Пора убивать - Джон Гришэм

– Обязанностью большого жюри является вынести обвинительноезаключение, и, если у обвиняемого есть чем защищаться, ну что ж, в суде емубудет предоставлен шанс. Если у него действительно была причина сделать то, чтоон сделал, пусть он докажет это в суде. Для того суды и существуют. Властьштата обвиняет его в совершении преступления, значит, власть штата должна всуде доказать, что этот человек совершил преступление. Но если человек способензащищаться и если он убедит суд в своей правоте, его признают невиновным,уверяю вас. Значит, тем лучше для него. Однако в обязанности большого жюри невходит принимать сегодня решение о том, что мистер Хейли может отправитьсядомой. Для этого будет назначен другой день, правда, шериф?

Оззи кивнул:

– Это так. Задача большого жюри – вынести обвинение, еслидля этого имеются достаточные основания. Судебное жюри присяжных не сможетпризнать его виновным, если прокурор окажется не в состоянии доказать его винуили если у обвиняемого будет хорошая защита. Но такие вопросы не должныбеспокоить большое жюри.

– Кто-нибудь хочет добавить? – с тревогой спросил Бакли. –Отлично, нужно сформулировать предложение.

– Предлагаю: не предъявлять Хейли никакого обвинения, –выкрикнул Кроуэлл.

– Поддерживаю, – буркнул Берни Флэггс.

Колени Бакли задрожали. Он попытался заговорить, но слова нешли с языка. Оззи с трудом скрывал радость.

– Итак, внесено предложение с поддержкой, – объявила миссисГоссет. – Кто «за», прошу поднять руки.

Вместе с рукой Кроуэлла вверх поднялись пять черных рук.Шесть голосов «за». Предложение не проходило.

– Что же нам теперь делать? – спросила миссис Госсет.

Бакли быстро нашелся:

– Кто-то из вас должен предложить вынести мистеру Хейлиобвинение из трех пунктов: два убийства и нападение на офицера полиции.

– Хорошо, я выдвигаю это предложение, – вызвался один изприсяжных, белый.

– Поддерживаю, – заявил его сосед.

– Кто «за», поднимите руки, – попросила миссис Госсет. – Янасчитала двенадцать. Кто «против»? Пять человек плюс я – шесть. Двенадцатьпротив шести. Что же у нас получилось?

– Получилось, что Хейли будет предъявлено обвинение, – сгордостью объявил Бакли. Дыхание его пришло в норму, лицо приобрело свойобычный цвет. Он шепнул что-то женщине-секретарю и тут же обратился ко всем: –Давайте сделаем десятиминутный перерыв. У нас впереди сорок дел, так что незадерживайтесь, пожалуйста. Позволю себе напомнить вам то, о чем судья Нуз ужеговорил сегодня утром. Все разговоры, ведущиеся в этом зале, абсолютноконфиденциальны. Происходящее здесь вы не вправе обсуждать где и с кем бы то нибыло...

– Этим самым он хочет сказать, – перебил прокурора Кроуэлл,– что мы не имеем права проболтаться кому-нибудь: еще бы один голос – иобвинение не было бы предъявлено. Ведь так, Бакли?

Окружной прокурор, хлопнув дверью, быстро вышел из зала.Окруженный десятками фото – и телекамер, Бакли стоял на ступенях главного входав здание суда и размахивал правой рукой, в которой были зажаты копииобвинительных заключений. Он превозносил членов большого жюри, он преклонялсяперед ними, он бичевал насилие и преступность, он проклинал Карла Ли Хейли.«Приведите его в суд! Поставьте перед присяжными! Он будет признан виновным! Яобещаю вам смертный приговор!» Прокурор был агрессивен, самодоволен,отвратителен. Он был самим собой. Бакли в расцвете сил. Кое-кто из журналистовстал уходить, но он все продолжал. Он еще не все сказал о своих талантах и одевяноста, нет – девяноста пяти процентах своих приговоров, приведенных висполнение. Толпа репортеров вокруг него начала заметно таять. Камерыотворачивались. Он расхваливал мудрость и справедливость судьи Нуза. Воздавалдолжное образованности и взвешенности суждений присяжных округа Форд.

В одиночестве. Окружавшие устали от него и разошлись.