Выжить, чтобы умереть - Тесс Герритсен

Джейн не очень поняла, что имеет в виду ее начальник.

Свое дело?

Копайте. Официально дело Акерманов закрыто. А неофициально у меня тоже есть сомнения. Но об этом знаете только вы.

Можно подключить Фроста? Он мне понадобится.

Я не могу тратить дополнительные ресурсы. Я даже не уверен, что могу позволить вам тратить на это время.

А почему же позволяете?

Маркетт подался вперед, не сводя глаз с Риццоли.

Слушайте, я с радостью закрыл бы это дело прямо сейчас и назвал его нашей удачей. Мне нужна хорошая статистика. Разумеется, она мне нужна. Но, как и у вас, у меня есть инстинкты. Иногда приходится игнорировать свои ощущения, и, когда оказывается, что всю дорогу мы были правы, мы начинаем винить себя. Не хочу, чтобы в один прекрасный день кто-нибудь бросил мне в лицо, что я слишком рано закрыл это дело.

Значит, мы прикрываем свои задницы.

А что в этом плохого? — рявкнул лейтенант.

Ничего.

Ну хорошо. — Он снова откинулся на спинку кресла. — Какой у вас план?

Риццоли пришлось поразмыслить над этими словами, прикинуть, какая именно загадка сейчас на первом месте. И Джейн решила: вопрос номер один — это выяснить, что общего у семейств Уордов, Яблонски и Клоков, помимо странности их смертей. Знали ли они другдруга?

Мне нужно съездить в Мэриленд, — объявила она.

Почему в Мэриденд?

Отец Уилла Яблонски работал в институте Годдарда в НАСА. Равно как и дядя Уилла, Брайан Темпл. Я хочу поговорить с их сослуживцами из НАСА. Возможно, они знают, почему рухнул самолет Яблонски. И почему Брайан с женой так торопились вывезти племянника из Мэриленда в Нью-Гемпшир.

Где и взорвался их фермерский домик.

Джейн кивнула.

Вся эта история начинает казаться весьма серьезной и нехорошей. Именно поэтому мне и хотелось бы привлечь Фроста, чтобы он помог мне разобраться.

Спустя секунду лейтенант кивнул.

Хорошо, Фрост у вас будет. Даю вам три дня.

Мы займемся этим. Спасибо. — Джейн поднялась.

Риццоли?

Да, сэр?

Работайте тихо. Никому в отделе не рассказывайте об этом, особенно Кроу. С точки зрения общественности, дело Акерманов закрыто.

Помнишь старую поговорку — «Не нужно быть ракетным ученым, чтобы понять дважды два»? — сказал Фрост, когда они ехали через кампус Космического центра ГоддаРДа- Так вот сейчас нам придется общаться с настоящими ракетными учеными! Потрясающе! Я имею в виду — посмотри в окно, подумать только, какой уровень интеллекта у тех парней, что бродят вокруг!

И что, от этого мы становимся остолопами?

Им надо столько знать в математике, химии и физике! Я даже представить себе не могу, что значит запустить ракету!

То есть ты хочешь сказать, что никогда не пускал игрушечные ракеты на уксусе и соде?

Ага, ну да. Типа вот так мы и прилетели на Луну.

Джейн заехала на парковку, расположенную перед Исследовательским центром, и они с Фростом прицепили на одежду бэджи посетителей, которые получили при въезде.

Черт, надеюсь, эту штуку можно будет оставить себе, — сказал Фрост, поигрывая своим бэджем. — Ну очень крутой сувенир.

Ты можешь слегка попридержать свой восторг по поводу ракетчиков? Говоришь, как фанат «Звездного пути», и, откровенно говоря, это неудобно.

А я и есть фанат «Звездного пути». — Когда они вышли из машины, Барри поднял руку в приветствии Вулкана: — Да здравствует и…

Не делай этого, пока мы тут, ладно?

Эй, взгляни-ка на это! — Фрост указал на бамперную наклейку одной из припаркованных машин. — «Телепортируй меня, Скотти!»

И что?

А то, что тут мой народ!

Тогда, возможно, они оставят тебя у себя, — пробормотала Джейн, разминая мышцы спины.

Напарники прилетели ранним рейсом из Балтимора. Когда они вошли в здание, Джейн огляделась в поисках кофейного автомата. Но вместо него заметила огромного мужика, топавшего в их сторону.

Вы из Бостона? — осведомился он.

Доктор Бартусек? — спросила Джейн. — Я детектив Риццоли. А это мой напарник, детектив Фрост.

Зовите меня Берт. — Широко улыбаясь, Бартусек схватил Джейн за руку и радостно потряс ее. — Детективы по убийствам из большого города! Не сомневаюсь, у вас, ребята, очень интересная работа.

Но не такая интересная, как у вас, — возразил Фрост.

У меня-то? — фыркнул великан. — Далеко не такая крутая, как поимка убийц.

А мой напарник считает, что куда круче работать в НАСА, — сказала Джейн.

Что ж, сами знаете, всегда лучше там, где нас нет, — усмехнулся Бартусек и, махнув рукой, пригласил детективов пройти по коридору. — Пошли, ребята, посидим в моем кабинете. Высшее начальство полностью освободило меня на время беседы с вами. Потому что иначе быть не может, когда полиция задает вопросы. Если я не отвечу, вы можете арестовать меня!

Когда он вел их по коридору, Джейн казалось, будто она чувствует, как здание сотрясается от каждого его мощного шага.

У меня самого много вопросов, — признался Бартусек. — Мы все, я и мои коллеги, хотим знать, что стряслось с Нилом и Оливией. Вы еще не говорили с детективом Пэррисом?

Мы встретимся с ним сегодня вечером, — ответила Джейн. — Если, конечно, он вовремя вернется из Флориды.

Когда я встречался с Пэррисом, он показался мне толковым детективом. Спросил обо всем, о чем мог. Но мне не кажется, что он доищется правды. — Бартусек поглядел на Джейн. — Не уверен, что и вам это удастся два года спустя.

У вас есть какие-нибудь предположения относительно авиакатастрофы?

Бартусек покачал головой.

Нам никогда и в мысли не приходило, что кому-то понадобится убивать Нила. Хороший парень. Ну очень хороший. Между собой мы много об этом говорили и перебрали все возможные причины. Может, задолжал кому-то денег? Или связался с дурными людьми? А может, имела место страсть?

А что, есть вероятность страсти? — вступил в разговор Фрост. — У него или его жены были интрижки на стороне?

Бартусек остановился у двери, и его мощное тело заняло собой весь дверной проем.

В то время я не думал, что это возможно. Ну, то есть они были такими надежными людьми. Хотя никогда ведь не знаешь, что происходит между супругами, да? — Бартусек печально покачал головой и вошел в свой кабинет.

Там на стенах была развешана целая галерея фотографий, которые изображали разные галактики и туманности, очень похожие на разноцветных амеб.

Ух ты, туманность Конская голова! — воскликнул Фрост, любуясь одной из фотографий.