники ничего нет, и он просто хороший специалист… За две недели под грамотным руководством можно многое в себе раскопать.

Он даже дал тебе домашнее задание – каждый день писать самой себе письма. И ты пока не отлыниваешь.

«Милая Бек, ты парней либо отталкиваешь, либо притягиваешь. Признайся себе. Прими. И постарайся исправить. С любовью, Бек».

«Милая Бек, если парень тебе нравится, ты сначала изо всех сил стараешься его зацепить, а когда это удается, теряешь интерес. Ходишь без лифчика, чтобы все пялились на твои соски. Надень лифчик. Ники следит за тобой. Это хорошо. Не забывайся! С любовью, Бек».

«Милая Бек, близость тебя пугает. Чего ты боишься? Получаешь удовольствие, только когда надеваешь на себя маску. Почему не можешь быть собой? Ники знает тебя и принимает такой, какая есть. И другие будут. С любовью, Бек».

«Милая Бек, ты думаешь, что не сможешь найти настоящую любовь, пока не переборешь комплекс Электры. Но вдруг для того, чтобы его перебороть, и надо как следует влюбиться? Ники прав. Без любви нет роста. Откладывая ее, ты не даешь себе расти. С любовью, Бек».

«Милая Бек, не твоя вина, что ты родилась на острове. Не твоя вина, что все парни бросали тебя с наступлением осени. Ты – не курортная интрижка. Ты – приют. С любовью, Бек».

«Милая Бек, твой отец – тот, кто должен был оставаться рядом независимо от смены сезонов – тебя бросил. Неудивительно, что теперь ты ищешь в мужчинах отцовскую фигуру. С любовью, Бек».

«Милая Бек, не будь себе врагом – не цепляйся за парней, которым ты не нужна. Стань себе другом – научись любить парней, которые тебя любят. И помни: никто не идеален. С любовью, Бек».

Эти письма стали моим спасением. Я понял, что ты бросила меня не из-за секса, а из-за собственных проблем. Так что, возможно, через месяц или раньше, когда я погружусь в терапию и тоже буду писать себе письма, ты позвонишь и воскресное утро мы встретим в одной постели. И вместе прочтем письма друг друга.

Дверь в кабинет распахивается. Воздух наполняется запахом огурцов. На пороге доктор. Да, такого я не ожидал!

– Дэн Фокс?

Выдавливаю из себя приветствие и пожимаю ему руку. Захожу в бежевый кабинет и опускаюсь на кушетку. Черт, Бек! Доктор Ники Анжвин непозволительно молод и симпатичен. Я думал, ему за пятьдесят, а ему едва за сорок. По стенам развешаны в рамках классические рок-альбомы: «Роллинг стоунз», «Брэд», «Лед зеппелин». Доктор просит прощения за задержку и утыкается в свой компьютер. Я только киваю и никак не пойму, итальянец он или еврей. На ногах кеды – все ясно, молодится. Волосы тщательно прилизаны гелем, пронзительные голубые глаза будто полны слез – не человек, а эталон сдержанности и самообладания. Заканчивает щелкать мышкой и расслабляется в кожаном кресле. Показывает на кувшин с водой, в которой плавают кусочки огурцов. Вот откуда запах!

– Стакан воды? – предлагает он.

– Конечно.

Делаю глоток. Черт, Бек! Изумительно вкусно.

– Хочу предупредить сразу. Я помечаю кое-что в записной книжке по ходу консультации, но очень немногое. Предпочитаю хранить все тут.

Стучит пальцем по лбу и улыбается. Такая ухмылка бывает либо у серийных убийц, либо у добрейших людей в мире – среднего не дано. Неудивительно, что он работает психотерапевтом. Разбирая чужие фобии и извращения, уходит от своих. Когда он улыбается, становятся видны его химически отбеленные зубы, совершенно не вяжущиеся с напряженным грустным лицом.

– Итак, Дэн Фокс, давайте посмотрим, что за хрень с вами творится.

С ним исключительно легко говорить. Я ожидал, что будет как на приеме у врача, а оказалось больше похоже на болтовню с приятелем в курилке. Он интересуется, откуда шрамы, я рассказываю про аварию по пути на лыжную прогулку (поездка в ЛК) и про нападение грабителей после работы (Кёртис со своими корешами). Потом он переходит к личным вопросам:

– Дэн, у вас есть девушка?

– Да, – отвечаю я (девушка у меня вполне может быть, тут нет ничего подозрительного), но добавляю, что проблема не в ней (она потрясающая). Сообщаю о своем обсессивно-компульсивном расстройстве.

– Какая у вас обсессия?

Я неплохо разбираюсь в психологии, Бек, и знаю: для того, чтобы втереться к человеку в доверие, надо найти общее.

– Это прозвучит странно, но все ваши альбомы… Понимаете, я очень удивился, когда их увидел, потому что сам повернут на «Ханидрипперс». Вернее, на одном их клипе.