Смотрящая со стороны - Анна Иванова

На этот раз скрывать страх от родителей не пришлось. Папа сам вызвался осмотреть квартиру, прежде чем я в нее войду. Егор поспешил ему на помощь. Мы с мамой ждали снаружи, на всякий случай не выпуская мобильных из рук.

– Все спокойно, – заверил меня отец, но не удержался и добавил: – Может, все-таки у нас поживешь?

Я покачала головой и тут же об этом пожалела. Прихожая пошла кругом. Расцеловавшись с родными, наконец осталась одна. На этот раз мне не казалось, будто я пришла в гости. Если возникнет необходимость, бабушка будет рядом в любом месте. Уютная обстановка встретила меня, как преданное животное. Дом, милый дом.

С порога я прошла в ванную. Одежду сбросила прямо в мусорную корзину, открыла кран. При первом же взгляде на чугунную емкость в животе что-то неприятно зашевелилось. Пора кое-что изменить в этой квартире. Пожалуй, начну с душевой кабинки. Наполнив ванну, я попробовала сосредоточиться на фигурных ножках и лейке, напоминающей трубку старинного телефона. Заставить себя лечь так и не удалось. Пришлось спустить воду и принять душ стоя. Похоже, у меня появилась еще одна фобия. Интересно, как по-научному называется боязнь ванн? Наверняка существует специальное слово.

В спальне я рухнула на кровать, раскинув в стороны руки и ноги. Из-под полуприкрытых век принялась созерцать переливы стекляруса на обоях. Возле плеча что-то шевельнулось, а потом истошно завопило. Бессознательно я чуть было не скинула новенький айфон с кровати, но, увидев на экране знакомый номер, подняла трубку.

– Алло.

– Ты там как? Доехала уже?

Сонная, я не сразу поняла, до чего должна была доехать, а потом наконец сообразила, о чем спрашивает Руслан.

– Ах, да! Уже дома, все хорошо.

С минуту помолчав, он кашлянул и сказал:

– Поговорим?

На этот раз я моментально поняла, что он имеет в виду. От осознания неизбежности разговора даже вспотели ладони.

– Я еще в больнице хотел, – продолжил он, – но при ментах как-то не очень удобно…

Возникло ощущение, что я должна чем-то заполнить очередную паузу. Обязана как-то его поддержать. Но как? Сказать, что ни о чем не жалею, – значит соврать. Совесть издергала мою и без того покалеченную душу. Признать, что мы оба совершили ошибку? А смысл озвучивать очевидное? Особенно если учесть, что очевидным этот факт был и два дня назад, в тот самый миг, когда нас друг к другу притянуло. Иначе это не назовешь. Каждый все понимал, но сопротивляться притяжению не мог. Тишину прервал громкий, протяжный плач дверного звонка. Звук показался совсем незнакомым.

– Ко мне кто-то пришел, – отчасти с облегчением сказала я. – Позже созвонимся, хорошо?

– Угу. Спроси кто, – ответил Руслан, а когда я уже убрала телефон от уха, крикнул вдогонку: – И в глазок посмотри!

Еще одно завывание звонка. «Надо сменить его на современный, с какой-нибудь приятной мелодией», – подумала я по дороге в прихожую.

– Кто там?

Звонок заревел в третий раз. Как и просил Руслан, я заглянула в глазок. На пороге, глядя себе под ноги, стояла растрепанная Мила. Лимонно-желтый пуховик был застегнут только наполовину, в руке она держала прямоугольную бутылку с золотистой жидкостью.

– Выпьем? – вместо приветствия помахала бутылкой Мила, когда я распахнула дверь.

– Не могу. Меня в больнице лекарствами накачали.

– А я могу! Нет, – подняла она указательный палец, – я уже.

– Да, это заметно. Проходи.

Я вытянула руку в направлении гостиной. Мила юркнула в зазор между мной и дверью, направившись прямиком на кухню.

– Сейчас что-нибудь приготовлю на закуску, – сказала я, доставая бокалы для виски.

– Не надо. Дерьма уже наелась, блевать тянет.

От этих слов у меня самой ком подкатил к горлу. Неужели Руслан рассказал невесте о поцелуе? Мог бы предупредить. Хотя, какая разница? К такому разговору все равно не подготовишься.

– А чего это ты не спрашиваешь, про какое я тут дерьмо говорю? – продолжала Мила. – Ну, конечно, сама же все видела.

– Что именно? – на всякий случай уточнила я.

– Как мужик мой от меня перед свадьбой на другой конец страны свалил. У нас венчание через два дня, а его нет!

– Прости, это я виновата…

– Да знаю я! – потянулась ко мне через стол и похлопала по плечу Мила. – Расслабься. Не в этом дело. Ну, надоело тебе в этом Мухосранске штаны просиживать, поехал ты репортаж снимать, так дождись меня и скажи как есть. Или позвони, раз жопа горит. На хрена надо было записку оставлять, а потом еще трубку не поднимать два дня?! Это по-человечески вообще?

Выходит, про поцелуй она все-таки не знает.

– Мил, там не до телефонов было, честное слово.

– Ой, только не надо его выгораживать! Пять минут на звонок всегда можно найти. Ты пойми, я себе здесь места не нахожу. В голове уже мысли всякие крутятся. Как узнала, что вы там вместе были, такого себе насочиняла! Нет, ну представь: ты свободная девушка, он красивый мужик, кто знает… Ой, прости. Не бледней так! Это, конечно, ужасно звучит, я согласна, но ты представь себя на моем месте.