Исповедь серийного убийцы - Иван Носов

На город опустились сумерки, когда Леонид снова оказался в здании компании «Айрикс». Вот-вот должен был состояться очередной, но – дай бог! – последний сеанс связи с серийным убийцей.

После долгого обсуждения, Йилдыз и Крамер решили использовать офис компании в качестве штаба для проведения операции. Во-первых, чтобы не привлекать внимания. Излишняя суета вокруг департамента полиции подняла бы на уши малочисленные остатки турецких СМИ, которые по какой-то причине еще не написали об аланийском маньяке. Во-вторых, убийца сам превратил «Айрикс» в одно из центральных звеньев цепи своих злодеяний, поэтому воспользоваться их услугами оказалось вполне логично. И проще, чем привлекать кого-то со стороны.

Коллектив компании встретил его дружным молчанием, но Леонид нисколько этому не удивился. Смерть Шакалиной и Фролова, покушение на Солодовника произвели на сотрудников стартапа сильное впечатление. Весь персонал, включая руководство, облачился в черные рубашки в знак траура по погибшим.

– Это символ нашей скорби, – встретив Крамера у лифта, коротко пояснил Николай Топузлиев.

Пока они поднимались наверх, финансовый директор компании пересказал уже и так известную информацию: Солодовник выписался из госпиталя, так как, во-первых, больничный климат пришелся ему не по душе, а, во-вторых, в больнице он не чувствовал себя в безопасности и решил спрятаться от маньяка за надежными стенами собственной квартиры. Вполне оправдано.

Крамер слушал Топузлиева и кивал.

Дело поимки преступника стало для Солодовника очень личным, поэтому он сам изъявил желания помочь в операции «Связь», и позволил полицейским воспользоваться всем, имеющимся в распоряжении «Айрикс», оборудованием. Константин знал – пока убийца не окажется за решеткой, ему вряд ли удастся спокойно уснуть.

Войдя в кабинет Солодовника, Леонид обнаружил, что там его уже ждут Ахмед Йилдыз и двое неизвестных мужчин. Крамер не встречал их раньше: оба поджарые, спортивного телосложения, с пистолетами в плечевой кобуре; в костюмах: один в сером, другой – коричневом. Крамер мысленно так их и окрестил: Серый Пиджак, и Коричневый Пиджак. От них исходила внутренняя уверенность, а Ахмед, казалось, скукожился от исходящей от них энергии.

– Здравствуйте! – Коричневый Пиджак первым протянул Крамеру руку. – Вы, я так понимаю, господин Крамер?

Леонид пожал ее:

– Совершенно верно.

– Очень приятно. Мы с коллегой занимаемся технической стороной спецоперации. Можно попросить ваш телефон?

– Вы из полиции? – Крамер достал из кармана телефон и протянул его Коричневому Пиджаку.

Тот покачал головой:

– Нет. Мы представляем MIT.

Турецкая контрразведка. Состояние Йилдыза моментально стало понятно. То же самое, если бы в районное ОВД села Теплое Тульской области вдруг заявились бы оперативники Московского УФСБ.

Из Интернета Леонид знал: согласно законодательству Турции абсолютно все организации, расположенные на территории страны, обязаны оказывать MIT всяческое содействие в контрразведывательной деятельности; в противном случае, они будут преследоваться в судебном порядке.

– Только у MIT есть техническая возможность выследить маньяка во время переписки, – по-прежнему стоя в стороне, сказал Йилдыз.

Леонид покосился на телефон.

– Я бы предпочел вести диалог через компьютер.

– Мы так и поступим.

– Вытяните, пожалуйста, руки вперед? – навстречу Крамеру шагнул Серый Пиджак.

– Зачем?

– Согласно особым полномочиям MIT, вы задержаны на время проведения спецоперации.

Крамер даже хмыкнул от удивления:

– Вы не имеете права!

– Имеем. И вы это знаете, – Серый Пиджак достал из-за пояса наручники и ловким движением защелкнул их на запястьях Леонида.

Крамер не стал сопротивляться.

Йилдыз, наконец-то, вышел вперед:

– Я его провожу, – он взял Леонида под локоть и вывел из помещения.

– И как это называется? – когда они оказались в коридоре, спросил Крамер.

– Я сожалею. Я был против. Но с момента, как MIT-овцы оказались у руля, я уже ничего не решаю.

– Они что собираются вести диалог от моего имени?

– Да.

– Думаешь, у них получится?

В этот момент дверь одного из кабинетов распахнулась, и Крамер услышал русскую речь:

– Осторожно, мать вашу! Вы же похерите все оборудование!

– Станислав Трухин. Системный администратор «Айрикс», – пояснил Йилдыз. – MIT-овцы подключаются к железякам компании.

Станислав стоял в дверях и, нервно теребя ручку, смотрел внутрь помещения. Проходя мимо, Леонид увидел двух турок, возящихся с проводами рядом со стойкой сервера.

Наконец, они остановились около комнаты для собраний; Крамер прочитал на табличке: «Meeting Room».

– Надеюсь, все закончится очень быстро, – запуская Леонида внутрь, сказал Ахмед, и указал на кулер в углу помещения. – Там есть вода. Телевизор, по-моему, тоже должен работать. Прости, что так получилось. Я правда ничем не могу помочь.

Крамер ничего не ответил. Войдя в комнату, он молча наблюдал, как Йилдыз захлопнул за ним дверь, и заблокировал ее с помощью магнитного ключа.