Проклятая игра - Клайв Баркер

После исследования залитой потоками света поверхности участка, Марти так и не обнаружив Уайтхеда, поднялся наверх. Настало время нарушить указание Уайтхеда и поискать старика на запретной территории. Дверь в комнату в конце верхнего коридора за спальнями Кэрис и Уайтхеда была закрыта. Стиснув зубы, Марти подошел к ней и постучал.

– Сэр?

Поначалу внутри не было ни звука. Затем послышался голос Уайтхеда, слабый, словно он только что проснулся.

– Кто это?

– Штраусс, сэр.

– Входи.

Марти мягко толкнул дверь, и она отворилась.

Когда он воображал интерьер комнаты, то это всегда была сокровищница. Но правда была абсолютно противоположной. Комната была спартанской – ее белые стены и скудная обстановка производили холодное впечатление. Здесь была единственная драгоценность. У одной голой стены стоял алтарь – его роскошь была явно неуместна для столь строгого жилища. Центральная створка изображала величественно садистское распятие – золото и кровь.

Хозяин комнаты сидел одетый в роскошный домашний халат в дальнем углу комнаты за большим столом. В его взгляде, который он бросил на Марти, не было ни приветствия, ни обвинения, его тело располагалось в кресле, как мешок.

– Не стой в дверях, парень. Входи.

Марти закрыл за собой дверь.

– Я знаю, сэр, вы говорили мне никогда не подниматься сюда. Но я боялся, что с вами что-то случилось.

– Я жив, – сказал Уайтхед, поднимая руки. – Все в порядке.

– Собаки... мертвы.

– Я знаю. Садись.

Он указал на пустой стул, стаявший у стола напротив него.

– Мне вызвать полицию?

– Нет нужды.

– Они все еще могут быть рядом.

Уайтхед качнул головой.

– Они ушли. Сядь, Мартин. Налей себе стакан вина. У тебя такой вид, словно ты хорошо побегал.

Марти выдвинул стул, который стоял под столом, и сел. Неприкрытая лампа, горевшая в середине комнаты, отбрасывала трепещущий свет. Тяжелые тени, мертвенно бледный свет – представление привидений.

– Положи пистолет. Он тебе не понадобится.

Марти положил оружие на стол рядом с тарелкой, на которой было всего несколько тончайших кусков мяса. За тарелкой стояла ваза с клубникой, частично опустошенная, и стакан воды. Все говорило о небрежности ужина: мясо, нарезанное почти на прозрачные ломтики, – непропеченное и влажное, хаотичное расположение чашек и вазы. Но всем этом чувствовалась какая-то закономерность, так возникало чувство сверхъестественной, случайной красоты. Между Марти и Уайтхедом в воздухе вяло плавали пылинки, поднимаясь от стола к голой лампочке под потолком.

– Попробуй мясо, Марти.

– Я не голоден.

– Оно восхитительно. Его купили мои гости.

– Так вы знаете кто они?

– Да, конечно. Теперь садись.

Неохотно Марти подцепил с тарелки тонкий кусочек и попробовал его. Мясо растаяло на языке – у него действительно был изысканный вкус и оно возбуждало аппетит.

– Доешь, – предложил Уайтхед.

Марти последовал его совету. От ночных происшествий у него разыгрался аппетит. Уайтхед налил ему бокал красного вина, он немедленно осушил его.

– Не сомневаюсь, твоя голова полна вопросов, – сказал Уайтхед. Пожалуйста, спрашивай. Я постараюсь ответить.

– Кто они?

– Друзья.

– Но они пришли как убийцы.

– А разве не бывает такого, когда друзья, со временем, могут статьубийцами? – Марти был не готов к такому частному парадоксу. – Один из них сидел там, где сейчас сидишь ты.

– Как я могу быть вашим телохранителем, если я не отличаю ваших друзей от врагов?

Уайтхед помолчал, затем жестко взглянул на Марти.

– А тебе не все равно? – спросил он.

– Вы были добры ко мне, – ответил Марти, шокированный вопросом. – За какого же бессердечного ублюдка вы меня принимаете?

– Боже мой... – Уайтхед покачал головой. – Марти...

– Объясните мне.Я хочу помочь.

– Что объяснить?

– Как можете вы приглашать человека, который хочет убить вас, обедать с вами?

Уайтхед разглядывал пылинки, вьющиеся в столбе света между ними. Он или считал вопрос не заслуживающим внимания, или просто не находил ответа.

– Ты хочешь помочь мне? – наконец спросил он. – Тогда похорони собак.

– Это все, на что я гожусь?

– Может быть, придет время...

– Вы всегда так говорите, – вставая, сказал Марти. Он больше не собирался получать ответы – все было слишком очевидно. Просто мясо и хорошее вино. Но сегодня этого было недостаточно.