Кросс - Джеймс Паттерсон

Я выстрелил еще раз. Подохни, Майкл Салливан — Мясник! Подохни, ублюдок! Ты заслужил смерть, как никто другой на этой земле!

А Салливан вылез из машины.

Припадая на одну ногу, он шел в сторону, где стояли его жена и трое сыновей. По его рубашке текла кровь, капая на брюки и ботинки. Он тяжело осел на землю рядом с ними и обнял их, крепко прижав к себе.

Мы с Сэмпсоном двинулись за ним, потрясенные этим зрелищем. Мы не знали, что нам делать дальше.

Я заметил, что ребята перемазаны кровью. Это была кровь их отца, Мясника. Когда я подошел ближе, то увидел, что он почти теряет сознание. И тут он заговорил со мной:

— Она хорошая, добрая женщина. Она не знала, чем я занимаюсь, и теперь не знает. И ребята тоже хорошие. Увези их отсюда, увези от мафии.

Ярость еще клокотала во мне, но я опустил пистолет. Не мог целиться в его жену и детей.

Салливан усмехнулся, внезапно поднял свое оружие и приставил к голове жены.

— Брось пистолет, Кросс, или я убью ее, — хрипел он. — Убью через секунду. Убью. И ребят тоже. Это для меня не проблема. Вот такой я.

На лице Кэтлин Салливан не было ужаса — только горечь и разочарование в человеке, которого она, вероятно, любит или любила когда-то. Младший мальчик задыхался от рыданий:

— Не надо, папочка! Не делай маме больно! Папочка, пожалуйста!

— Бросьте оружие! — орал Салливан.

Что мне оставалось делать? Выбора не было. Я бросил свой «глок».

И Салливан поклонился.

А потом из ствола его пистолета вырвался сноп огня.

Я почувствовал сильный удар в грудь, и меня оторвало от земли. На секунду, наверное, я приподнялся на цыпочки. Что это? Смерть?

Я услышал еще один выстрел — и после этого уже почти ничего не чувствовал. Я знал, что вот-вот умру, что уже никогда не увижу свою семью и что мне некого в этом винить, кроме самого себя.

Меня ведь много раз предупреждали, а я не слушал.

И нет больше Победителя Драконов.