Дольмен - Николь Жамэ

Они медленно спускались ко дну, но вскоре Мари начала задыхаться и вынырнула: она стала жертвой очередного кошмара, которые преследовали ее после возвращения на остров. Мари била ногами по воде и царапала Ферсена, пытавшегося помешать ей всплыть. Вынырнув, она стала жадно хватать ртом воздух, который еще оставался в гроте. Ферсену поневоле пришлось сделать то же самое.

– Не хочу умирать! – выкрикнула она с отчаянием. – Не так! Не сейчас!

Позже она вспоминала, что именно брат подсказал ей, где выход.

В тот миг взгляд Мари упал на скалу, освещенную лучом фонарика, который оставил в нише противоположной стены Люка. Неужели у нее начались галлюцинации?

Люка увидел, что она принялась яростно скрести рукой скалу, и собирался уже ее остановить, но вдруг заметил, что часть свода стала крошиться под ее пальцами. Мари упорно продолжала скрести, хотя сверху на нее падали куски породы, и не успокоилась до тех пор, пока не освободила ржавый перочинный ножичек с перламутровой рукояткой.

– С неба он сюда свалиться не мог!

Окрыленный надеждой Люка схватил упавший с потолка кусок породы, и он рассыпался в его руке.

– Цемент! – воскликнул он. – Значит, за ним что-то есть!

Объединив усилия, они вскоре расчистили вход в туннель, приблизительно в метр диаметром. Люка, просунув туда фонарик, осветил длинный лаз, конца которому не было видно. Не вел ли он в тупик? Но что они теряли? Вода доходила им уже до подбородков.

Люка помог Мари залезть в туннель и взобрался сам, оставив грот, который уже затопило полностью. Туннель полого поднимался вверх.

Они проползли около двадцати метров, когда лаз вдруг расширился, позволив им распрямить спины и отряхнуть хрустевшую от каменной пыли одежду. Еще до того как включить фонарик, Мари уже знала, куда они попали. Раскатистое эхо повторило ее громкий возглас.

Они находились в просторной круглой полости природного происхождения примерно десяти метров диаметром, в незапамятные времена проделанной морем внутри скалы. В центре стоял примитивный алтарь, грубо высеченный из гранита, наподобие того, что был в дольмене Ти Керна.

– Кельтское святилище, – восхищенно сказала Мари. – Этот грот – сохранившийся в первозданном состоянии языческий храм, место отправления культа. Друиды совершали здесь таинственные обряды, общаясь с душами умерших. – Она обратила сияющий взгляд на специалиста по ритуальным преступлениям. – Одного не могу понять – почему его до сих пор не обнаружили?

– А я не могу понять, как мы отсюда выберемся, – буркнул тот, оставаясь прагматиком.

Осмотрев свод и стены, Люка заметил те же знаки, что были высечены на менгирах.

– Символы, – проговорил он. – Птица, краб, рыба… – Сделав круговое движение рукой, он нахмурился. – Все здесь, кроме одного.

Последний знак Мари нашла на плоском камне алтаря. Кружок, от которого в стороны отходили короткие черточки, наподобие солнышка. Она обвела глазами пять символов, начертанных на круглой стене, и шестой посередине алтаря. Лоб ее перерезала морщинка: это все ей что-то напоминало.

– Круглый камень, удерживавший фату! – вдруг воскликнула она. – Пять знаков располагались по окружности, а шестой, – добавила она, показывая на «солнышко», – находился в центре. И вряд ли это случайность.

– Допустим. Но где все-таки выход?

– Его может не быть вовсе.

– Не верится, что друиды были настолько глупы! Забраться в грот, пройти туннель, поговорить с душами умерших и потом проделать обратный путь? – Мари молчала. Ферсен продолжил: – Мы сейчас метрах в четырех-пяти от поверхности. Нетрудно предположить, что под Ти Керном. Значит, мне не показалось: я действительно слышал ваш голос. Полость пещеры вызвала резонанс, следовательно, имеется выход.

– Если так, мы должны увидеть где-нибудь просвет, верно?

И в тот самый миг, когда она произнесла слово «просвет», в ее мозгу что-то замкнулось.

«Из каменного сердца брызнет кровь и прольется свет».

Свет. Солнце.

– Мы предположили, что «свет» – синоним «истины», но, возможно, это было тайное послание, – осмелилась высказать она гипотезу.

Люка посмотрел на нее с сомнением:

– Послание?

– Раскрывающее устройство тайного механизма, который позволяет выйти наружу. Механизма, расположенного в сердце камня – в его середине. Как, например, этот знак. – И, подтверждая слово делом, она нажала пальцами на «солнышко». Серединка его углубилась. Мари обратила на Ферсена торжествующий взгляд: – Что скажете?

– Восхищен результатом, – насмешливо произнес он и расхохотался.

Смех его смолк, когда раздался легкий щелчок, будто перевели затвор пистолета. Стены круглого зала дрогнули.

– Боже, неужели история повторяется?!

Люка замер. На его глазах произошло невероятное: часть стены сдвинулась и сверху хлынул поток света, прямо на солнышко, изображенное на алтаре.

И снова все стихло. Они как зачарованные смотрели на высеченные в скале узенькие ступеньки, которые вели к поверхности.

Мари взобралась по ним первой, осознавая, что, возможно, она повторяет путь далеких предков и переживает один из редких моментов, выпадающих на долю ее современников.

Вскоре они уже были под дольменом Ти Керна. Первой Мари разглядела и знак солнца на покрытой мхом внутренней стороне плиты. Им приводился в действие тот же механизм. Она надавила на него пальцем, и проход закрылся.

С видом победительницы она посмотрела на Ферсена, который предпочел благоразумное молчание.

– Теперь мы знаем, как убийца попадал в Ти Керн, и его не могли засечь ни охрана, ни аппаратура. Достаточно было затаиться в склепе.

Люка поморщился:

– Стыдно сознавать, что я побывал под дольменом и не заметил символа.

– Когда угрожает смертельная опасность, думаешь только о главном.

Главное.

Их взгляды встретились, оба вспомнили прощальный разговор в гроте, когда их жизни висели на волоске. И вдруг рассмеялись звонким смехом, означавшим освобождение.

И тут как снег на голову свалился Морино, у которого их веселость вызвала глубочайший гнев.

– Я вас разыскивал несколько часов! У меня есть новость, а вы… вы… – Старшего сержанта переполняло возмущение, но, увидев, что они промокли и все в грязи, он поинтересовался: – Откуда вы выбрались?

– Из грота, – улыбнулся Люка, поглядывая на Мари. – Решили проделать путь береговых разбойников! – И, обратившись к Морино, спросил: – Итак, новость. Хорошая или плохая?

– Скорее хорошая. – Он протянул им лист бумаги. – По заключению эксперта, Лойк Кермер не был убит, а покончил с собой.

И только заметив бледность Мари, Стефан понял, что допустил бестактность.