Искупление - Дэвид Бальдаччи

Декер сидел на переднем сиденье каршерингового авто возле заведения с вывеской «10 amp; Мэйн». Это был еще и адрес на перекрестье двух улиц – Десятой и Мэйн-стрит – клуб, о котором говорила Рэйчел Кац, его совладелица.

Похоже, место было весьма популярным. На входе стоял вышибала габаритами не меньше Декера и контролировал протяженную очередь преимущественно из молодых, но с виду обеспеченных мужчин и женщин, теснящихся в попытке попасть первыми.

Может, родной город и в самом деле возрождается. Хотя неизвестно, является ли завышенная ценовая планка для состоятельных миллениалов мерилом оживающей экономики в глазах среднего человека.

Декер активировал свой наушник, и в уши хлынул глухой шум клуба, передаваемый от устройства, прикрепленного к Марсу.

Вечер обещал быть долгим.

* * *

Внутри «10 amp; Мэйн» сидели Марс и Кац, в огороженной вип-зоне. Музыка была громкой, бар осаден со всех сторон, а на танцполе колыхалось озерцо уже порядком затуманенных голов.

– Ну как вам в целом? – полюбопытствовала Кац.

– Атмосфера ничего. Энергия, флюиды, да и приток наличных в баре стремительно увеличивается прямо на глазах. Видно невооруженным глазом.

– Бар мы специально так поместили, чтобы был максимальный доступ и от столиков, и с танцпола.

– Все правильно. Таким образом происходит непрерывная ротация заказов. Танцы вызывают у людей голод и жажду. Также, вижу, оптимальное соотношение столик – обслуга. Людно, но без перебора – темп работы плотный, но ненавязчивый.

– А вы, я вижу, знаете толк в бизнесе.

– Как уже сказал, балуюсь помаленьку. Есть кое-какая недвижимость тут и там. Люблю работать по большей части с малообеспеченным контингентом, давать людям шанс. Сверхприбыли не получаю, но и нужды в деньгах не испытываю.

Рэйчел Кац потягивала коктейль, ритмично покачивая головой в такт музыке.

– Как великодушно с вашей стороны. У меня бизнес-модель несколько иная.

– Какая же, если не секрет?

– Рви по максимуму, – рассмеялась она, потряхивая лед в бокале.

– Разные штрихи, – улыбнулся Марс.

– Как давно вы работаете с Декером?

– Мы с ним, как я уже говорил, не работаем. Я ведь не из ФБР или там еще откуда. Просто друзья-приятели. Вместе студентами играли в футбол, хотя и друг против друга. Я за техасский «Лонгхорнс», а он за «Бакайз» из Огайо. Я с мячом рвался вперед, а он пытался меня застопорить.

– И получалось?

– Как и у всех, кто мне противостоял. Далеко не всегда.

Она рассмеялась:

– Уважаю мужчин с уверенностью в себе.

– На выпускном курсе сражался уже за кубок Хайсмана, но уступил квотербеку^[24].

– Ого, – ее глаза азартно раскрылись. – Тот самый кубок? Вы играли в НФЛ?

– Рукой было подать. Но тут карьера пошла в другую сторону.

– Какую?

– Камеру смертников в техасской тюрьме.

Кац остолбенела, но тут Марс ухмыльнулся, и тогда она ткнула в него пальцем.

– Браво! Я, признаться, чуть не повелась.

Марс огляделся по сторонам.

– Постройка не из дешевых. Вы привлекали финансы или, так сказать, прямо на свои?

– Есть партнеры со своими деньгами. Они вкладывают, а я организую местный ноу-хау. Свожу сделки воедино и вырабатываю общий план. Тут очень пригождается мой опыт дипломированного бухгалтера. Это наш восьмой совместный проект всего за последние три года. И такую же клубную концепцию мы собираемся распространить на другие города в других штатах.

– Долгосрочная стратегия. Похвально. Если удастся упорядочить цепочки поставок и консолидировать закулисные и маркетинговые операции, то по мере развития бизнеса сумеете добиться некоторой экономии за счет масштаба.

Она посмотрела на него с еще большим уважением.

– Именно так. Итак, вы здесь как друг Декера, но помогаете ему заодно и в расследовании?

– Я для него что-то вроде резонатора. Он Шерлок Холмс, а я его доктор Ватсон.

– Ого. Неужто он действительно так хорош?

– Так считает ФБР. Но и я видел, как он иной раз проделывает невероятные вещи. А ведь этого парня кто-то уже дважды пытался убить. Значит, здесь есть что скрывать, вам не кажется?

– Боже, я этого не знала.

Марс выставил свое раненое предплечье:

– Этот гад и меня порезал, прежде чем сбежать.