Двадцать четвертая буква - Том Лоу

О’Брайен отключился и посмотрел на Гамильтона.

– Прежде чем я расскажу, как провел эту ночь, могу я узнать, что случилось с тобой? Рон, если мне когда-либо требовалась поддержка, то именно этой ночью.

– Авария, Седьмая и Коллинз. Даже с мигалкой я двадцать минут не мог никуда выбраться. К тому времени, когда я доехал до зала, это место было пусто, как церковь по понедельникам. Все заперто. Темно. Никаких следов желтого «Феррари». Вообще никого. В квартале оттуда видел черный «Ти-Берд». Все.

– «Ти-Берд» – мой.

– Твой?

– Одолжил у бывшего адвоката, Такера Хьюстона.

– Погоди минутку… На тебя работает Такер Хьюстон?

– Он оказывает мне любезность. В действительности он оказывает любезность Чарли Уильямсу. Он пытается получить распоряжение об отсрочке казни у федерального судьи, Сэмюэла Дэвидсона.

– Как тебе удалось уговорить Такера Хьюстона ввязаться в это дело?

– Просто. Он честный адвокат. Когда ты приехал к залу?

– После девяти.

– Если только у меня не случился провал во времени… примерно тогда из меня в прямом смысле выбивали дерьмо.

Следующие десять минут О’Брайен рассказывал Гамильтону, что произошло между тем моментом, когда он вошел в тренажерный зал, и пробуждением в переулке рядом с кучей мусора.

Гамильтон откинулся на спинку сиденья и издал неопределенный звук, то ли вздох, то ли ворчание.

– Думаешь, ты убил Салазара? – спросил он.

– Нет. Но хотел. Он лежал, и когда я грохнулся с ринга… он еще дышал.

– Ставки на смертельные бои – такое скорее можно встретить в Малайзии или еще каком чертовом месте.

– Почему бы кокаиновой столице мира не устроить для своих клиентов зрелищные, мирового класса бои насмерть? – поинтересовался О’Брайен.

– Руссо не звонил мне и не отзывал обвинения.

– Скорее всего, потому, что он поручил Салазару убить меня. Теперь в моем портфолио, помимо этих обвинений, потенциально есть непредумышленное убийство, а Чарли Уильямс встретит свою смерть через… – О’Брайен взглянул на часы, – двадцать два часа.

Гамильтон начал что-то говорить, но тут его мобильник ожил.

Он ответил, кивнул, потом спросил:

– Где именно нашли тело?… А что думает медик?

Длинная пауза, потом Гамильтон сказал:

– Спасибо, Джим.

Он повесил трубку и выдохнул.

– Мы нашли тело Салазара. Они говорят, он выглядел так, будто его лупили алюминиевой битой. Предварительное заключение коронера – смерть от перелома шейных позвонков.

– Сломанная шея? Кто-то убил его после нашего боя. Где они нашли тело?

– Переулок у Девятой и Джэсмин. Лежал за мусорным баком. Меньше полквартала от того места, где ты провел ночь. У тебя нет воспоминаний о драке с ним снаружи, в переулке?

– Нет. Такого не было. Меня там бросили. Спорю, Салазара – тоже. Чтобы снять подозрения с зала и, возможно, с Руссо, если у него был интерес в этом деле. Если бы патрульная машина заметила меня в том переулке прежде, чем я пришел в себя, так близко от Салазара… Сейчас бы я сидел за решеткой. Поехали.

– Куда?

– В зал на Шестой.